В России сформировалась путинозависимость

Потому что потихоньку уже становится. На Восточном экономическом форуме Владимир Владимирович сказал, что молодежь имеет право на протесты и это встряхивает власть. Фраза стала главной новостью. Просто взахлеб и с причмокиванием цитировали. А что, собственно, сказал президент?

Есть легенда, что изобретатель Эдисон баловался веществами и никак не мог запомнить, какие гениальные мысли у него в этот момент возникают. Однажды решил записать, а когда проснулся, прочел: «Банан велик, а кожура еще больше».

Так вот наши государственные деятели, похоже, подсели на Путина. Просто путинозависимость у них сформировалась. Страх и неумение принять самостоятельное решение, отсутствие желания хоть что-то делать для людей, а не создавать видимость... Откуда это? Да все оттуда же — Путин придет, порядок наведет. А пока в свое удовольствие можно бюджетики попилить.

Народ не обманешь, народ это чувствует. Поэтому в затопленном Тулуне на местную власть никто не надеется. Поэтому приезд президента в начале прошлой недели — спасение. Поэтому президент, уезжая, с болью в голосе говорит людям: «Увидите, я все сделаю». Вы услышали главное? «Я сделаю». Потому что больше некому. А это катастрофа на самом-то деле.

Маленький пример. Вице-премьер Мутко выразил недовольство работой Министерства экономического развития. Звонил, говорит, министру Орешкину, поскольку ни копейки предприниматели в подтопленных районах не получили. На следующий день ведомство Орешкина отреагировало: несправедливо это, мы 500 миллионов выделили. Ну, отлично, правда? Один говорит нет денег, другой говорит есть деньги. Чиновники при деле. Народ наедине с собой. Где деньги — да хрен его знает. Ничтожную проблему опять решает Путин.

Перелеты на Дальний Восток фантастически дорогие. У нас вроде есть Минтранс, чтобы этим рулить. Но опять президент должен вмешиваться в локальную историю. И опять произносить то, что все и так знают — в авиакомпаниях «счетоводы довольно искусные. Все время прикрываются какими-то международными стандартами, которые некоторые эксперты считают жульническими».

У нас есть «Роскосмос», но это плач и скрежет зубовный. И Путин летит на космодром «Восточный» со словами «там, к сожалению, много вопросов, требующих решения и моего вмешательства в эти решения». Интересно, разбирается президент в марках бетона? Или должен показать, как правильно совковой лопатой работают? Чем занят Дмитрий Олегович Рогозин? А Рогозин на космодроме покрывается пунцовыми пятнами, но продолжает на словах увеличивать количество пусков, которые еще будут.

Знаете, что удивительно? Каким-то чудом, не иначе, но у меня во дворе новую детскую площадку без Путина сумели поставить. Видимо, это исключение, подтверждающее правило.

Но вернемся к фразе про протесты. Не встряхнут они власть. Это тоже может только Путин. Ему бы взять и неожиданно втайне от всех в отпуск, в тувинскую тайгу на месяцок. Без средств связи. Исчез — и все.

Это дико жестоко. Потому что у государственных мужей уже через пару дней начнутся ломка и отходняки. Еще через неделю часть помрет, а часть начнет бегство в свои заграничные дома. Зато к концу месяца останутся те, кто в состоянии что-то делать сам. Вот с ними вернувшийся из отпуска Путин наконец сможет построить великую и прекрасную Россию будущего.

Утопия, конечно, но почему бы не попробовать? Пока не разучились дышать без разрешения.