Виктор Ильичев: «На вызовы времени отвечать готов»
Строительный бизнес в Иркутске нередко становится предметом спекуляций. Успешным стройкомпаниям и их руководителям часто приписывают образ бездушных капиталистов, которые как чайки слетаются на господряды по социальным объектам и сдают заоблачно дорогое жилье, вовлекая население в пожизненные ипотеки.
Бизнес и экономика – это и вправду холодные, чисто рациональные сферы, где многое зависит от финансовых отчетов. Но за сухими цифрами – живые люди, и им свойственны вполне человеческие чувства.
«ВостСибСтрой» до недавнего времени был одной из немногих компаний, которые вызвались строить новое жилье в опустошенных наводнением районах Иркутской области. Корреспондент «Байкальских вестей» встретился с гендиректором фирмы Виктором Ильичевым, чтобы узнать о ситуации на стройплощадке микрорайона Угольщиков в Тулуне и о сложностях, с которыми строителям пришлось там столкнуться.
– Виктор Геннадьевич, строительство жилья в Тулуне – проект, по идее, не очень прибыльный – всего 66 квартир на большом расстоянии от областного центра. При этом не исключены задержки финансирования. От вас требуют высокого темпа работы. За всем пристально следят из федерального центра, и это лишает права на малейшую ошибку. Как вас во все это заманили?
– Когда случилось наводнение, мы увидели сотни уничтоженных домов, тысячи людей без крыш над головой. Сначала помогать в восстановлении города вызвались два десятка строительных организаций. Но там сразу начались сложности – сами понимаете, крупнейшая катастрофа, работа в сложно управляемой, хаотической среде. Мы вышли на объекты, но финансирование шло медленно, а сроки были жесткие. Дилемма – никаких гарантий, а делать надо. Стоять нам на месте, ждать или идти на осознанный риск? Начнем работать, придут проверяющие органы и найдут нарушения – документов от правительства еще нет, проекта нет. Эти нюансы тормозят процесс до сих пор. Мы даже начали работы за свой счет, но понимали, что эти деньги могут нам возместить еще не скоро. Сначала строить собирались около 20 организаций, к осени из крупных строителей остался только «ВостСибСтрой».
– А почему вы остались, когда все ушли?
– Спокойно нам никогда не жилось, мы всегда умудрялись входить в сложные проекты, которые никто не хотел брать. Но все знали, что если «ВостСибСтрой» за что-то берется, то он обязательно доведет дело до конца.
Похожий пример – расселение деревень Кеуль и Невон, которые попали в зону затопления Богучанской ГЭС в 2011– 2012 годах. Это один из первых сложных проектов в нашей практике. Всего в эту зону попали 25 населенных пунктов Красноярского края и четыре поселения в Иркутской области. Оттуда переселили более 12 тысяч человек, но 8 тысяч из них в 1980-е – начале 1990-х годов переехали в Кежму. Переселение оставшихся людей затормозили до 2008 года, потому что перспективы строительства ГЭС были непонятны. После 2008 года тема актуализировалась, нужно было переселить в Иркутск, Братск и Усть-Илимск около 1700 человек. Большая территория, важная социальная тема.
Для нас это был вызов – работа одновременно в трех городах в сжатые сроки затопления. Дата пуска воды назначена, вода пойдет в ложе, с ней не договоришься. Само собой, никто не хотел этим заниматься. Наша заявка была единственной на торгах. О прибыли речи не шло, мы сработали себе в убыток. Но нужно было решить задачу – успеть переселить людей. В итоге мы сдали больше 500 квартир за полгода.
– Вам-то это зачем было? Вы же не могли не понимать, что дело убыточное?
– Тут как с Тулуном. Это была важная всероссийская задача. Города на западе Иркутской области попали под удар беспощадной стихии, которую мы не можем контролировать, но мы можем помочь людям быстрее справиться с этим.
– То есть вы остались в этом сложном убыточном проекте только из альтруизма?
– Реальных причин, почему мы за это взялись, было две. Я почувствовал, что бросить Тулун из-за того, что это невыгодно, мне не позволит честь строителя. У меня есть профессиональная гордость.
– Внимание федеральных властей и центральных телеканалов, наверное, тоже оказывали влияние? Каждую ошибку московские гости рассматривали под лупой, если все сделать идеально, можно повысить статус «ВостСибСтроя» в глазах Москвы, так ведь?
– Я так не думаю, нам это было не нужно. Опыт работы под пристальным вниманием Москвы у нас тоже был. Мы были генподрядчиком на строительстве «Большого Братска» по заказу компании «Илим». Это был серьезный и интересный вызов, потому что нужно было строить промышленный объект всероссийского масштаба без остановки производства целлюлозы. Проект разделялся на две части – реконструкцию уже существовавших и строительство новых корпусов. От нас тогда работали полторы тысячи человек, и задачу мы решили за два года.
Это был один из самых масштабных инвестпроектов в российской целлюлозно-бумажной промышленности со времен СССР. И к нему, естественно, тоже было приковано внимание федеральных властей. Постоянный груз ответственности заставлял работать упорнее и эффективнее.
Я не хотел рисоваться перед Москвой, если вы об этом. «ВостСибСтрою» уже 26 лет. Компанию мы основали в 1993 году с несколькими выпускниками иркутского политеха. Работали с нуля, учились на собственных ошибках, нарабатывали имидж, и никто нам не помогал. В этом плане нам ничего никому не надо доказывать.
Я не отказался от проекта в Тулуне, потому что видел, как страдали люди. Был там во время второй волны и не смог остаться в стороне. Жители города вели себя как настоящие сибиряки, не было никакой паники. Я жил у своих друзей, которых тоже подтопило, и они тоже очень мужественно к этому отнеслись.
Я всегда говорю, что Иркутская область – это наша земля, наша родина. Мои предки переехали сюда из Воронежской губернии в 1827 году, и почти двести лет мой род живет на этой земле. Любая беда в Иркутской области – и моя беда тоже. Достроить дома в Тулуне – это вопрос чести не только как строителя, но и как сибиряка.
Начиная с ноября каждый день в 17.00 мы проводим планерки по текущей ситуации на стройке в Тулуне.
– Даже в выходные?
– И по выходным, и в праздники, и даже вечером 31 декабря у нас была такая планерка. После каждой планерки я отчитываюсь перед Министерством строительства Российской Федерации, перед заказчиком и контролирующими органами – отсылаю актуальные фотографии и последнюю информацию. У нас в Тулуне работают 230 человек. Первые три двухэтажных дома мы сдадим досрочно, до конца марта 2020 года, хотя по договору с заказчиком срок ввода объекта в эксплуатацию – октябрь 2020 года.
…Тут наш разговор прервался. Виктор Ильичев спешил на ежедневную планерку по Тулуну. Нам предстоит встретиться еще раз, чтобы окончательно разобраться со сложностями, с которыми столкнулись строители в зоне паводка.
Продолжение следует.
Беседовал Виктор Лучкин / ИА «Альтаир»