Альтернативы не было
Многие магнитогорцы ещё помнят Василия Патрушева, руководившего Магнитогорским пединститутом с 1969 до 1979 года, 24 апреля ему исполнилось бы девяносто.
В глухой вятской деревне, откуда он родом, жизнь была зависима от каждодневного труда семьи. Чтобы дети могли вырваться в большой мир, родители дали им высшее образование. Старший сын Григорий возглавил закрытый научно-исследовательский институт, стал доктором наук, академиком. Младший Виктор - кандидат философских наук, доцент, преподавал в вузах, которыми руководил Василий.
Василий Патрушев после семилетки окончил медтехникум, работал по специальности, потом с отличием окончил исторический факультет Кировского пединститута. Переехал в Магнитогорск: преподавал в техникумах, был инструктором горкома КПСС, работал на кафедре марксизма-ленинизма Магнитогорского горно-металлургического института имени Г. И. Носова. Поступив в целевую аспирантуру МГУ, досрочно написал и защитил кандидатскую о развитии металлургии Урала. Вскоре издал первую монографию, а позже в соавторстве опубликовал книги "Магнитка" и "Юность Магнитки", за которые позже ему было присвоено звание профессора.
Василий Афанасьевич стал ректором МГПИ, когда здание располагалось по проспекту Пушкина: длинное, двухэтажное с наглухо заколоченным актовым залом под прохудившейся крышей, тяжелыми скрипучими дверями, полусгнившими оконными рамами, всегда мокрым полом в туалетах. Новые факультеты требовали дополнительных площадей, а средств не было даже для ремонта.
Городские власти предоставили вузу другое здание - бывший интернат в районе телецентра: три корпуса с актовым и спортивным залами, столовой. Тем временем рядом с новым ректором появились и новые проректоры, главный бухгалтер, партийные и профсоюзные лидеры.
В истории вуза начинался виток, предвещавший грандиозные перемены в материально-технической базе и образе мышления коллектива.
В ритм вузовской жизни внедрились оперативки, заседания штабов, парткомов и месткомов, на которых приоритетными стали вопросы реконструкции и обустройства учебных лабораторий, классов, рекреаций. Василий Афанасьевич как идеолог уделял огромное внимание наглядности - ведь воспитывали будущих педагогов. Большое значение придавалось лозунгам, специальным стендам и доскам почета. Их производство поручили новому художественно-графическому факультету. Всего за год интерьеры вуза приобрели современный вид: доски почёта студентов и педагогов, тематические стенды по истории института и города, лозунги, таблички на дверях, убранство холлов.
Появились замыслы возведения баз отдыха для студентов и преподавателей в районе Банного озера и в Карагайском бору. Но строительство началось без финансирования и специалистов - силами студенческих бригад. Материалы добывали, разбирая бревенчатые дома на улице Профсоюзной, отданные городом почти бесплатно. Постепенно в "Черёмушках" - так назвали базу на Банном озере, появился двухэтажный дом с зимним отоплением, позже - ещё два домика, столовая, хозяйственные помещения. На бывшем пахотном поле уже поднимались стены спортивного комплекса.
Строительная страда не ослабляла качества учебной работы. В том-то и состоял талант ректора, что все подразделения в институте работали на должном уровне. Учебным отделом в те годы руководил Владимир Чернов. Математик по специальности, он безуко-
ризненно планировал режим учебных занятий, благоприятствующих строительству. Наукой заведовал Михаил Львов, чуть позже Юрий Конаржевский - они обеспечивали повышение "уровня остепенённости" преподавателей. Нельзя отрицать, что многие студенты работали на стройках с опредёленным ущербом для знаний, и этот вопрос обсуждался кулуарно и на собраниях. Василию Патрушеву приходилось убеждать: альтернативы нет, а труд ещё никого не испортил, и знания при желании можно добыть самостоятельно. Кстати, и уборочная кампания на полях Первомайского совхоза, и студенческая вожатская практика оставались обязательными.
Мне довелось участвовать в возведении главного корпуса по проспекту Ленина, 114. Поначалу плохо представлял, чем могу быть полезен. Однако у ректора на этот счёт были свои соображения. Проект не во всём его устраивал: не нравились облицовка фасадных панелей, высота здания, вход в него - предполагался лишь небольшой козырек на двух подпорках из труб в виде буквы "У". Ректор излагал мне свои пожелания, а я, как художник, переводил их в язык схем, рисунков, чертежей. Василий Афанасьевич брал меня с собой на заседания штабов строителей под руководством Вилия Богуна, Виктора Антимонова, Виктора Аникушина, где к нашим предложениям прислушивались. В результате завод железобетонных изделий выполнил панели с лучшей фактурой, проект крыльца здания переделали, он стал действительно парадным. Ступени на лестничных пролётах дополнительно шлифовали вручную, мозаичные полы на этажах заливали по рисункам и эскизам наших художников. Появился подвальный этаж, которого не было в проекте, - его выкопали практически вручную, так как уже выстроенные стены не позволяли загнать технику.
На завершение строительства главного корпуса бросили все силы студентов и преподавателей. Начались сплошные авралы, субботники, воскресники, ударные недели. Состоялся даже своеобразный бартер: за оформление интерьеров деревообрабатывающего и завода ЖБИ силами худграфа были ускорены сроки выполнения бетонных и столярных работ. Это способствовало быстрейшему подведению тепла в здание, что ускорило отделочные работы. Для сравнения: однотипные корпуса Брянского пединститута сдали в эксплуатацию через одиннадцать лет, в Туле - через семь, а в Магнитогорске - уже через три с половиной. На открытие нового здания МГПИ в 1978 году приезжал первый заместитель министра просвещения РСФСР Николай Александров.
В апреле 1979 года Василий Афанасьевич отметил пятидесятилетие и переехал в родной Киров, чтобы возглавить пединститут, где учился. За неполные десять лет Василию Патрушеву удалось и там провести капитальный ремонт главного корпуса, где с потолка уже обваливалась штукатурка. Приобретённый опыт строительства способствовал быстрому созданию нового учебного корпуса и базы отдыха. Всё это я видел сам, трижды будучи у Патрушева в гостях.
А вот на похоронах Василия Афанасьевича мне быть не довелось. Он умер скоропостижно летом 1988 года, не дожив до шестидесятилетия.
Светлую память о нём сохранили коллеги, соратники и ученики. Лучшим памятником ему стало здание института, за огромный вклад в строительство которого Василий Патрушев награждён орденом Трудового Красного Знамени. И пусть сегодня здание возвышается в гордом одиночестве среди опустевших скверов и аллей - в своё время его возведение было настоящим прорывом.