"Огненный рейс": как ледокол "Микоян" прорвался в Арктику из Черного моря
В Черном море свирепствовал шторм, достигавший по шкале Бофорта 11 баллов из возможных 12. Впрочем стихия и низкая облачность с сильным дождем обеспечили советским морякам отличную защиту от румынской и немецкой авиации. 29 ноября танкеры и ледокол вошли в нейтральный Стамбул. Узнав об этом командующий итальянскими ВМС в Эгейском море адмирал Бьянкери заявил, что ни одно торговое судно не пересечет море без его ведома. А представитель английской военной миссии капитан-лейтенант Роджерс сообщил, что Великобритания не сможет обеспечить охрану советского каравана.
"Это было сродни предательству. Какими бы мотивами не руководствовались "просвещенные мореплаватели", перед экипажами советских кораблей встала сложнейшая задача - прорываться самостоятельно. Посовещавшись, капитаны ледокола и танкеров решили идти по заданному маршруту поодиночке, ночами, в стороне от "накатанных" трасс судоходства", - пишет в очерке "Корабли шли без огней" Петр Рассоховатский.
Глубокой ночью 30 ноября "Микоян" двинулся в поход. Весь арсенал ледокола состоял из девяти пистолетов и охотничьего ружья, а на случай абордажного боя были заготовлены самодельные пики и кортики. Однако проскользнуть незамеченными не получилось - возле маленького греческого островка Кастелоризон ледокол перехватили три итальянских торпедных катера. Израходовов запас торпед, они ушли на Родос, а им на смену пришли два гидросамолета Cant-Z 508. Они тоже безуспешно попытались торпедировать безоружный ледокол, а потом обстреляли его из пушек. Снаряды пробили заполненный бензином бак спасательного катера, и горящее топливо хлынуло на палубу, но его удалось потушить. После боя на борту судна насчитали свыше 500 пробоин, а рулевой Рузаков и сигнальщик Полещук получили ранения. На британской базе Фамагуста вначале не поверили, что в порт прибыл "Микоян", так как фашистское радио сообщило о гибели советских моряков. Из Кипра советский ледокол был отправлен в Хайфу.
"Начался ремонт, однако, на следующий день английские власти попросили переставить судно. Через день еще раз, потом еще. За 17 дней советское судно переставляли шесть раз! Заместитель Сергеева Барковский вспоминал, что, как выяснилось впоследствии, таким способом "союзники" "проверяли" акваторию порта на наличие магнитных мин, выставленных вражескими самолетами, используя ледокол в качестве подопытного", - пишет историк.
А вскоре порт Хайфы превратился в "огненное море". На итальянских минах подорвались два британских танкера и горящая нефть разлилась вокруг. Море горело двое суток. Тем не менее команда "Микояна" не только отстояла ледокол, но и спасла матросов с двух танкеров, солдат зенитной батареи и оказала помощь нескольким иностранным судам.
В Индийском океане два английских эсминца по ошибке обстреляли "Микоян", но, к счастью, не попали. От изнуряющей жары особенно туго приходилось машинной команде: температура в помещениях достигала 65 градусов Цельсия. Чтобы облегчить несение вахт, капитан распорядился выдавать кочегарам холодное ячменное пиво и воду со льдом, слегка "подкрашенную" сухим вином. На пути в Кейптаун, среди островов африканского побережья, судно попало в затруднительное положение.
"Во время тяжелейшего прохода сквозь рифы, к судну прибился дельфин. Карты не было. Сергеев приказал включить музыку, и дельфин под нее, как бравый лоцман, провел моряков по безопасным местам", - вспоминает боцман Александр Гройсман.
Из Южной Африки ледокол отправился в уругвайский порт Монтевидео. Поскольку места советскому кораблю в британском конвое не нашлось, "Микоян" следовал в одиночестве. Для защиты от немецких рейдеров на корабле из подручных материалов построили муляжи артиллерийских и зенитных орудий. Дальнейший путь героического ледокола происходил без приключений, летом 1942 года "Микоян" зашел в порт Сиэтл. Американцы неплохо вооружили корабль, установив три 76-мм пушки и десять 20-мм зенитных автоматов "Эрликон". 9 августа 1942 года, ледокол бросил якорь в Анадырском заливе, совершив беспримерный 300 суточный переход длиной в 25 тысяч морских миль.
Кстати
Из четырех судов, вышедших из Батуми в это плавание, к родным берегам кроме "Микояна" смог вернуться только танкер "Сахалин". Нефтеналивное судно "Варлаам Аванесов" 19 декабря 1941 года было торпедировано и затонуло в Мраморном море, а танкер "Туапсе" погиб от немецкой субмарины V-129 4 июля 1942 года у мыса Сан-Антонио (Куба).