Вторая попытка Гитлера. Что роднит оборону Туапсе и Сталинграда?
Туапсе носит звание «Город воинской славы», хотя по мнению историков вполне мог бы стать городом-героем – как ни старались гитлеровцы захватить его, получив, тем самым, контроль над потоками нефти и Черным морем, сделать это не смогли.
Ключевая точка битвы за Кавказ
Туапсе – ключевая точка всей битвы за Кавказ. Сразу после нападения фашистов на Советский Союз город стал перевалочным пунктом, через который эвакуировали беженцев и раненых солдат из Украины. В первый год войны, по информации агентства «Военинформ» Министерства обороны РФ, порт Туапсе принял около 150 тысяч раненых, девять тысяч больных, 350 тысяч эвакуированных. Через Туапсе прошли 11 детских учреждений, десять эвакогоспиталей, шесть больниц, оборудование более 40 крупных предприятий. В город передислоцировались военно-морские части, переехал судоремонтный завод из Севастополя, в посёлке Агой построили военный аэродром. 23 марта 1942 на Туапсе упали первые немецкие бомбы.
«За три недели на город, порт и железную дорогу было сброшено более 660 бомб. За восемь месяцев − более 9000. 75 % зданий жилого фонда города сгорело или было разрушено. Перестали существовать 16 улиц, - сообщал «Военинформ». – Интенсивность налетов объяснялась еще и тем, что с августа 1942 года через порт нарастал поток воинских грузов. Вражеские бомбардировщики и штурмовики едва ли не сторожили приход в порт транспортов и боевых кораблей».
В июле 1942 Туапсе на несколько месяцев стал столицей Черноморского флота, а затем и партийной столицей Краснодарского края. 23 августа приказом Ставки Верховного Главнокомандования был создан Туапсинский оборонительный район. В августе 1942 года, после захвата Армавира, немцы нацелились на Туапсе - единственный центр нефтепереработки на побережье. Гитлеровцы прорвались к Майкопу, захватили Белореченскую и двинулись в сторону горных перевалов.
«Обстановка складывалась критическая. Обороняющиеся армии были измотаны и обескровлены в ходе предыдущих сражений. Так, дивизии 12-й армии насчитывали по 300−1200 человек, на орудие приходилось по 10−15 снарядов, на миномет – по пять-семь минут, - писал «Военинформ». - В этой обстановке, грозившей прорывом врага в район Туапсе, Ставка ВГК директивой № 170564 дала следующие указания командующему Северо-Кавказским фронтом: «... самым основным и опасным для Северо-Кавказского фронта и Черноморского побережья в данный момент является направление от Майкопа на Туапсе. Выходом противника в район Туапсе 47-я армия и все войска фронта, находящиеся в районе Краснодара, окажутся отрезанными и попадут в плен. Ставка категорически приказывает перебросить 32-ю гвардейскую стрелковую дивизию и занять ею вместе с 236-й стрелковой дивизией в три, четыре линии по глубине дорогу от Майкопа на Туапсе и ни в коем случае, под Вашу личную ответственность, не пропустить противника к Туапсе... ».
К 16 августа советские солдаты остановили дальнейшее продвижение противника вдоль дороги Майкоп – Туапсе. Но немцы продолжили наступление по горным перевалам.
Не смогли добиться успехов
«Героическая оборона советских войск сорвала планы врага сходу овладеть западным Кавказом и выйти на Черноморское побережье в районе Туапсе, - сообщал «Военинформ». - Он вынужден был сначала снять отсюда и перебросить на другое направление танковые и моторизованные дивизии 3-го танкового корпуса, а затем прекратить наступление егерских корпусов. К исходу сентября 1942 года немецким войскам не удалось овладеть Новороссийском, прорваться к Туапсе, преодолеть Главный Кавказский хребет, они были остановлены у Орджоникидзе (ныне - Владикавказ) и Малгобека. В этих условиях попавший в цейтнот Гитлер, желавший теперь любой ценой прорваться в Закавказье, принял решение снова нанести удар по Туапсе».
Осеннее наступление на Туапсе началось 23 сентября. Немцы пошли в наступление после двух суток артиллерийской подготовки и авиаударов. Но в результате ожесточенных боев, длившихся с 23 сентября по 30 октября, план немецкого командования прорваться к Туапсе провалился во второй раз.
«За три месяца напряженных боев немецкие войска, несмотря на первоначальное превосходство, не смогли не только разгромить Черноморскую группу, но и добиться сколько-нибудь значительных успехов, - писал «Военинформ». - Некоторое их продвижение на туапсинском направлении, стоившее огромных потерь, не дало никакого оперативного выигрыша. Выход немецких войск на побережье Черного моря юго-восточнее Новороссийска и прорыв в Закавказье не состоялись. Упорной обороной войска Черноморской группы сковали 14 дивизий противника. Непрерывно изматывая врага в оборонительных боях, они окончательно остановили его и создали благоприятные условия для перехода в наступление».
После того, как от немцев отбились, город стал неузнаваемым – немцы 465 раз бомбили его, разрушили предприятия, порт, железную дорогу, всего 1900 жилых зданий общей площадью 675 тысяч квадратных метров.
«Должен был стать героем»
«С точки зрения стратегического значения для судеб Великой Отечественной войны Сталинград и Туапсе не уступают друг другу, - писал в книге «На остриях войны» историк, краевед, основатель музея обороны Туапсе Эдуард Пятигорский. – Обе оборонительные операции имеют почти трагическое начало в августе 1942 года и победное завершение поздней осенью того же года, как Сталинград, так и Туапсе в стратегическом отношении имели одинаковое судьбоносное значение для Великой Отечественной войны. Ставка Верховного Главнокомандования держала под одинаково пристальным вниманием оба направления, наконец, «Совинформбюро» помещало сообщения о ходе боевых действий «В районе Сталинграда» и «Северо-восточнее Туапсе» обязательно рядом. Казалось бы, по справедливости, Туапсе, как и Сталинград, должен был стать городом Героем. Но только в 1981 году его удостоили ордена Отечественной войны первой степени».
По мнению Пятигорского, советские историки не горели желанием писать о трагических событиях августа 1942 года, да и некоторые военачальники, ставшие после войны важными персонами, старались поведать свою версию истории. Может, поэтому Туапсе так и не стал городом-героем?
«Многотысячная волна отступающих остатков дивизий; предательство генерала Шаповалова; состояние едва ли не паники среди командного состава фронта; ведущая роль в обороне Туапсе одиозного уже для 60-х годов Л.М. Кагановича, у которого в незавидных политпорученцах был будущий Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев, - писал Пятигорский. - Несправедливость стала следствием, как ни горько сознавать, текста очерка выдающегося советского писателя Бориса Горбатова «Города и люди», опубликованного в центральной прессе в конце 1942 года. Военный корреспондент Борис Горбатов, приехав в Туапсе, походил по городу, задымлённому пожарищами, пропитанному запахами разлагающихся трупов и написал: «...Города, как люди, имеют свой характер. Есть люди-богатыри, самой природой высеченные для дел героических, и есть люди тихие, мирные, глубоко штатские, от которых никакого геройства не ждешь. Ленинград, Сталинград, Севастополь - города-богатыри, сама история, революция, войны создали их такими. Но маленький, полукурортный, глубоко штатский Туапсе... в его неожиданном мужестве есть что-то трогательно-величественное. Война потребовала - и Туапсе стал городом воином, как десятки советских городов».
По мнению Пятигорского, именно этот образ тихого и «глубоко штатского» приморского городка укоренился в сознании не одного поколения туапсинцев.
«В течение десятилетий городу Туапсе в истории Великой Отечественной войны отводилась роль едва ли ни статиста, - писал Эдуард Пятигорский. – Вместе с тем, он в действительности был крайне важным стратегическим объектом интересов немецко-фашистской Германии и как порт, занимающий удобное географическое положение на Чёрном море, и как единственный центр нефтепереработки на побережье. Без бензина и дизельного топлива встала значительная часть боевой техники группы армий «А». Представим на минуту, что Туапсе взят. Это означало бы гибель Черноморского флота, так как он не смог бы противостоять многочисленным крупным боевым кораблям Германии и Италии, прорвись они из Средиземного моря в Чёрное. А Закавказье? Без сомнения немногочисленные соединения Закавказского фронта не смогли бы представлять для 26 дивизий Турции серьёзного противника. Как бы это обернулось для СССР?».
Подготовил Виктор Булатов.