Природные враги: почему Россия и Турция никогда не станут союзниками
0
210
Президент США Джо Байден заявил лидерам стран Евросоюза, что его беспокоят связи Анкары с Москвой, сообщают западные СМИ. «Я обеспокоен связями Турции с Россией», — цитируют СМИ слова Байдена, сказанные на видеоконференции с партнёрами из ЕС.
Со своей стороны, председатель Евросовета Шарль Мишель сообщил на пресс-конференции, что Турция действительно была одной из центральных тем саммита. Он подчеркнул, что ЕС будет готова предложить Анкаре «более позитивный план развития отношений», если она согласится конструктивно взаимодействовать с Брюсселем по спорным вопросам.
Одновременно с этим новый госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что ждёт от Анкары шагов по решению спорных вопросов, в частности, по поставленным в Турцию из России ЗРС С-400.
«Я думаю, в наших интересах — продолжать активно работать с Турцией, не закрывая при этом глаза на разногласия. Мы напрямую контактируем с Анкарой, у нас — открытые, прямые разговоры», — заявил он в интервью Euronews.
Турция вполне определённо стала неким возмутителем спокойствия в НАТОвском благородном семействе. В котором она, если разобраться, никогда не была кем-то органичным или равноправным. Что, в общем, не удивительно.
Теперь же, в связи с событиями минувшего года, когда все утопающие спасались исключительно собственными руками, Анкара и вовсе решила считаться с мнением «бледнолицых братьев» ещё меньше, чем раньше. В связи с чем оные «братья» отчётливо беспокоятся о том, чтобы Турция не завела каких-то уж слишком близких отношений с Россией. Особенно сейчас, когда по итогам поствоенной конференции в Москве у обеих стран появился существенный общий экономический интерес.
Но вряд ли кому-то стоит переживать о возможности реального стратегического союза между Москвой и Анкарой. Это невозможно в принципе по историческим и геополитическим мотивам
А дело здесь в следующем.
У Турции есть всего три пути дальнейшего стратегического развития. Того, которое по-крупному — на уровне государственного проекта.
Первый путь — кемалистский. То есть продолжение курса на евроинтеграцию. Тот, по которому Турция шла почти век и замерла в раздумьях с приходом Эрдогана.
Второй — это пантюркизм. А конкретно — курс на построение «Великого Турана». Либо государства, либо квазигосударственного сообщества тюркских народов, от Босфора до Великой Китайской стены. О движении в этом направлении, если кому интересно, рассказывается в культовом турецком сериале «Долина волков».
Третий — неоосманизм. То есть создание некоего аналога Османской империи. Разница с предыдущим путём в том, что в основу будет положено не общее тюркское происхождение, а исламизм. Как, собственно, и было в Османской империи, если кто не в курсе.
А теперь вопрос: на каком из этих магистральных направлений Турция может «стратегически дружить» с Россией?
Ни на каком.
Любой из нынешних возможных государственных продуктов Турции является враждебным для России априори. По геополитическим и историческим основаниям.
Единственное, что могло бы примирить наши государственные векторы, — это если бы вдруг обе наши страны взяли и пошли по пути построения коммунизма. Вот тогда да, основная часть противоречий снялась бы. Но на данный момент это даже не фантастика — это фэнтези.
И максимум, что может быть между нашими странами сейчас, — это неустойчивые тактические альянсы. Что, в сущности, и наблюдается.
Читайте также: Турция — США: ритуальные заклинания и реальность
Павел Кухмиров
Со своей стороны, председатель Евросовета Шарль Мишель сообщил на пресс-конференции, что Турция действительно была одной из центральных тем саммита. Он подчеркнул, что ЕС будет готова предложить Анкаре «более позитивный план развития отношений», если она согласится конструктивно взаимодействовать с Брюсселем по спорным вопросам.
Одновременно с этим новый госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что ждёт от Анкары шагов по решению спорных вопросов, в частности, по поставленным в Турцию из России ЗРС С-400.
«Я думаю, в наших интересах — продолжать активно работать с Турцией, не закрывая при этом глаза на разногласия. Мы напрямую контактируем с Анкарой, у нас — открытые, прямые разговоры», — заявил он в интервью Euronews.
Турция вполне определённо стала неким возмутителем спокойствия в НАТОвском благородном семействе. В котором она, если разобраться, никогда не была кем-то органичным или равноправным. Что, в общем, не удивительно.
Теперь же, в связи с событиями минувшего года, когда все утопающие спасались исключительно собственными руками, Анкара и вовсе решила считаться с мнением «бледнолицых братьев» ещё меньше, чем раньше. В связи с чем оные «братья» отчётливо беспокоятся о том, чтобы Турция не завела каких-то уж слишком близких отношений с Россией. Особенно сейчас, когда по итогам поствоенной конференции в Москве у обеих стран появился существенный общий экономический интерес.
Но вряд ли кому-то стоит переживать о возможности реального стратегического союза между Москвой и Анкарой. Это невозможно в принципе по историческим и геополитическим мотивам
А дело здесь в следующем.
У Турции есть всего три пути дальнейшего стратегического развития. Того, которое по-крупному — на уровне государственного проекта.
Первый путь — кемалистский. То есть продолжение курса на евроинтеграцию. Тот, по которому Турция шла почти век и замерла в раздумьях с приходом Эрдогана.
Второй — это пантюркизм. А конкретно — курс на построение «Великого Турана». Либо государства, либо квазигосударственного сообщества тюркских народов, от Босфора до Великой Китайской стены. О движении в этом направлении, если кому интересно, рассказывается в культовом турецком сериале «Долина волков».
Третий — неоосманизм. То есть создание некоего аналога Османской империи. Разница с предыдущим путём в том, что в основу будет положено не общее тюркское происхождение, а исламизм. Как, собственно, и было в Османской империи, если кто не в курсе.
А теперь вопрос: на каком из этих магистральных направлений Турция может «стратегически дружить» с Россией?
Ни на каком.
Любой из нынешних возможных государственных продуктов Турции является враждебным для России априори. По геополитическим и историческим основаниям.
Единственное, что могло бы примирить наши государственные векторы, — это если бы вдруг обе наши страны взяли и пошли по пути построения коммунизма. Вот тогда да, основная часть противоречий снялась бы. Но на данный момент это даже не фантастика — это фэнтези.
И максимум, что может быть между нашими странами сейчас, — это неустойчивые тактические альянсы. Что, в сущности, и наблюдается.
Читайте также: Турция — США: ритуальные заклинания и реальность
Павел Кухмиров