Байкал опять молит о помощи
В феврале 1921 года Ленин подписал декрет Совета народных комиссаров РСФСР «О Байкальских государственных заповедниках». Миновал век, в регионе появилось ещё несколько государственных заповедников, два национальных парка, около пятидесяти заказников и зон ограниченного природопользования, а проблемы лишь усугубились.
В середине пятидесятых было принято решение о строительстве на берегу Байкала целлюлозно-бумажного комбината. Рассматривался и вопрос об увеличении мощностей Иркутской и Братской ГЭС за счёт дополнительного сброса в Ангару 120 кубических километров воды из вековых запасов Байкала, для чего предлагалось создать расщелину, взорвав у истока Ангары 30 тысяч тонн аммонита.
Планы «Гидроэнергопроекта» таким образом увеличить энергоотдачу гидростанций вызвали негодование в обществе. В октябре 1958 года в «Литературной газете» было опубликовано письмо учёных, писателей и инженеров с требованием отклонить проект сброса байкальской воды. Их поддержали другие учёные, несколько академиков, члены Комиссии по охране природы Академии наук СССР и даже Госплан.
10 февраля 1959 года также в «Литературной газете» была опубликована статья писателя Франца Таурина «Байкал должен стать заповедником», в которой критиковались проекты и гидроэнергетиков по сбросу воды, и «Гипробумпрома» по строительству ЦБК.
Из-за бурных протестов (сегодня о такой действенности печати можно только мечтать) идея взорвать исток Ангары была отклонена, а вот отстоять чистоту воды не удалось – в 1966 году целлюлозно-бумажный комбинат был введён в строй. Почему его построили на берегу уникального озера? Не было других озёр и рек? Были, конечно, но именно в Байкале вода чистейшая, практически дистиллированная, в ней почти нет минеральных и органических примесей, и благодаря такой воде можно было вырабатывать специальную целлюлозу для армирования шин военной авиации и кордной целлюлозы холодного облагораживания для производства специального углепластика. Этот материал выдерживает температуру в несколько тысяч градусов и используется для армирования обтекателей ракет, теплоизоляции космических аппаратов и т.д. Такой технологией обладали только две страны – СССР и США, где она выпускается и сегодня, тоже на чистейшем водоёме.
Конечно, правительство осознавало опасность размещения такого производства на берегу уникального озера, но между соображениями экологии и военно-стратегического паритета был выбран последний. Чтобы смягчить потенциальный вред, были построены самые современные на тот момент очистные сооружения, и судя по докладам Минприроды, комбинат, хоть и вносил «существенный вклад в антропогенное влияние на прибрежные байкальские акватории – по объёмам сбрасываемых сточных вод... однако химический состав его стоков был близок к комплексу веществ, образующихся в процессе естественного разрушения древесины, а уровни содержания в его стоках некоторых химических компонентов сопоставимы с их содержанием в природных пресных водах».
И всё-таки к экологической катастрофе остановленный ещё в 2013 году ЦБК привести может. После закрытия комбинат перестал обслуживать свои очистные сооружения и шламохранилища (оставшийся после переработки древесины лигнин), а более чем за сорок лет работы он накопил 6,2 млн тонн отходов в 14 картах-накопителях общей площадью 1 532 074 м2. Если, не дай бог, здесь произойдёт наводнение, как было в 2019 году в Тулуне, или сойдёт сель – а это, по мнению учёных Института земной коры РАН, вполне возможно, – трагедии не избежать. Тонны чёрной отравы сползут в озеро. На решение проблемы с отходами необходимо, по разным оценкам, от 6 млрд до 7 млрд рублей, деньги выделялись, но за семь прошедших с закрытия комбината лет дальше проектных изысканий дело не дошло – ни одна из предложенных сменяющимися подрядчиками технологий одобрения не получила.
В октябре 2020 года генподрядчиком по ликвидации отходов БЦБК стал входящий в Росатом Федеральный экологический оператор, который намерен приступить к началу работ по ликвидации накопленных отходов Байкальского ЦБК весной 2022 года.
То есть надежда, что лёд тронулся, есть. Но угрожает одному из самых древних озёр мира далеко не только комбинат. Попадание в воду недоочищенных стоков расположенных у притоков многочисленных предприятий, нефтепродуктов и хозяйственно-бытовых стоков с судов, пестицидов и удобрений с полей. Лесные пожары, незаконная рубка леса в водозаборном бассейне, хищнический вылов браконьерами омуля, хариуса и байкальской нерпы, неконтролируемый туризм.
Начавшие в конце пятидесятых в «Литературной газете» борьбу за чистоту Байкала учёные и писатели мечтали, что здесь «обязательно будут строиться дома отдыха и туристские базы, и этот район, подобно Южному берегу Крыма и Черноморскому побережью Кавказа, превратится во всесоюзную здравницу». Что ж, их мечта сбылась. Ежегодно сюда приезжает от 1,5 до 2 млн туристов, вот только озеро этому не радо. Чем больше отелей и турбаз, тем больше мусора скапливается на берегу и тем активнее разрастается спирогира, водоросль, вытесняющая эндемичную байкальскую губку, которая и делает воды кристально чистыми.
Очистные сооружения во многих посёлках попросту отсутствуют, а большинство имеющихся устарели, сильно изношены и крайне неэффективны, в результате зловонные отходы попадают прямиком в озеро. В 2019 году Западно-Байкальская межрайонная природоохранная прокуратура провела проверку исполнения природоохранного законодательства при эксплуатации очистных сооружений и обнаружила в стоках посёлков Листвянка, Култук, Ангасолка, Залари и городах Байкальск и Слюдянка большую концентрацию вредных веществ. Больше всего претензий было к аварийным очистным сооружениям посёлка Култук.
Почти одновременно с прокуратурой ситуацией в этом посёлке сильно озаботился уроженец Култука стилист Сергей Зверев. Правда, волновали его не льющиеся в озеро нечистоты, а намечавшееся в посёлке строительство фирмой из Поднебесной завода по разливу байкальской воды. Благодаря анти-китайской риторике «звезда в шоке» очень быстро набрала в интернете почти миллион сторонников, и строительство было остановлено. Забор воды – а этим бизнесом здесь занимаются и отечественные фирмы – самое экологически безопасное производство, но почему-то култучанина Зверева взволновало именно оно, а не фекальные массы, сбрасываемые в озеро. С обонянием, что ли, у стилиста, использовавшего тему экологизма в качестве пиара и собирающегося в этом году баллотироваться в Госдуму, проблемы?
В прошлом году прокуратура уже обратилась в суд с требованием заставить-таки администрацию Култука построить новые очистные сооружения. «Звезда» тоже решила внести свою лепту и раскритиковала развлечение для туристов «поцелуй Байкала». Зимой во льду пробуривают небольшую лунку, в неё наливают напиток (чаще алкогольный), который с помощью трубочки или присосавшись ко льду губами надо выпить. Развлечение, конечно, дурацкое, но какие мощные аргументы нашёл парикмахер: «Мои звёздные нервы это не выдерживают. Вы представляете, какой большой урон? Это какое количество туристов это увидели и сделают? Это сколько туда водки нальют и сколько живых организмов умрёт?»
В чудные времена мы живём. Не удивлюсь, если к петиции не спаивать рыбок подключатся миллионы идолопоклонников, и удивлюсь, если в Култуке наконец построят очистные сооружения. Разговоры о них шли ещё в советские времена, предлагали и вообще убрать все посёлки из прибрежной зоны, но ни то ни другое реализовано не было. Даже в Листвянке, которая считается «воротами в Байкал», лишь около 20% населения подключено к локальным очистным сооружениям. По данным Росводресурсов, только в 2015–2016 годах в водные объекты Байкальского региона сброшено почти 70 миллионов кубометров недостаточно очищенных сточных вод. В некоторых посёлках вообще нет канализации, которая отводила бы стоки из кухонь и туалетов. Фекальные массы, кстати, не самое страшное, гораздо опаснее современная агрессивная фосфатсодержащая бытовая химия и пластик, которым щедро усыпают берега дикие туристы.
Конечно, человек тоже часть природы, но мы, увы, самая агрессивная её часть, способная уничтожить свою среду обитания. Пути решения проблем Байкала известны, что же должно произойти, чтобы век разговоров о необходимости его спасения привёл наконец к действиям?
Людмила Мазурова
В ТЕМУ
Вера Шлёнова, председатель Иркутского областного отделения Всероссийского общества охраны природы:
В проект поступило более 300 предложений от муниципалитетов, научных, образовательных, просветительских, общественных организаций, организаторов туризма и т.д.
В Год Байкала предстоит выполнить свыше 60 самых различных мероприятий, имеющих большое значение для сохранения уникального озера и его природных ландшафтов. Это лесовосстановление, ликвидация мест несанкционированного сброса твёрдых бытовых отходов, расчистка русел рек, впадающих в Байкал, обустройство особо охраняемых природных территорий, экологических троп, этнопарков и т.д. Особая тема – развитие экологического туризма, учитывающего допустимую рекреационную нагрузку.
Также пройдут конференции, форумы, экспедиции, кинофестивали, творческие выставки, региональный праздник День Байкала и специальные мероприятия, посвящённые 25-летию присвоения озеру Байкал статуса объекта Всемирного природного наследия ЮНЕСКО.