Туркестанский легион вермахта

Один из наиболее авторитетных членов Национал-социалистической рабочей партии Альфред Розенберг накануне Великой Отечественной войны разработал план, в соответствии с которым земли Советского Союза после победы гитлеровской Германии должны были разделить на пять рейхскомиссариатов. Центральная и северная часть страны в случае победы немцев называлась бы «рейхскомиссариат Московия», по той же логике предлагалась выделить в качестве отдельных регионов Украину, Кавказ и Остланд — территорию Прибалтики, северной Польши и Белоруссии. Пятым рейхкомиссариатом, согласно плану Розенберга, должен был стать Туркестан, включавший территории пяти среднеазиатских советских республик — Казахстана, Узбекистана, Таджикистана, Туркменистана и Киргизии.

Изначально предполагалось, что народами, которых объединяла одна религия и общее тюркское происхождение, будет управлять казахский политик Мустафа Шокай, который пользовался уважением среди местного населения и при этом сотрудничал с нацистами. Он изначально согласился встать во главе коллаборационистского «Туркестанского легиона», созданием которого озаботилось нацистское руководство.

Имя им — легион

В Третьем рейхе к идее о том, что с исламским миром — в том числе с кавказскими и тюркскими народами — надо сотрудничать, пришли далеко не сразу. Изначально планов привлекать их в армию и другие силовые структуры не было, однако свои коррективы внесли реальные военные действия: когда план блицкрига провалился, немецкому командованию стало очевидно, что надо быстро пополнять человеческие ресурсы. Так началась история Туркестанского легиона — подразделения вермахта, сформированного из числа советских тюркоязычных военнопленных. В целом из почти шести миллионов пленных, оказавшихся в ходе войны на территории Германии, примерно одну треть составляли именно туркестанцы, отмечает историк Бахыт Садыкова в своей книге «История Туркестанского легиона в документах».

Кроме пленных, в этот легион вермахта также попадали некоторые эмигранты и беженцы, осевшие ранее в европейских странах, а также в Турции. Среди новобранцев Туркестанского легиона велась активная пропаганда: солдатам объясняли, что немецкие войска якобы пришли не как враги, а напротив, как «освободители», которые помогут избавиться тюркским народам от «советского гнёта». «Иностранным добровольцам вермахта», как официально называли членов Туркестанского легиона, сулили создание не только своего рейхскомиссариата, но и так называемого Большого Туркестана — государства под протекторатом нацистской Германии, которое включило бы в себя также земли Башкирии, Поволжья и Азербайджана.

Туркестанцы на службе у вермахта

Туркестанский полк, предшественник легиона, был сформирован к середине ноября 1941 года. Впрочем, привлекать это подразделение к активным боевым действиям — возможно, из-за малочисленности личного состава — не торопились: как и другие национальные войска вермахта, представители тюркских народов, вступившие в ряды гитлеровской армии, чаще участвовали во вспомогательных и тыловых операциях, иногда их использовали для охраны стратегически важных объектов. Опыт применения этой дивизии, по словам историка и специалиста по вопросам коллаборационизма Олега Романько, признали успешным, поэтому было принято решение — создавать как можно больше национальных легионов.

Зимой 1942 года немецкое командование организовало учебный лагерь Туркестанского легиона. Большинство кандидатов — а добровольцев, кстати, было совсем небольшое число — поступало туда прямиком из лагеря Бухенвальд. Заметив, что процесс формирования новых армейских подразделений идёт крайне медленно, немцы впоследствии стали угрожать тюркоязычным военнопленным и открыто шантажировать их.

В это время идея о том, что Шокай возглавит запланированный рейхскомиссариат, уже канула в Лету: сам идеолог Единого Туркестана поставил перед немецкой администрацией жёсткие условия, на которые в Третьем рейхе не могли согласиться. Вскоре Шокай умер, по одной из версий, его попросту отравили. Назначать новое предполагаемое начальство в ещё не существующем государстве Розенберг даже не стал: немецкие власти ограничились тем, что объявили лидером Туркестанского легиона узбека Вали Каюма, который впоследствии создал Национальный комитет объединения Туркестана.

Как бы то ни было, уже осенью 1942 года несколько первых туркестанских батальонов отправились на фронт — они воевали на Астраханском направлении и участвовали в наступлении на Туапсе. Принимая это решение, немецкое командование преследовало не только военные, но и политические цели — вермахту, который к тому моменту нуждался в пополнении личного состава, нужно было во что бы то ни стало показать всему мусульманскому миру, что в составе гитлеровской армии воюют разные люди — в том числе и те, которые исповедуют ислам. В первую очередь, как отмечают историки, немцы пытались с помощью такой тактики привлечь на свою сторону важного союзника — Турцию.

Утрата доверия

Всего за время существования штаба командования восточными легионами немцы успели сформировать в Польше 14 туркестанских батальонов. Между тем идейных противников советской власти среди бойцов, как отмечает Романько, было немного — примерно 20%. Другие солдаты Туркестанского легиона либо ждали, чью сторону в военном конфликте будет безопаснее занять, либо просто собирались улучшить своё материальное положение.

В то же время среди бойцов нового подразделения было много военнопленных — некоторых фактически силой заставили вступить в ряды Туркестанского легиона. Вероятно, поэтому в нем не были редкостью случаи не только дезертирства и перехода на сторону советских войск, но и даже нападения легионеров на немецких военнослужащих. Зафиксированы, конечно, и обратные примеры: так, зимой 1943 года несколько туркестанских батальонов, как отмечается в документах вермахта, «завоевали право носить немецкую военную форму».

После того, как инициатива в войне очевидно перешла на сторону Советского Союза, немцы и вовсе перестали доверять своим тюркоязычным новобранцам — несколько ненадёжных «восточных» батальонов пришлось даже разоружить. Большую часть других солдат из Туркестанского легиона вновь отвели в тыл — формально для укомплектации и отдыха.

Осенью 1943 года экспериментальную туркестанскую дивизию под командованием генерал-майора фон Нидермайера отправили в Словению, а затем в Италию: там перед бойцами поставили новую задачу — бороться с партизанами. Под занавес войны Туркестанский легион влился в состав Восточно-тюркского соединения СС. Всего, по оценкам историков, за время войны в немецких силовых структурах проходило службу около 180 тыс. туркестанцев.

Уже после войны некоторых туркестанских легионеров ждали советские лагеря, при этом части коллаборационистов удалось бежать в Турцию и другие страны. В 1947 году в Алма-Ате прошёл закрытый «процесс 49-ти», на котором осудили бывших легионеров. 11 из них приговорили к расстрелу, остальных — к заключению. Несмотря на это, многие из тех, кто воевал в составе Туркестанского легиона, вернулись на родину, в Советский Союз, и жили своей обычной жизнью.