Как в Тульской губернии боролись с заразными болезнями 300 лет назад
Десятки городских легенд и пугающих фантазий в Туле связаны с эпидемией черной смерти, которая была в городе в конце XVIII века. К пласту фольклора относятся и истории о вскрытии чумных захоронений вокруг Тульского кремля, и о заражении холерой от могил на Всехсвятском кладбище. В связи с мировой пандемией коронавируса, в Тульском государственном архиве раскрыли документы, которые рассказывают о прежних эпидемиях в городе.
К иконе Богородицы, которую называют Боголюбской, сейчас могут приложиться только работники храма Флора и Лавра и редкие прихожане. После каждого богомольца киот дезинфицируют. Разметка на полу напоминает о социальной дистанции. А 350 лет назад, в 1772 году, у образа толпились тысячи человек. Туляки молились деве Марии, чтобы город обошло моровое поветрие, то есть эпидемия чумы.
Рассказывают, что там, где сейчас в ряд стоят автомобили, 300-400 лет назад так же в рядок стояли могильные кресты. «Здесь было церковное кладбище, которое относилось к собору Флора и Лавра. Простирался некрополь до самого Городского концертного зала. Поначалу умерших от чумы хоронили здесь же, все делали по обряду: рыли могилу глубиной два метра, священник читал молитвы. Когда умерших стало слишком много, возникли первые санитарные захоронения. Священника с кладбища убрали, погибших от чумы складывали в братскую могилу и сверху немного приспали землей»,
-так гласит самая живучая городская легенда. И все это - неправда. По данным государственного архива, во время эпидемии чумы 1771-72 годов «черная смерть» в Туле «выкосила» всего 6 человек - это выписка из журнала Тульской провинциальной канцелярии: «В 1771 году 6 сентября было найдено мертвое тело дьякона села Богучарова Ивана Акимова».
Заразился дьякон при погребении селянина. Тело спрятали, чтобы домочадцев и священнослужителей не посадили на карантин. Ведь именно священники должны были исповедовать и причащать всех умирающих. Даже если причиной смерти была чума.
Следом за священником в опустевший дом заходили мортусы -так называли каторжан, которых заставляли выносить тела умерших от чумы. Перчаток им не выдавали, единственной защитой был пучок горящего можжевельника (он должен был обеззаразить помещение). Кроме этого, промасленный смолой плащ и маска, внутри которой находились ароматические вещества.
В конце XVIII века наука считала, что чума передается вместе с трупным ядом. Поэтому мортусы отвозили тела покойников не на церковные погосты вокруг кремля, а за город. Согласно плану того времени, южная окраина Тулы проходила по нынешней улице Каминского. В километре от нее и было организовано первое санитарное захоронение.
Одной из мер борьбы с чумой был Указ правительствующего сената о запрете хоронить мертвые тела при церквях и требования отвести землю для общегородских захоронений за чертой города.
Сейчас на месте этих санитарных захоронений расположено Всехсвятское кладбище. Чума город миновала, поэтому в 1773 году здесь начали появляться и обычные могилы. Для первоначальной цели - захоронения умерших от заразных болезней - новое кладбище пригодилось через полвека после основания. В 1830 годах сюда стали свозить тех, кто погибал от эпидемии холеры.
Конкретные места, где похоронены умершие от холеры и сколько конкретно людей похоронено – неизвестно. Ясно только одно –хоронили их в западной части Всехсвятского кладбища. Распознать могилы можно только во время археологических раскопок по белым вкраплениям в земле. Дело в том, что для обеззараживания и санитарной обработки тела заспали известью.
В центральную Россию эпидемии и чумы, и холеры приходили из южных губерний. А Тула стояла как раз на пути из Причерноморья в Москву и Петербург. Поэтому в конце XVIII и начале XIX века город превратили в форпост. Вокруг были сооружены карантинные посты. Алексинский располагался в паре километров от современного антивирусного поста на 120-м километре трассы М-2. Пробки возникали и в то время. Купцам на повозках, в отличие от дальнобойщиков, приходилось стоять здесь не полчаса-час, а полтора месяца.
Купцы должны были иметь с собой сопровождающие бумаги, что не передвигались по территориям, где бушевала чума или холера. Все их имущество окуривали, дезинфицировали одежду, бумаги при них переписывались и сжигались. Деньги мыли. И нужно было в карантинном доме прожить 40 дней.
И если за объезд антивирусных постов водителям сейчас грозит штраф, то купцов, искавших легкие пути, просто вешали. Благодаря таким мерам жертвы чумы и холеры в Тульской губернии исчисляются единицами. Хотя в соседней Москве только в 1772 году погибло 50 тысяч человек. Разница в цифрах подтверждает старый тезис, что для борьбы с любой заразной болезнью человечество не придумало ничего лучше, чем карантин и самоизоляция - ни в XVIII веке, ни в XXI веке.