Системный сбой: почему жители затопленного Тулуна до сих пор ждут помощи

Следователи будут разбираться с тем, что сейчас происходит в Тулуне. Наводнение там произошло еще летом. Пообещали помочь. И люди начали ждать, что все решит именно центр. Деньги центр отправил, но дошли они не до всех. Кажется, что Тулун стал заложником местных чиновников, которые всегда знали, что проблемы есть, а решать их не собирались. Почему же так тяжело идет, казалось, обкатанный процесс — ведь после наводнений восстанавливали и Ленск, и Дальний Восток? Но именно в Тулуне произошел какой-то системный сбой.

СМОТРЕТЬ ВИДЕО: Системный сбой: почему жители затопленного Тулуна до сих пор ждут помощи

В городке с населением около сорока тысяч затопило больше девятисот домов. Как о войне говорят: «Нет того, кого бы она не задела». Так и здесь — у всех есть родственники, пострадавшие от большой воды.

Тулун затапливало несколько раз. В восьмидесятых было сразу два наводнения. Но кошмара, как летом этого года, вот уж точно старожилы не припомнят. Целые дома уносило в реку и в щепки разбивало об мост. А когда таких плывущих домов стало уже слишком много, они собой, как плотиной, просто перекрыли течение.

Президент несколько раз прилетал в зону бедствия. Выслушивал и слезы, и жалобы местных. А потом объяснял властям: надо подходить по-человечески, не нужно разводить лишнюю бюрократию, нельзя, чтобы люди надолго оставались в центрах временного размещения. На начало декабря в центре временного размещения в Тулуне находятся 83 человека.

Лима Имангалиева, местная жительница: «Сколько у нас прошло? Четыре месяца. Мы только вчера получили сертификат. Съездила я в Алма-Ату. Отдала 120 тысяч, чтобы собрать документы и доказать, что мои дети — это мои дети».

Лишняя буква в фамилии, не та буква в фамилии, отсутствие нужных документов — с бюрократической точки зрения, местные власти действуют по закону и по привычке, отказывая в таком случае в сертификатах на жилье.

Сергей Левченко, губернатор Иркутской области: «Конечно, я понимаю, что всем бы хотелось получить жилье завтра. Но я вам приведу такой пример, что на позавчерашний день жилье уже получили и въехали в новые квартиры 4080 семей. Это 11 тысяч человек. 11 тысяч человек через три месяца после второго паводка уже получили и въехали в жилье. Вы знаете такие примеры по России? Не знаете, потому что их нет».

Губернатор обвиняет журналистов в слишком негативном освещении происходящего. Однако в прокуратуре Иркутской области только от затопленцев — 15 тысяч обращений.

Роман Шергин, заместитель прокурора Иркутской области: «Уже имеется один случай, когда мы направили материалы для возбуждения уголовного дела. Это по Нижнеудинску, где в многоквартирном доме первоначально комиссия пришла к выводу, что дом подлежит капитальному ремонту. Капитальный ремонт был произведен. Но потом провалились полы, и было проведено повторное обследование. И уже комиссия по сути при тех же самых исходных данных пришла к выводу, что дом является аварийным».

К работе комиссий по оценке ущерба у местных много вопросов. А ведь именно эти комиссии по каким-то своим критериям решают «сносить нельзя ремонтировать». В Гадалее произошла вообще уникальная история. Как рассказывает Анатолий Говорин, тонули с соседями одинаково, но у тех — сертификаты на новое жилье, а ему комиссия за подписью главы постановила, что дом не аварийный.

Анатолий Говорин, житель села Гадалей: «По той стороне всем дали сертификаты. По нашей стороне — впереди меня дали четыре. Меня пропустили. Там снова — бабушке дали, парню опять не дали. А по той стороне всем дали».

В администрации пенсионерам посоветовали: не согласны с выводами этих комиссии — можно заказать частную. Цена вопроса — 15 тысяч. Старики отказались. Теперь ждут третью, бесплатную. Потому что иначе всех тут расселят, а они так и останутся на берегу реки.