Капитальная неэффективность
Несколько лет назад владельцам квартир вменили новый вид расходов — плату за капремонт. Ожидалось, что за счет взносов, ежемесячно перечисляемых собственниками в «общий котел», многоквартирные дома будут постепенно ремонтироваться: меняться кровли, обновляться подъезды, лифты и другое общее имущество. Красивая в теории схема в реальной жизни сразу же начала давать трещины, которые вряд ли поддаются ремонту. Очевидный провал программы признают и на федеральном, и на региональном уровнях. Иркутская область исключением не является.
Жители недовольны
Качеством уже проведенного ремонта по программе капремонта недовольны сотни иркутян, десяткам из них со своими обращениями удается пробиться в приемные депутатов, но ни у одного пока не получилось добиться справедливости.
Восьмидесятидвухлетний иркутянин Михаил Будыльский уже около года до кого только ни пытается достучаться для решения вопроса по завершению капремонта дома по адресу ул. Чехова, 10. Энергии пенсионера хватило на то, чтобы его письма попали и в приемную губернатора, и в региональное Законодательное собрание. Во двор его дома наведались несколько комиссий из различных министерств и ведомств. Но завершенный наполовину ремонт таковым и остается.
По словам Михаила Будыльского, жители дома еще два года назад из сообщения от регионального фонда капремонта узнали, что они включены в программу на 2018 год, имеется перечень работ и предельно допустимая на их выполнение сумма — 22,8 млн рублей. Собственники на общем собрании рассмотрели и приняли это предложение. Фактически же ремонт начался лишь в 2019 году, а запланированные работы были выполнены не полностью.
«Нам сделали крышу, заменили ряд инженерных систем, но оставили без внимания важные вещи, от которых зависит состояние дома — не была восстановлена отмостка, не проведены важные фасадные работы. Без этого наш дом 1986 года постройки просто продолжит разрушаться, в нем будет невозможно комфортно и безопасно проживать, — справедливо переживают жильцы. — Фонд капремонта в свою очередь нам ничего пообещать не может, ссылаясь на недостаточность общей суммы, которая в виде взносов собирается сейчас, и будет собираться и еще три десятка лет. Между тем в нашем доме 80% жильцов — пенсионеры, дополнительно повысить взносы невозможно».
Увесистые папки переписок с различными инстанциями хранит у себя иркутянка Надежда Комаревская, старшая по дому №119 по улице Советская. Ее дом попал в программу капремонта еще в 2015 году. Претензии жильцов появились сразу же после завершения работ. Вот только несколько цитат из обращений людей в различные инстанции:
«Отвратительно отремонтирован фасад дома. Краска облупливается, и куски штукатурки отваливаются. Во многих местах фасад поражен грибком. В процессе проведения ремонта подрядная организация произвела самовольную замену краски на дешевую, низкого качества. Были сорваны все разумные сроки, фасад докрашивался осенью при минусовых температурах».
«В перечень работ капремонта не была включена крыша, находящаяся в плачевном состоянии — у всех жильцов протекает, вода бежит по фасадам, затекая в окна. Потолок в подъездах, над которым находится крыша, в аварийном состоянии. Разве можно этот ремонт назвать капитальным, если жители третьего этажа, когда идет дождь или тает снег живут, как на чердаке с подставленными ведрами и тазами».
В похожей ситуации уже несколько лет находятся жильцы дома по улице Лермонтова, 293. Капремонт у них прошел в 2015 году, но не в полном объеме. Крыша и подвал остались без внимания подрядчика — многократные обращения в фонд до сих пор не принесли результата.
Депутаты настроены решительно
Депутат Законодательного собрания Иркутской области от КПРФ Ольга Носенко — одна из немногих парламентариев, кто общается с недовольными капремонтом жителями регулярно и на протяжении нескольких лет. Она хорошо знает нашумевшие истории, лично бывала по многим адресам, отправляла депутатские запросы в различные инстанции. Корень «зла» во всех случаях одинаков — это несовершенство системы, объясняет депутат.
«Когда в 2013 году мы принимали региональный закон о капремонте, то предусматривался комплексный подход к ремонту многоквартирных домов. Что это значит? Это значит, что по каждому дому должно быть выполнено семь-восемь видов работ: обновить требовалось все — от кровли до подвала и от фасада до подъездов. После этого здание могло спокойно простоять еще лет 30. К сожалению, очень быстро этот правильный подход был задвинут в угол. Сейчас подход другой — делают ровно столько, на сколько хватает взносов, якобы собранных на тот или иной дом. А это зачастую всего 2-3 вида работ. Результат жильцов, конечно же, не устраивает — какой это капитальный ремонт, за что они должны платить еще 30 лет, если дом столько может не протянуть?» — раскрывает первопричину существующих недовольств Ольга Носенко.
Депутат откровенно говорит: сложившиеся реалии жестоки по отношению к гражданам. На первый взгляд, проводить качественный капитальный ремонт в многоквартирных домах сейчас возможно только при повышении взносов, размер которых не менялся с 2014 года. Как вариант, власти могут развести руками, сказать: «мы не справляемся», оставив людей один на один со своими проблемами. Это означает, что жители будут вынуждены проводить общие собрания и принимать на них решения по самостоятельному ремонту. «Оба этих сценария ожидаемо приведут к социальному взрыву с непредсказуемыми политическими последствиями. Власти регионов, в том числе и в Приангарье, сейчас должны понимать — оттягивать решение проблемы нельзя, люди все больше накаляются. Звучат справедливые вопросы — зачем мы платим эти взносы, если в итоге получаем некачественную услугу?» — говорит Ольга Носенко.
Как отмечает депутат, она и ее коллеги из фракции КПРФ намерены в ближайший месяц поднять в Заксобрании вопрос эффективности региональной программы капремонта. «Мы намерены подключить к этому правительство, изменить принцип действия программы. Очевидно, что требуется ее субсидирование, государство должно взять на себя эту важную роль. Это именно тот выход из ситуации, который позволит избежать социальных потрясений, — подчеркивает она. — Кроме того, программу капремонта можно реализовывать в координации с другими программами, например, связанными с благоустройством, чтобы получить комплексный эффект. Также требует внимания очень серьезный вопрос использования процентов, накапливаемых на остатки средств Фонда на банковских счетах. Это значительные суммы — порядка 800 млн рублей на сегодняшний день, которые пока не используются».
Пересмотреть, по мнению парламентария, необходимо и другие составляющие программы. «На сегодняшний день многоквартирный дом попадает под капитальный ремонт даже с износом в 70%. В результате в программу капремонта оказались включенными около 1 тыс. таких домов, подлежащие сносу и реконструкции, ремонт которых экономически нецелесообразен. «Учитывая, что такие дома толком не ремонтируются, результат получается нулевой. Называя вещи своими именами — деньги граждан попросту выкидываются на ветер, — подчеркивает Ольга Носенко. — Необходимо, чтобы муниципалитеты признавали такие дома аварийными. А после этого мы сможем включать их в федеральную программу по переселению граждан из ветхого и аварийного жилья, которая была продлена в этом году. Кроме того, из капремонта необходимо исключить дома многострадальной 335 серии — их у нас более 1,3 тыс. Эта тема также требует отдельной программы и финансирования».
Еще одной важной причиной неудовлетворительной работы Фонда капремонта в Иркутской области депутат считает отсутствие качественного контроля за работой регионального оператора и отстраненность регионального правительства от этой темы. По сути, областное правительство оставило граждан наедине с фондом, не вмешиваясь в происходящее. «Неделю назад состоялось селекторное совещание региональных правительств с Минстроем России, к которому был подготовлен и доклад о работе Фонда капремонта Иркутской области. Анализ этого документа красноречиво показывает «эффективность» работы организации», — отмечает Ольга Носенко.
Так, план 2019 года включал капремонт 748 домов (2321 работу — или в среднем по три работы на каждый дом) на общую сумму 2,6 млрд рублей. Однако, по данным на январь 2020 года, полностью завершены и оплачены были лишь 40% работ — это 297 домов. Еще 393 дома до сих пор находятся в процессе ремонта, а в 58 домах — работы и вовсе не начаты по различным причинам. Хотя предыдущие годы наблюдалась устойчивая положительная динамика ремонтных работ.
«Сотрудники фонда объясняют такую печальную статистику тем, что серьезные силы и средства были отвлечены на ликвидацию ЧС в Тулуне и Нижнеудинске, — подчеркивает Ольга Носенко. — При этом собираемость средств в регионе самая высокая в СФО — выше 80%, остаток средств на счетах фонда — более 4,5 млрд рублей. То есть деньги лежат мертвым грузом, работы не выполняются, а жители недовольны».