«Мы оказались не готовы». Медики Иркутска – о работе в коронавирус

Журналист Павел Степанов 11 ноября на своём Youtube-канале опубликовал фильм о работе медиков и системы здравоохранения в Иркутске во время пандемии коронавируса. «Когда я в прошлом году жил целый месяц в Тулуне и когда мы готовились к очень большой вспышке кишечных инфекций, мне казалось, что это ад. Сейчас я вспоминаю, что это просто ни о чём», - говорит в нём главврач областной инфекционной больницы Владимир Хабудаев.

В одном из отрывков видео, которые цитирует в фильме Павел Степанов, присутствует мат, поэтому, учитывая требования Роскомнадзора, мы не можем публиковать ссылку на него. Информацию о канале иркутского журналиста можно получить по вот этой ссылке.

Увеличение заболеваемости коронавирусом началось в Иркутской области в конце сентября – начале ноября: суточное число заболевших выросло с 60-80 человек до 100-200.

«Начиная с октября количество поступлений в стационар инфекционной больницы, как и в другие стационары, значительно увеличился. Пациенты поступают не так, как было весной и летом, они поступают в тяжёлом состоянии, практически все — с пневмониями. Пациенты, которые имеют лёгкие формы течения, не поступают в стационер. Если в мирной жизни у нас было 12 коек: шесть коек — для детей и шесть коек — для взрослых, — то сегодня мы развернули 30 коек», — отмечает в фильме Владимир Хабудаев.

Он подчёркивает – нельзя говорить, что система здравоохранения не справилась: «Мы делаем всё, что можем. Каждый делает на своём месте, что может, – врачи, санитарки, администрация, правительство. Никто не хочет, чтобы было плохо».

К 12 ноября в регионе выявляется по 250-260 новых случаев коронавируса, о которых сообщает областной оперативный штаб. По словам главврача Иркутского диагностического центра Игоря Ушакова, количество положительных тестов существенно выше. Например, 28-29 октября лаборатория центра выявляла по 1 тысяче положительных результатов на коронавирус. Ушаков отмечает, что в официальную статистику попадают те, кто после тестирования идёт к врачу и кому такой диагноз устанавливают в больнице. «Если брать только тех, кто приходит с улицы, у них более 50% положительных», - поясняет он.

«Есть официальные документы, которые даёт Роспотребнадзор, основываясь на тех документах, которые дают ему сверху. Там необходимо, кроме положительного анализа, ещё осмотр врача. Это всё правильно. Просто количество людей, которые доходят до врача, которым ставится диагноз, несколько ниже, чем должно было быть», - отмечает Ушаков.

«Есть определённые требования, которые утверждены федеральным Роспотребнадзором и нашими министерскими документами. На основании чего ставится диагноз, не только тест. А дальше уже дело системы здравоохранения и Роспотребнадзора, как что правильно учитывать. Вопрос в том, что заболевших, конечно, больше», - говорит он.

Ушаков рассказывает, что диагностический центр построил лабораторию для проведения тестов на коронавирус на свои деньги во время первой волны в июне. Сейчас потребности поликлиник в тестах гораздо выше, чем возможности лаборатории делать тесты по бюджетному финансированию или ОМС.

«Больше двух третей мы делаем по бюджету и ОМС. Там примерно 50 на 50. По сути за счёт платных услуг мы компенсируем затраты, которые мы несём при оказании услуг по бюджету и по ОМС. Тех средств не хватает. Не окупаются расходы», - подчёркивает он.

Деньги от платных услуг по тестированию на коронавирус, добавляет Ушаков, пойдут на закупку оборудования для тестирования. По его словам, через три недели лаборатория диагностического центра станет одной из самых мощных в стране по тестированию на коронавирус.

«Никто не ожидал такого вала, по сути не были готовы к такой ситуации», - резюмирует он, отмечая, что осенью прогнозировалась такая же волна, как была весной.

В апреле 2020 года, в начале первой волны, пресс-служба правительства Иркутской области , что губернатор Игорь Кобзев (тогда он был временно исполняющим обязанности) и гендиректор компании «Фармасинтез» Евгений Орачевский провели переговоры о строительстве завода по производству масок (и, возможно, других средств защиты) на территории региона. К ноябрю 2020 года завод так и не был построен.

- Когда мы договаривались с правительством, с Игорем Ивановичем [Кобзевым], акцент ставился на том, чтобы маска стоила не более 3 рублей, для нас было это очень важно. Совокупные инвестиции составили бы порядка 10-12 миллионов рублей. Для компании «Фармасинтез» с точки зрения бизнеса проект не интересен, это в чистом виде была бы социальная нагрузка на нас, - рассказывает в фильме Орачевский.

- Почему завода нет? – уточняет Степанов.

- К сожалению, мы о некоторых нюансах с регионом не договорились. Наша компания реализовала проект в итоге в другом регионе России, в Приморском крае. Там власти оказались… как сказать, им это нужно больше. Размер субсидии составил 2,8 миллиона рублей, это компенсация стоимости оборудования с тем, чтобы хотя бы хоть какую-то окупаемость этому проекту предложить. Завод, наверное, где-то в середине следующего месяца будет запущен, - отметил гендиректор «Фармасинтеза».

О проблемах маршрутизации больных в интервью Степанову рассказывает фельдшер иркутской скорой помощи Валентина Монхороева. По её словам, большой объём работы, свалившийся на скорые, был связан с тем, что звонки не сортировались должным образом, в некоторые дни число вызовов доходило до 1-2 тысяч.

В фильме иркутский журналист также показывает истории иркутян, которые ждали врачей или скорую помощь несколько дней, не могли добиться назначений лекарств или купить антибиотики в аптеках.

Получить комментарий и.о. обязанности министра здравоохранения Иркутской области (на момент съёмок им была Елена Голенецкая) Степанову не удалось – Голенецкая попросила согласовать этот вопрос через пресс-службу правительства.