Забытая царица мусульман. Султанша Шагарат аль-Дурр
В истории человечества женщина у власти – явление редкое. Если представительница слабого пола добивалась престола и могущества, то она действительно была неординарной личностью. Особенно когда дело происходило в Средние века и к тому же на мусульманском Востоке. Многие знакомы с историей Роксоланы, славянской рабыни, покорившей сердце султана Сулеймана и захватившей власть в Османской империи. Однако в XIII веке, за три столетия до рождения славянки, в Египте царствовала еще одна невольница из гарема – султанша Шагарат аль-Дурр.
30 мая 1249 года с побережья Кипра на юг отплыл огромный флот из 120 больших и более 1600 мелких судов — началась решающая фаза последнего, Шестого крестового похода на Восток европейского рыцарства под командованием французского короля Людовика IX Святого. Через несколько дней показался египетский берег с башнями Дамиетты в дельте Нила. Султан аль-Салих, пять лет назад отвоевавший для мусульман Иерусалим, был тяжело болен и не мог лично возглавить свою армию, которая отступила после первых стычек с крестоносным десантом. Обосновавшись в Дамиетте, крестоносцы стали ожидать подкреплений — в течение лета и осени сюда прибыли англичане под предводительством графа Солсбери и новые французские отряды под началом брата короля Альфонса де Пуатье. 20 ноября многочисленное войско двинулось по берегу Нила, а уже на следующий день больной султан скончался в Каире. Его сын Туран-шах находился в Месопотамии. Нужно было срочно принимать решение, и жена султана Шагарат аль-Дурр взяла ответственность на себя.
Осознавая, что новость о смерти владыки Египта окончательно деморализует армию, Шагарат аль-Дурр решила скрыть ее от всех, кроме узкого круга лиц. Несколько приближенных тайно похоронили аль-Салиха в каирской цитадели, но все последующие дни и недели доктора продолжали посещать султана с лекарствами, в султанские покои доставлялась еда, от его имени издавались указы. В своих действиях Шагарат аль-Дурр опиралась на поддержку Фахр-ад-дина, командира мамлюкской гвардии султана и Джамал-ад-дина, главного евнуха гарема. Сосредоточив власть в своих руках, она смогла поддержать порядок в столице и армии. 21 декабря крестоносцы столкнулись с ожесточенным сопротивлением при Мансуре.
Решающие сражения начались 8 февраля следующего года. Обе стороны понесли тяжелые потери: у крестоносцев погиб граф Роберт Артуа, у египтян эмир Фахр-ад-дин. Положение Людовика IX становилось все тяжелей. С прибытием в апреле Туран-шаха, вызванного мачехой из Месопотамии, его войску был нанесен последний удар. Погибло множество французов, англичан и рыцарей-тамплиеров, король попал в плен вместе с частью знати и получил свободу для себя и своих товарищей по несчастью в обмен на выкуп в 800 тыс. безантов (200 тыс. ливров) и эвакуацию Дамиетты. Так бесславно закончился последний масштабный крестовый поход в истории.
Туран-шах не доверял своей мачехе Шагарат аль-Дурр, обвиняя ее в сокрытии султанских сокровищ. В борьбе за власть он решил опереться на воинов и офицеров, прибывших вместе с ним из Месопотамии. Мамлюки, привыкшие к своему особому положению, не могли с этим смириться. Их отряд во главе с прославившимся позднее Бейбарсом напал на Туран-шаха во время очередного дворцового праздника. Раненому Туран-шаху вместе с охраной удалось укрыться в деревянной башне на берегу Нила. Когда мамлюки подожгли ее, наследник престола попытался спастись вплавь. Выстрелами из луков его никак не удавалось достать, и тогда, по словам историка, Бейбарс сам прыгнул в воду, догнал Туран-шаха и зарубил саблей.
2 мая 1250 года, впервые в истории мусульманского Египта, в третий и последний раз за всю многотысячелетнюю историю этой страны — если считать Хатшепсут и Клеопатру — на трон взошла женщина.
Кем же была Шагарат аль-Дурр — в переводе с арабского "древо жемужин"?
Сведений о национальности султанши не сохранилось. Вероятнее всего, она была из половцев или кыпчаков.
Происхождение сыграло значительную роль в ее возвышении после смерти мужа. Мамлюки, которые посадили Шаггар ад-Дурр на трон, были в основном бывшими рабами – тюрками из половецких степей, земляками султанши.
Версии о том, как Шаггар попала в наложницы к египетскому правителю, расходятся. По одной, будущему султану ее подарил багдадский халиф, по другой – сам султан ас-Салих Айюб приметил ее на невольничьем рынке в Леванте примерно в 1230-х годах. Как бы там ни было, юная половецкая красавица оказалась в гареме. Она приняла ислам и новое имя Шаггар ад-Дурр, что означает «жемчужное дерево».
Несмотря на красочные изображения дворцовых гаремов в европейской культуре, они в действительности были тюрьмами, пусть и комфортными. Девушки попадали сюда рабынями и в подавляющем большинстве оставались ими по сути, несмотря на обучение чтению и письму, танцам и вышивке. Большинство помещений выходило окнами во внутренние дворы. В противном случае окна были расположены высоко под потолком, чтобы обитательницы гарема не могли выглянуть на улицу, а прохожие не могли заглянуть внутрь.
В гареме количество наложниц достигало 300. Трудно вообразить, какие качества девушка смогла проявить перед султаном, чтобы достичь сначала положения первой наложницы, а потом и супруги султана.
Шагарат ад-Дурр обречена была прожить здесь свою жизнь, скрашиваемую бесконечными мелкими интригами и долгим ожиданием внимания повелителя. Но случилось так, что в 1240 году халиф подарил ее наследнику египетского престола аль-Салиху, потомку знаменитого Саладина. Вскоре новая жена приобрела большое влияние на аль-Салиха, став первой по рангу из жен. В 1248 году, когда ее муж попал в плен к своему двоюродному брату и сопернику аль-Насиру Дауду, она отправилась вместе с ним в заключение в аль-Карак. Там у них родился сын Халил, умерший в младенчестве. Обычно ранняя смерть ребенка становилась причиной опалы его матери, но любовь аль-Салиха осталась неизменной.
Как уже упоминалось, мы Мы не знаем настоящего имени Шагарат аль-Дурр и места ее рождения. Часть египетских историков говорит о ее тюркском происхождении, но большинство называют армянкой. Нужно помнить, что шариат запрещал обращение в рабство мусульман и мусульманок, поэтому девушки в гаремах могли быть только христианками, еврейками или происходить из языческой среды.
Некоторые историки говорят о Шагарат, как о мамлюкской рабыне, которой было легко найти общий язык с командирами мамлюкской гвардии. Но мамлюки (в переводе с арабского — "принадлежащие", "находящиеся в собственности") были такими же рабами. Формирование этого воинского контингента стало образцом для создания в позднейшие времена османской янычарской гвардии. Как и в случае янычар в мамлюки набирались мальчики из числа самых разных немусульманских народов — кипчаков, черкесов, грузин, славян. Разница состояла в том, что в Османской империи своеобразный "налог" мальчиками стал повинностью христианских подданных, а египетские мамлюки покупались на невольничьих рынках. Принципы воспитания были теми же, что и у янычар: обращение в ислам, жизнь в казармах, воспитание с юных лет яростного боевого духа и обучение воинскому искусству. Достигнув совершеннолетия, мамлюки получали личную свободу, коня и оружие. Взамен они обязаны были провести на воинской службе всю свою жизнь. Вопрос о пенсиях не стоял, поскольку никто из них не доживал до старости.
Разговорным языком мамлюков был кипчакский — один из тюркских языков, на котором говорили в Золотой Орде. Именно этот факт иногда приводил позднейших исследователей к выводу о тюркском происхождении большинства мамлюков. На самом деле кипчакский язык был тогда очень распространен. Примерно в то время с территории Золотой Орды в Крым переселилось большое число армян — позднее они очутились на территории Речи Посполитой. Большинство из них говорило именно на тюркско-кипчакском диалекте и даже записывало на этом языке армянским шрифтом традиционные армянские богослужебные книги. Вполне возможно, что для армянки, получившей имя Шагарат аль-Дурр, кипчакский язык был родным. Это стало причиной ошибочного определения ее происхождения некоторыми авторами по аналогии с такой же ошибкой относительно всех мамлюков вообще.
По отзывам современников султанша отличалась удивительной красотой — белой кожей, густыми черными волосами. Ее яркая внешность была отражением внутренней силы духа. Восемьдесят дней она единолично правила обширной державой с титулом Умм-Халил — мать Халила. Ее имя чеканилось на монетах, в ее честь, как и в честь всех султанов-мужчин до и после нее, провозглашались пятничные молитвы в мечетях. В это смутное время она оказалась самым легитимным преемником власти после смерти мужа и гибели наследника Туран-шаха. С другой стороны разноплеменные мамлюки, составлявшие главную военную опору трона, считали ее своей.
Единственным препятствием продолжал оставаться женский пол. Исламской страной не могла править женщина, и бывший хозяин Шагарат аль-Дурр — багдадский халиф — немедленно отправил в Египет письмо-предупреждение. "Если у вас нет достойного мужа на трон, я вам пришлю своего человека", — примерно так звучала в вольном переводе главная суть его послания.
Возможно, Шагарат аль-Дурр гораздо дольше удержалась бы на троне в одиночестве, если б взошла на него чуть позднее — ведь спустя всего восемь лет Багдад был захвачен и разграблен монголами, халиф погиб, завернутый в ковер и затоптанный насмерть. Его сыну удалось бежать и прибыть в Каир — здесь новый халиф и его потомки имели титулы и почет, но уже не имели реальной власти.
Однако в 1250 году к голосу багдадского халифа еще прислушивались. Шагарат аль-Дурр пришлось вторично выйти замуж, уступив роль султана своему избраннику. Стоит ли удивляться, что им оказался мамлюкский военачальник Из-эд-дин Айбек, которому пришлось оставить прежнюю жену. В этот день и час сменилась эпоха в истории Египта — Египет Эйюбидов, потомков Саладина, уступил место Египту мамлюков, где власть больше не передавалась по наследству, где султанами становились военачальники, часто насильственно устраняя предшественника. В те времена казармы каирских мамлюков находились на нильском острове Рода и поэтому они получили наименование — "бахри", то есть "речные". Позднее их сменили мамлюки "бурджи", то есть "башенные". Из пятидесяти четырех мамлюкских султанов, правивших с 1250 по 1517 годы, только десять умерли на троне своей смертью, остальных либо убили в борьбе за власть, либо им посчастливилось уцелеть при свержении…
Шагарат аль-Дурр не ушла в тень. Наоборот, ее по-прежнему именовали султаншей, она продолжала царствовать наравне с мужем и часто играла решающую роль в управлении страной. По сообщениям историков она сидела прямо за троном, скрытая завесой и шепотом подсказывала супругу что говорить.
Современник писал: «Султанша умнее султана, и бывает, что ему нечего сказать».
Семь лет супруги прожили благополучно. Выбрав в мужья Айбека исключительно по политическим мотивам, Шаггар влюбилась в него.
Но в 1257 году султан решил втайне взять себе вторую жену – юную дочь эмира Бадр ад-Дина Лулу, влиятельного эмира Мосула, ослабив тем самым роль Шагарат аль-Дурр. Султанша узнала об этом через одного воина-мамлюка, который не захотел открыть свое лицо и произнес свое предупреждение через резной деревянный экран — "машрибийю".
Обезумев от ревности, Шагарат аль-Дурр составила ответный заговор. Она отправила послание в Сирию тамошнему эмиру, враждебному Айбеку, обещая свою руку и трон Египта. Осторожный эмир заподозрил ловушку и известил о подозрительном письме Бадр-ад-дина Лулу, еще не зная о сватовстве Айбека. Новость из Мосула поступила к Айбеку, и тот бросил в лицо жене обвинение в предательстве. Уверенный в себе, он отправился играть в конное поло.
Дальнейшее историки описывают подробно, но не всегда одинаково. Некоторые говорят, что Шагарат аль-Дурр немедленно пригласила к себе пятерых евнухов, приказав им убить султана в бане, куда он должен был направиться по окончанию игры. Потом она внезапно раскаялась в своем решении и попыталась их остановить. Но евнухи уже знали, что от хозяина пощады не будет, и довели дело до конца. По другой версии расслабившегося в бане султана забили башмаками на деревянной подошве служанки его жены. По третьей, менее всего распространенной, сама Шагарат аль-Дурр расправилась с мужем.
Так или иначе, всем было ясно, кто виновен в смерти султана. Предчувствуя худшее, Шагарат аль-Дурр отправилась в свои покои и истолкла в ступе все драгоценные жемчужины, чтобы они после ее смерти никому не достались. Историки свидетельствуют, что сын Айбека от первой, брошенной жены приказал схватить Шагарат аль-Дурр и выдал ее на расправу своей матери и ее рабыням. После издевательств и мучений обнаженное тело султанши бросили вниз с одной из дворцовых башен в ров с водой, где его подхватили и разодрали на части собаки.
Только через несколько недель преданные покойной люди собрали останки и похоронили в небольшом мавзолее, который Шагарат аль-Дурр приказала заранее построить для себя.
Здание с куполом сохранилось до сих пор. Внутри мавзолея каждый из трех входов украшен килевидными арками-нишами. Обод каждой состоит из "сталактитов", в пазухах — тонкая кружевная резьба с растительными мотивами. Михраб украшает мозаичное дерево с перламутровыми листьями в память о значении имени султанши.
В Каире, на правой стороне улицы аль-Ашраф, возле стен цитадели, у полуразвалившейся гробницы с мозаикой византийского стекла всегда толпятся туристы. Местные экскурсоводы с удовольствием рассказывают о мелодраматической стороне жизни Шагарат аль-Дурр. Но мало кто вспоминает, что султанша, убившая своего мужа из-за ревности, была крупным государственным деятелем. Она остановила Седьмой крестовый поход, взяла в плен французского короля и положила начало новой эпохе – стала первой правительницей империи тюрков, которая вошла в историю под названием Мамлюкского султаната.