Под знаком Солнца
«Дорогие правнуки и внуки, Николай Васильевич Пушков был великий труженик науки, открыватель новых берегов…» – декламируют малыши поэтические строчки: 17 марта исполнилось
120 лет со дня рождения основателя Троицка. На торжественной акции у памятника Пушкову собрались первые лица города, учёные, депутаты, педагоги, школьники и воспитанники детских садов…
«Знаменательно, что накануне празднования Дня города мы отмечаем юбилей его основателя, – отметил глава города Владимир Дудочкин. – Я безмерно благодарен Николаю Васильевичу за то, что он в своё время выбрал это место для размещения своего института». «Великолепный учёный, отличный организатор, он заложил дух развития, дух науки, дух созидания, который до сих пор живёт в Троицке, – добавил председатель Совета депутатов Владимир Бланк. – Советую школьникам, молодому поколению: изучайте его биографию, учите его труды, берите в пример его отношение к делу». «Такой человек рождается раз в столетие, и мы горды, что получили право носить его имя, оно перейдёт и новой школе», – напомнила директор Гимназии им. Пушкова Наталья Тимошенко. Среди участников акции были ученицы школы, недавние призёры Всероссийской олимпиады по технологии. На митинге присутствовал внук юбиляра, депутат, художник и бард Максим Пушков. «Спасибо за то, что вы храните нашу историю, – сказал он. – А мы её ещё и пишем. Нашей учёбой, нашим трудом каждый день мы создаём новую историю». И растёт число потомков Николая Васильевича: за несколько дней до торжественной даты на свет появился его праправнук с чудесным именем Елисей. Закончилась торжественная акция возложением цветов к памятнику.
Памятник Пушкову расположился в уютном скверике на улице Школьной. На жарком солнце стояли те, кто произносил речи, а рядом, в тени деревьев, – ветераны института. Многие из тех, кто успел поработать под началом Пушкова, до сих пор в науке и возглавляют свои направления. Среди них замдиректора ИЗМИРАН по солнечно-земной физике Валерий Фомичёв. «Я был направлен в институт в 1963 году по окончанию Горьковского университета, –
вспоминает он. – Николай Васильевич лично на заседании актива института принял участие в нашем распределении. Нас расспросили, что мы оканчивали, чем бы хотели заниматься, и предложили изучать солнечно-земную физику, то, что сейчас называют космической погодой. Пушков и в моей личной судьбе сыграл важную роль: когда я привёз сюда жену, тоже выпускницу Горьковского университета, были проблемы с жильём. Он распорядился, чтобы мне выделили комнату, потом ребёнок пошёл в садик, и встал вопрос, куда пойти работать супруге. А поскольку она училась на кафедре кристаллографии и сюда переезжал ИФВД, Пушков прямо при мне позвонил Леониду Фёдоровичу Верещагину и тут же получил положительный ответ, – вспоминает учёный. – Николай Васильевич был простым в быту, демократичным в работе. Когда он был в институте, к нему можно было прийти по любому вопросу и получить ответ…»
Вечером того же дня «Тротек» провёл прямой эфир с участием директора ИЗМИРАН Владимира Кузнецова, завлабораторией гелиофизики ИЗМИРАН профессора Владимира Обридко и внука юбиляра Максима Пушкова. Обсудили многое – от биографии учёного и его личных качеств до деталей работы над памятником.
«Полуграмотный мальчишка из деревни приехал в Москву, в МГУ и каким-то внутренним чутьём понял, что надо заниматься именно этими вещами, – говорит Обридко. – Он впервые, задолго до американских учёных, сформулировал концепцию солнечно-земной физики, понял, что всё определяется Солнцем, и создал институт». Что могло привести Пушкова к этой тематике? Об этом есть догадки у его внука Максима. «Мой старший сын Тимофей недавно ездил в экспедицию по местам, где родился дед, в село Дружно Орловской области, – рассказывает он. – Там каждый второй носит фамилию Пушков… И ещё там проходит Курская магнитная аномалия. Огромный карьер, где со времён Петра I добывали руду и лили пушки. Может, в фамилии ударение на «у», а не на «о», как мы привыкли? В 11 лет он с отцом уехал из деревни, но, может, в нём зародилась искра интереса: почему всё магнитное?»
«Я его знал только как человека, не как учёного – продолжает внук. – Отец уезжал в длительные командировки на «Заре», и меня отдавали бабушке с дедушкой.
Я окунался в совсем другой мир. Дома у отца – постоянные гости, музыка, 60-е, оттепель… А у деда – полная тишина, разговор вполголоса, крайне редкие визиты коллег. Я любил играть в кабинете у деда. Огромное кресло, за ним я сидел, лепил, рисовал и наблюдал за ним. Он работал, работал, работал… Либо писал, либо что-то делал руками, например чинил часы. Учил много языков: французский, английский, немецкий… И был очень скромным. С супругой они относились друг к другу бережно и кротко. А когда я в чём-то был не прав, дедушка говорил со мной проникновенно, тихо и называя меня на Вы. Это действовало сильнее, чем ремень!»
Много сказано о личном бесстрашии и порядочности Пушкова. «Когда он скончался, приходили люди и благодарили за то, что он спас им жизнь, – рассказывает Владимир Обридко. – И наоборот, он не молчал по поводу людей, которых считал некомпетентными. На моих глазах он месяц сидел, разбираясь с одной работой, выполненной коллегой из Петербурга. Пригласил его приехать и объяснил, почему результаты неверны. Потому что Пушков был учёным».
Есть ещё один неочевидный аспект влияния ИЗМИРАНа на Троицк. «В глухом углу высаживается десант учёных, питерских интеллигентов. Мы преподавали в гарнизонах от 36-го километра до Воронова, вели там курсы математики, литературы, истории, –
вспоминает Обридко. – При институте был организован техникум связи, открывший возможность молодёжи из окрестных сёл получать среднее техническое образование. И весь этот глухой угол вдруг стал сильно образованным и «засветился».
По следам юбилея в Троицке будет ещё одно событие. 29–31 мая в ИЗМИРАНе пройдёт симпозиум «Физические основы прогнозирования гелиогеофизических процессов и событий» («Прогноз-2023»). Он продолжит формат научных конгрессов, начатых ещё Пушковым.
Владимир МИЛОВИДОВ,
фото Кирилла ШАШКОВА