«Азербайджан заверил Грузию, что она финансово не пострадает»
0
384
ПРАГА---Итоги визита премьер-министра Грузии в Азербайджан, совпадение ритмов грузинской дипломатии с поездками российского министра иностранных дел в Баку и Ереван, и вообще противоречивые нюансы грузино-азербайджанских отношений обсуждаем с редактором агентства «Туран» Шаин Гаджиев.
– В Грузии внимание в связи с визитом, прежде всего, приковано к проблеме Давид-Гареджи. Как бы вы, глядя из Баку, выстроили по приоритету темы, которые обсуждались на встрече президента (Ильхама) Алиева и премьер-министра (Ираклия) Гарибашвили?
– Ожидания и настроения грузинского общества, конечно, понятны, но я думаю, что сегодня на переговорах в Баку тема Давида-Гареджи наверняка затрагивалась, судя по комментарию премьера Грузии, но я не думаю, что она была главной. И не потому, что этого не захотели в Баку. Я думаю, что в Грузии понимают, что вопрос о передаче территории, даже ее небольшой части, тем более, в нынешней ситуации, для Азербайджана абсолютно невозможен. Я думаю, что стороны близки к тому, чтобы решить вопрос установление особого режима на указанной территории, чтобы обеспечить свободный доступ посетителей с грузинской стороны – т.е. некая свободная зона, скажем так, туристическая. Это наиболее реальное и наиболее безболезненное решение, на мой взгляд. Скорее всего, решение вопроса именно такое. Во всяком случае, в Баку это видится именно вот так.
– А что в таком случае, по-вашему, было главной темой переговоров?
– Это, безусловно, были вопросы транзита. Если вы помните, после окончания Второй карабахской войны, когда встал вопрос об открытии транспортного коридора, который в Баку называют Зангезурским, соединяющего материковый Азербайджан с Нахичеванью и далее с Турцией, через Мегринский район Армении, то в Тбилиси была явно нервная реакция, немного ревнивая. Потому что если Армения связывается с Россией через именно этот коридор, тогда значение Верхнего Ларса серьезно падает, Грузия в вопросах транзита серьезно финансово теряет. После этого возник вопрос о транспортировке российского газа через территорию Азербайджана в Армению – хотя и временно, но это уже прецедент, и опять страдают финансовые интересы Грузии. И если помните, в Тбилиси даже раздались предложения: а может, стоит открыть абхазскую дорогу, для того, чтобы не строился Мегринский коридор, или, во всяком случае, чтобы торговля Армении с Россией все-таки осуществлялась через Грузию.
Так вот, я думаю, что главной темой разговоров в Баку были именно эти вопросы, и судя по комментариям президента Азербайджана, Грузию заверили, что она финансово не пострадает, ее роль, как транзитной страны, не будет уменьшена, и главный поток грузов, который пойдет в будущем из Евразийского региона в Европу, по-прежнему будет идти через Грузию. Президент Алиев упомянул, кстати, еще один энергетический проект – Южный газовый коридор, по которому также осуществляется транспортировка газа через территорию Грузии, с последующим присоединением в перспективе к этому коридору туркменского газа, а, возможно, в будущем и иранского, опять делает Грузию главным транзитером этих энергоресурсов. Далее - транспортный коридор, к которому будет подключен товаропоток из Китая, возможно, из стран Центральной Азии, который действует уже сегодня, будет расширяться, и даже если заработает Зангезурский коридор. Перевозка такого объема грузов только по этой дороге, хоть она короче, чем через Грузию, будет нереальной.
Кроме того, президент Алиев сказал, что Азербайджан остается одним из главных инвесторов для Грузии, и эта роль будет расти, есть азербайджанские компании, которые готовы вкладывать деньги, и я думаю, что этот главный вопрос, который волновал грузин, был удовлетворен, и обе стороны остались довольны.
– В это же самое время в Ереван прилетает (Сергей) Лавров, который через несколько дней прилетает в Баку – это явно какая-то «челночная дипломатия», и как вы думаете, вписывается ли сегодняшний визит Гарибашвили в Баку в этот челночный комплекс?
– Я думаю, что именно в том аспекте, который я только что упомянул. Я думаю, что Гарибашвили и грузинскую сторону волновал именно этот вопрос: а не получится ли так, что Россия заинтересована, как Азербайджан, в открытии нового коридора, и в результате от этого пострадает Грузия? Связка именно в этом. Но я думаю, что Лавров едет, конечно, не только поэтому, более глобальный вопрос – это вопрос завершения процесса, который начался после заключения перемирия, чтобы не произошел переворот в Армении, чтобы процесс, начатый Россией, был завершен без вмешательства Запада. Я думаю, главная задача и главная цель, с которой едет Лавров – не позволить Франции, Соединенным Штатам и другим сопредседателям Минской группы, стать полноценными участниками мирного процесса, в котором сейчас явно лидирует Россия.
– А вообще, ситуация после войны каким-то образом изменила и без того довольно неоднозначные отношения, между Азербайджаном и Грузией?
– Нет. Конечно, во время войны были моменты, связанные с транзитом вооружений в Армению через Грузию, и Баку несколько раз выражал свое явное недовольство, намекая на то, что Грузия во многом зависит от Азербайджана, Азербайджан многое сделал для Грузии, и не должно быть так, чтобы эти отношения испортились. Но дальше каких-то таких заявлений дело, слава богу, не пошло.
– А сейчас как бы вы охарактеризовали сами эти отношения? Очень много слов дружбы, очень много заверений и пафоса, а на самом деле, как бы вы определили противоречия между Азербайджаном и Грузией?
– Знаете, если смотреть чисто прагматически, а не эмоционально, то Грузия во многом зависит от Азербайджана, в хорошем смысле этого слова. Азербайджан – главный поставщик энергоресурсов, один из главных инвесторов в экономику, в Грузии живет огромная азербайджанская диаспора – нет объективных причин для того, чтобы эти отношения были плохими. Почему они должны быть плохими? Это торговля, сотрудничество, безопасность. Во всех этих вопросах мы близкие соседи и исторически у нас не было серьезных, если не считать, конечно, войны во времена средних веков между ханствами и княжествами. А объективно никаких проблем, никаких серьезных конфликтов между Грузией и Азербайджаном быть не может.
– В Грузии внимание в связи с визитом, прежде всего, приковано к проблеме Давид-Гареджи. Как бы вы, глядя из Баку, выстроили по приоритету темы, которые обсуждались на встрече президента (Ильхама) Алиева и премьер-министра (Ираклия) Гарибашвили?
– Ожидания и настроения грузинского общества, конечно, понятны, но я думаю, что сегодня на переговорах в Баку тема Давида-Гареджи наверняка затрагивалась, судя по комментарию премьера Грузии, но я не думаю, что она была главной. И не потому, что этого не захотели в Баку. Я думаю, что в Грузии понимают, что вопрос о передаче территории, даже ее небольшой части, тем более, в нынешней ситуации, для Азербайджана абсолютно невозможен. Я думаю, что стороны близки к тому, чтобы решить вопрос установление особого режима на указанной территории, чтобы обеспечить свободный доступ посетителей с грузинской стороны – т.е. некая свободная зона, скажем так, туристическая. Это наиболее реальное и наиболее безболезненное решение, на мой взгляд. Скорее всего, решение вопроса именно такое. Во всяком случае, в Баку это видится именно вот так.
– А что в таком случае, по-вашему, было главной темой переговоров?
– Это, безусловно, были вопросы транзита. Если вы помните, после окончания Второй карабахской войны, когда встал вопрос об открытии транспортного коридора, который в Баку называют Зангезурским, соединяющего материковый Азербайджан с Нахичеванью и далее с Турцией, через Мегринский район Армении, то в Тбилиси была явно нервная реакция, немного ревнивая. Потому что если Армения связывается с Россией через именно этот коридор, тогда значение Верхнего Ларса серьезно падает, Грузия в вопросах транзита серьезно финансово теряет. После этого возник вопрос о транспортировке российского газа через территорию Азербайджана в Армению – хотя и временно, но это уже прецедент, и опять страдают финансовые интересы Грузии. И если помните, в Тбилиси даже раздались предложения: а может, стоит открыть абхазскую дорогу, для того, чтобы не строился Мегринский коридор, или, во всяком случае, чтобы торговля Армении с Россией все-таки осуществлялась через Грузию.
Так вот, я думаю, что главной темой разговоров в Баку были именно эти вопросы, и судя по комментариям президента Азербайджана, Грузию заверили, что она финансово не пострадает, ее роль, как транзитной страны, не будет уменьшена, и главный поток грузов, который пойдет в будущем из Евразийского региона в Европу, по-прежнему будет идти через Грузию. Президент Алиев упомянул, кстати, еще один энергетический проект – Южный газовый коридор, по которому также осуществляется транспортировка газа через территорию Грузии, с последующим присоединением в перспективе к этому коридору туркменского газа, а, возможно, в будущем и иранского, опять делает Грузию главным транзитером этих энергоресурсов. Далее - транспортный коридор, к которому будет подключен товаропоток из Китая, возможно, из стран Центральной Азии, который действует уже сегодня, будет расширяться, и даже если заработает Зангезурский коридор. Перевозка такого объема грузов только по этой дороге, хоть она короче, чем через Грузию, будет нереальной.
Кроме того, президент Алиев сказал, что Азербайджан остается одним из главных инвесторов для Грузии, и эта роль будет расти, есть азербайджанские компании, которые готовы вкладывать деньги, и я думаю, что этот главный вопрос, который волновал грузин, был удовлетворен, и обе стороны остались довольны.
– В это же самое время в Ереван прилетает (Сергей) Лавров, который через несколько дней прилетает в Баку – это явно какая-то «челночная дипломатия», и как вы думаете, вписывается ли сегодняшний визит Гарибашвили в Баку в этот челночный комплекс?
– Я думаю, что именно в том аспекте, который я только что упомянул. Я думаю, что Гарибашвили и грузинскую сторону волновал именно этот вопрос: а не получится ли так, что Россия заинтересована, как Азербайджан, в открытии нового коридора, и в результате от этого пострадает Грузия? Связка именно в этом. Но я думаю, что Лавров едет, конечно, не только поэтому, более глобальный вопрос – это вопрос завершения процесса, который начался после заключения перемирия, чтобы не произошел переворот в Армении, чтобы процесс, начатый Россией, был завершен без вмешательства Запада. Я думаю, главная задача и главная цель, с которой едет Лавров – не позволить Франции, Соединенным Штатам и другим сопредседателям Минской группы, стать полноценными участниками мирного процесса, в котором сейчас явно лидирует Россия.
– А вообще, ситуация после войны каким-то образом изменила и без того довольно неоднозначные отношения, между Азербайджаном и Грузией?
– Нет. Конечно, во время войны были моменты, связанные с транзитом вооружений в Армению через Грузию, и Баку несколько раз выражал свое явное недовольство, намекая на то, что Грузия во многом зависит от Азербайджана, Азербайджан многое сделал для Грузии, и не должно быть так, чтобы эти отношения испортились. Но дальше каких-то таких заявлений дело, слава богу, не пошло.
– А сейчас как бы вы охарактеризовали сами эти отношения? Очень много слов дружбы, очень много заверений и пафоса, а на самом деле, как бы вы определили противоречия между Азербайджаном и Грузией?
– Знаете, если смотреть чисто прагматически, а не эмоционально, то Грузия во многом зависит от Азербайджана, в хорошем смысле этого слова. Азербайджан – главный поставщик энергоресурсов, один из главных инвесторов в экономику, в Грузии живет огромная азербайджанская диаспора – нет объективных причин для того, чтобы эти отношения были плохими. Почему они должны быть плохими? Это торговля, сотрудничество, безопасность. Во всех этих вопросах мы близкие соседи и исторически у нас не было серьезных, если не считать, конечно, войны во времена средних веков между ханствами и княжествами. А объективно никаких проблем, никаких серьезных конфликтов между Грузией и Азербайджаном быть не может.