Единственный случай участия «катюш» в партизанской войне
К середине августа 1942 г. военные действия велись уже в районе Большого Кавказа. На стороне немцев были господство в воздухе и подавляющий перевес в минометах и горной артиллерии.
РККА за два месяца непрерывного отступления потеряла большую часть орудий, сравнительно хорошо сохранились лишь ГМЧ Черноморской группы войск Северо-Кавказского фронта. В нее входили семь дивизионов и отдельная батарея БМ-13, два (позже четыре) дивизиона БМ-8. Сила грозная – примерно с такой Нестеренко остановил в Сальских степях немецкие танки. Однако БМ-13 монтировали на обычных грузовиках, а часть БМ-8 на шасси легких танков, что обеспечивало частям маневренность и подвижность на дорогах. Но в горах – больше тропы. Они-то и остались без прикрытия. Даже там, где автодороги проходили близко к передовой, не обошлось без сложностей.
При нормальном положении направляющих удавалось поражать лишь «лицевые» склоны гор, при максимальном (45°) – рассеивание снарядов получалось чрезмерным, а немцы, закрепившиеся на обратных склонах, оставались вне обстрела. Попробовали углублять задние колеса установок, увеличивая углы возвышения направляющих, но часть снарядов попадала в кроны деревьев на вершинах. Решить проблему можно было, перейдя на стрельбу по мортирному, с углами возвышения более 45°, но БМ-13 и БМ-8 не предназначались для этого.
Тогда-то начальник передвижных ремонтных мастерских Алферов предложил Нестеренко создать горные установки под снаряды М-8 калибром 82 мм. Работали над ними в мастерских санатория «Кавказская Ривьера» в Сочи, вообще-то предназначенных для починки автомобилей и лифтов. Любопытно, что большую часть первой установки сделали из водопроводных труб. Она весила 68 кг, как станковый пулемет, и легко разбиралась на составляющие: пакет из восьми направляющих от БМ-8, ферма с поворотным кругом и станок, представлявший собой опорный круг с четырьмя откидными «паучьими» ногами. После того случая, когда на испытаниях установка опрокинулась, в «лапах» проделали отверстия, в которые для сцепления с грунтом вставляли штыри. Каждый элемент весил 22 – 23 кг – меньше, чем составные части тяжелого миномета, что позволяло перемещать установку во вьюках или силами расчета. В «катюшах» выстрел производился электроимпульсом от аккумулятора автомобиля-носителя. И тут попробовали применить аккумуляторы, но их не хватило даже для одной батареи.
Алферов предложил запускать снаряды выстрелом холостого винтовочного патрона. Придумали особые патронники с ударниками, их спускали, выдергивая чеку. Чтобы не ставить их на каждый снаряд, применили схему «огневой связи» – воспламеняли один патрон на нижних или верхних направляющих, а пороховые газы по дугообразным трубкам воздействовали на остальные. Для надежности бездымный порох заменили черным охотничьим.
Первые стрельбы устроили из санаторного парка в сторону моря, причем сочинские зенитчики сочли их за налет немецкой авиации. Следующие провели в ущелье Георгиевское близ Туапсе. На них присутствовал командующий Северо-Кавказским фронтом маршал С.М. Буденный. Увиденное произвело на него сильное впечатление, и он обещал помочь изобретателям. А в бою горные «катюши» побывали у Гойтхского перевала, стрельбой руководил сам Нестеренко.
В мастерских «Кавказской Ривьеры» сделали 58 установок, из них 48 (12 батарей) отправили на фронт, и былое превосходство немцев в минометах и горной артиллерии сошло на нет. Остальными вооружили дрезины, курсировавшие по железной дороге между Туапсе и Сочи. Восемь поставили на тральщик «Скумбрия», ставший первым в мире кораблем-ракетоносцем – один залп состоял из 96 снарядов М-8. «Скумбрия» оказывала поддержку десантникам на «Малой земле». В боях на плацдарме под Новороссийском отличились и чисто горные установки. К тому времени из них сформировали три дивизиона, 2-й и 3-й сражались на «Малой земле», а из 1-го выделили батарею, которую по воздуху перебросили в Крым, к партизанам, находившимся в Зуйских лесах. Под ее ударами оказались немецкие коммуникации, и, после разгрома нескольких автоколонн, противник бросил на батарейцев карателей. На горе Колан-Биар близ Симферополя бойцы старшего лейтенанта П.П. Авдюкова приняли последний бой. Это единственный достоверный случай участия «катюш» в партизанской войне.
После битвы за Кавказ 2-й и 3-й дивизионы воевали на Керченском плацдарме, под Севастополем. Перед боями в Карпатах их смонтировали на легковых вездеходах «Виллис», что позволило сочетать высокую маневренность с возможностью применять снятые установки в качестве горно-вьючных. После операций 2-й дивизион был удостоен ордена Богдана Хмельницкого, 3-й – благодарности командования 1-го Чехословацкого армейского корпуса, оба получили почетное наименование «Карпатских». Однако этим история горных «катюш» не ограничилась.
В описаниях сражения под Дьенбьенфу в 1954 г. во Вьетнаме фигурирует наводивший ужас на французов и солдат Иностранного легиона (особенно немцев) «сталинский орган». Ими могли быть только горные «катюши»…
The post Единственный случай участия «катюш» в партизанской войне first appeared on ИСТОРИЯ ВЕЛИКОЙ РОССИИ.