Повесть о недолетевшей эскадрилье
В Цивильском районе близ деревень Имбюрти, Вторые Тойзи и поселка Конар есть лес Шумаш. В феврале 1944 г. здесь произошла трагедия: упал военный самолет. История не получила широкой огласки, информация была засекречена, а имя летчика долгое время оставалось неустановленным.
На маршруте Алсиба
К осени 1941 г. положение Советского Союза стало катастрофическим: поражение на фронтах привело к масштабным потерям в живой силе и технике. В оккупированной немцами зоне остались крупнейшие промышленные предприятия, выпускавшие военную продукцию. Эвакуированные в Поволжье и на Урал заводы только налаживали производство и не успевали исполнить потребности фронта. В этих условиях советское правительство обратилось к США за помощью в военной технике. С ноября 1941 г. закон о ленд-лизе распространился на СССР. Поставки осуществлялись тихоокеанским и арктическим маршрутами, а также через Иран.
Для перегона самолетов был выбран маршрут из Аляски в Сибирь, получивший название Алсиб. Точками в воздушной трассе стали Фэрбэнкс (США) — Уэлькаль (СССР) — Якутск — Красноярск — Свердловск — Казань — Иваново. Перегоняли американские бомбардировщики В-25 и А-20, истребители Р-39 «Аэрокобра», Р-63 «Кингкобра» и другие самолеты. Протяженность трассы от США до Красноярска составляла 6500 км, а до фронта — все 14 тыс. км. Для доставки были сформированы перегоночные авиаполки (пап) из опытных летчиков.
Гибель эскадрильи
В феврале 1944 г. на аэродроме «Кольцово» города Свердловска скопилось большое количество самолетов, готовых к перелету в Казань. Однако погода долгое время была нелетной: тогда над Уралом и Поволжьем сформировался мощный антициклон, который стал причиной появления низкой облачности и сильного тумана. Видимость — менее одного километра. 11 февраля начальник отдела перелетов округа полковник Коробко, основываясь на ночной метеосводке и данных за прошлый день, начал готовить самолеты к вылету.
Курс на Казань взяли две эскадрильи. Первым вылетел разведчик, который по пути следования должен был передавать информацию о погоде. Следом взлетела группа лейтенанта Ковалева: впереди самолет-лидер А-20 и 12 истребителей Р-39. Следующими в небо ушли группа из 8 самолетов Р-39 моряков-летчиков Северного флота (командир — капитан Сухомлин) и лидер — истребитель Пе-3. Всего 22 самолета.
Разведчик, который шел первым, над Татарией обнаружил сплошную облачность. Чтобы определить край облачности, он снизился, но увидел, что над землей лежит густой туман, и видимость практически отсутствует. Набрав высоту, он принял решение вернуться в Свердловск. На обратном пути он пытался через радиоэфир связаться с группами, но связи не было. Встретив самолеты, покачиванием крыльев пытался привлечь их внимание, но видимость ухудшилась, и сигналы разведчика не распознали.
Командир второй группы Сухомлин на подлете к Вятским полянам принял самостоятельное решение вернуться, и большая часть самолетов развернулась с ним. Часть, потеряв визуальный контакт с командиром, продолжила путь. Первая группа лейтенанта Ковалева в полном составе уже почти долетела до Казани. Но тут совершил ошибку лидер группы: бомбардировщик А-20 снизился под облака, чтобы увидеть землю. Густой туман мешал ему определить высоту, и самолет крылом задел землю. Яркая вспышка быстро утонула в тяжелом тумане. Строй самолетов рассыпался. К непогоде прибавился обильный мокрый снегопад, который очень быстро превращался в лед на машинах.
Вот как вспоминал выживший летчик В.А. Смирнов те минуты: «В районе Вятских полян началась облачность, которая быстро заставила всю эскадрилью снизиться до высоты 50-100 метров, а затем совершенно неожиданно пошел сильный снег. Видимость ухудшилась до нескольких метров. Практически не стало видно ни земли, ни неба. В таких условиях вся эскадрилья плотным строем самолетов не могла лететь, и поэтому каждый летчик на своем самолете стал действовать самостоятельно. Я, например, снизился к земле на 5-10 метров, увидел полотно железной дороги и, используя его как ориентир, решил долететь до Казани. Но так как видимости почти не было, то я не нашел там аэродрома и решил возвращаться в г. Свердловск. В это время положение усугубилось тем, что к снегопаду прибавилось сильное обледенение самолета. Особенно это чувствовалось по появившейся тряске обледеневшего винта самолета и начинающему обледенению остекления кабины».
Следом за самолетом-лидером истребители снижались к земле, чтобы разглядеть место для посадки. Но в условиях непогоды разбивались один за другим. Всего погибли шестнадцать летчиков, разбились 13 самолетов. Лейтенант Ковалев погиб над Волгой, зацепив «Аэрокоброй» вмерзший в лед реки столб.
Из первой эскадрильи избежали гибели только четыре летчика: лейтенанты Смирнов и Иванов, которые вовремя развернулись, младший лейтенант Корнев, выпрыгнувший с парашютом, и старший лейтенант Кириченко, который получил травмы после падения самолета, но выжил. Вместе с первой эскадрильей погибли еще четыре летчика-североморца, которые отделились от второй группы. Большинство погибших было захоронено в Арском, Верхнеуслонском и Высокогорском районах Татарстана.
Начальник метеостанции, узнав о трагедии, не стал дожидаться трибунала и застрелился. Полковник Коробко был разжалован в рядовые и отправлен в штрафбат. К концу войны его восстановили в звании.
подробности
«…Раздался сильный взрыв, окраину деревни озарила вспышка пламени. Учителя с учениками пошли на лыжах в лес, узнать, что случилось. Погода в тот день выдалась плохая — метель с ног валит, сильный туман. Увиденное повергло в шок — срезая вековые дубы самолет рухнул в сугроб и разбился на куски… В тот же день прилетели военные из Чебоксар. Место катастрофы оцепили. Нашли фотографию и документы погибшего пилота Михаила Ермакова…»
Отрывок из книги Аверкия и Лидии Паниных-Павловых «Секретная трасса Алсиб (Аляска — Сибирь): история подвига (1941–1945 гг.)»
Трагедия в лесу Шумаш
Последним разбился истребитель лейтенанта Михаила Ермакова. Около 15 часов его самолет врезался в землю недалеко от деревень Имбюрти и Вторые Тойзи Цивильского района.
Вот как вспоминала эту трагедию директор Второтойзинской школы Ираида Вдовина: «Веду урок. Тихо в классе. Вдруг тишину пронзает сильный взрыв. И учителя, и ученики сильно напуганы. Внезапно окраину деревни озарила вспышка пламени, лишь дым остался над лесом. Ребята с учительницей побежали узнать, что случилось. Говорят, над деревней только что пролетел самолет. Пошли на лыжах в лес. Погода в тот день выдалась плохая: метель с ног валит, сильный туман — в двух шагах ничего не видно. Шли по глубокому снегу до старой дубравы. Увиденное повергло нас в шок: срезая вековые дубы самолет вошел в сугроб и в землю на глубину 1,5 метра и разбился на куски. Тело летчика разорвано на части».
В тот же день из Чебоксар прилетели военные, которые собрали документы и заактировали катастрофу. Из разговора с прилетевшими летчиками стало известно имя погибшего. В акте катастрофы указывалось: «В 1-м км севернее д. Имбюрти, 12 км восточнее г. Цивильска ЧАССР произошла катастрофа самолета Р-39Q-5 № 42-20481. При тумане и видимости не более 500 м самолет врезался в лес, ударился правой плоскостью в дерево на большой скорости с последующим ударом в землю под углом 60 градусов. При ударе произошел взрыв баков, остатки самолета разнесены в направлении удара на 50 м». При летчике кроме документов был найден вымпел с письмом, который он заготовил для сбрасывания над родной деревней. К нему приложил фотокарточку, чтобы порадовать мать.
Останки Михаила Ермакова похоронили на сельском кладбище деревни Вторые Тойзи.
Поисковая работа
В 1965 году, в юбилей Великой Победы, в Советском Союзе началось широкое общественное движение по сбору сведений о героях войны. В поисковую работу включились и учащиеся Второтойзинской школы под руководством И.Г. Вдовиной. Перед собой они ставили задачу найти родственников погибшего летчика, собрать сведения его биографии. Тем временем на могиле М. Ермакова установили обелиск, за могилой стали ухаживать ученики. Но обращения в различные инстанции не имели успеха.
Поисковая работа была продолжена в конце 1970-х г. Эстафету поиска приняла Конарская средняя школа, в которой трудились Аверкий и Лидия Панины-Павловы. Благодаря усилиям местных учителей удалось выстроить цепочку между погибшим летчиком и архивами. В 1978 г. в сельскую школу пришло письмо из Министерства обороны СССР: «Лейтенант Ермаков Михаил Александрович, 1917 года рождения, уроженец села Маркидоново Куединского района Пермской области. В Советской Армии с 1939 г. 11 февраля 1944 г., будучи летчиком-инструктором 20-го запасного авиаполка, погиб при катастрофе самолета».
Поисковики установили связь с матерью и сестрой летчика. На могилу погибшего друга приезжал выживший в тот трагичный день однополчанин Владимир Смирнов.
Сейчас поисковый отряд под руководством супругов Паниных-Павловых существует при Конарской школе. Ученики ухаживают за могилой, собирают новые сведения. В планах в октябре провести совместный поиск между цивильскими и чебоксарскими школьниками, чтобы найти детали самолета для экспозиции музея.
В катастрофе погибли:
Командир группы, лейтенант Ковалев Борис Александрович, исполняющий должность командира эскадрильи 9 пап;
Гвардии майор Екимов Арсений Иванович, старший летчик-лидер экипажа «Бостон А-20»;
Старший лейтенант Ткебучава Александр Давидович, штурман экипажа «Бостон А-20»;
Сержант Крюков Павел Иванович, стрелок-радист экипажа «Бостон А-20»;
Старший сержант Фомичев Сергей Николаевич, механик экипажа «Бостон А-20»;
Старший лейтенант Дорофеев Анатолий Степанович, летчик 9?пап;
Старший лейтенант Пашков Александр Яковлевич, командир звена 9 пап;
Лейтенант Лобинцев Дмитрий Яковлевич, командир звена 9?пап;
Лейтенант Кольцов Владимир Дмитриевич, летчик 9 пап;
Лейтенант Беляев Константин Михайлович, командир звена 9?пап;
Лейтенант Ермаков Михаил Александрович, летчик 9 пап;
Гвардии младший лейтенант Булка Андрей Иванович, летчик 2?гвардейского истребительного авиационного полка (гиап) ВМФ;
Гвардии младший лейтенант Лопатин Иван Кузьмич, летчик 2?гиап ВМФ;
Гвардии младший лейтенант Горишный Василий Алексеевич, летчик 2 гиап ВМФ;
Гвардии младший лейтенант Грудаков Иван Степанович, командир звена 11 отдельного разведывательного авиационного полка ВМФ;
Гвардии лейтенант Шпигун Дмитрий Андрианович, старший летчик 102 гиап.
Дмитрий Захаров, кандидат исторических наук, и.о. министра образования и молодежной политики Чувашии