Госархив раскрыл секрет превращения Челябинска во вторую чайную столицу страны

Всем чаеголикам и фанатам чайных церемоний сегодня непременно стоит выпить крепкого… чая, конечно. Ведь 21 мая празднуют его международный день. Чтобы за большой кружкой горячего напитка не пришлось скучать, «Вечерка» узнала в областном госархиве, какую роль сыграл чай в судьбе нашего города, а Челябинск — в судьбе российской чайной торговли. По волнам истории мы отправились вместе с заведующим отделом публикации и научного использования документов Александром Лымаревым.

Без верблюдов, но с чаем

Хотели бы вы выпить чаю в середине XIX века? Очень не советуем это удовольствие в те времена: бессовестно дорого и неизвестно, получится ли достать. Хотя как раз на территории Челябинской области чай был. Его привозили в Троицк через Китай на верблюдах. Дорога только в одну сторону занимала два–три месяца. Надо ли говорить, что стоимость товара получалась просто баснословной? Но в конце века случилось чудо, которое изменило Челябинск и подарило многим жителям знакомство с янтарным напитком.

— В 1892 году через наш город прошла железная дорога — тот самый знаменитый транссибирский транспортный путь, который повлиял на развитие и нашего города, и всей окружающей территории. За короткий срок Челябинск вышел на второе место в стране по количеству провозимого через него чая, — рассказывает Александр Лымарев.

Заморский напиток продавали в таких шкатулках-чайницах, когда он уже стал более-менее доступным. Фото Вероники Максимовой

Чай везли из Китая и Индии во Владивосток морскими путями. Там его перегружали в вагоны и по транссибирской магистрали перегоняли в Челябинск. В результате вместо трех месяцев на доставку тратилось две–три недели. Кроме того, в Челябинск из Тюмени перевели таможню: здесь легче было взимать налоги. Эта таможня по доходам занимала девятое место в Российской империи.

В результате город стал крупной перевалочной базой, в том числе и для чайной торговли. Здесь держали склады множество компаний: «Братья Яушевы», «Собенников и Братья Молчановы», «Вдова А. Катуар с сыновьями» и другие. Самые предприимчивые вскоре поняли, что можно не просто хранить на Урале ящики, а сделать здесь же чаеразвесочные фабрики и везти в центральную Россию готовый товар. Сейчас известно четыре таких компании.

В надежных детских руках

Чтобы запомнить и произнести с первого раза название одной из самых крупных челябинских чайных компаний, надо с самого утра не пить ничего крепче чая: «Промышленное товарищество преемник Алексея Губкина Кузнецов и компания».

— Почему такое сложное название? У фирмы был основатель Алексей Губкин. Он был из Пермской губернии. Потом, когда бизнес начал хорошо развиваться, он переехал в Москву, — объясняет наш собеседник. — Когда он скончался в силу возраста, его преемником стал внук Кузнецов, который расширил дело своего деда.

Эта фабрика сохранилась до сих пор, хотя здание не в лучшем состоянии. Некоторые могут знать его как фармацевтический завод. Правда, здание уже не такое, как было в период чаеразвески: его надстроили, когда нужно было для других целей.


Упаковкой заняты дети, а взрослый держит специальную тетрадь для фиксации веса. Фото Вероники Максимовой

Вторая крупная компания — товарищество «В. Высоцкий и Ко». Эта фирма существует по сей день — правда, в Израиле. Их челябинская фабрика не сохранилась. Некоторые горожане помнят белое двухэтажное здание напротив ЧГПУ, где в 60-80 годы располагалась воинская часть. Торговый оборот товариществ Кузнецова и Высоцкого в начале XX века составлял 10-12 миллионов дореволюционных рублей в год.

Как в Челябинске развешивали чай? Мы можем судить об этом по фотографии с третьего предприятия — фабрики Колокольникова. Ее основал мещанин Степан Иванович Колокольников, а возглавлял его сын Владимир.

Фотография, большую копию которой сделали в архиве, — постановочная. На снимке можно видеть самого владельца (в правом нижнем углу), а процесс фасовки чая намеренно показан целиком. Сперва с помощью подъемного механизма на фабрику доставляли ящики. Каждый из них взвешивали, а после упаковки еще раз взвешивали каждую пачку. Результаты фиксировали в специальной тетрадке. Так что отсыпать себе дорогостоящего чая было бы сложно.


Это этикетки «Кузнецова и Ко». Фирменный логотип — два перекрещенных якоря. Фото Вероники Максимовой.

Пачки делали из разных материалов: это и простая бумага, и «золотинка». Их перевязывали бечевками, а сверху наклеивали этикетки.

— Что важно? Возраст. Видно по фото, что большинство работников — дети, — обращает внимание Александр Лымарев. — Все дело в ловкости рук. Детские руки более приспособлены к такой работе, чем руки взрослого человека. Особенно когда нужно было отмерять небольшие порции. Ну и вторая составляющая — детям меньше платили.

Но жители Челябинска в ту пору вообще не могли похвастаться состоятельностью, и если ребенок мог зарабатывать на фабрике — этим дорожили. На некоторых предприятиях работало до 300 человек.

Еще одна фабрика, о существовании которой мы точно знаем, принадлежала братьям Поповым. Она работала в 1916 году.

Страшная сила красоты и рекламы

Чай приезжал в Челябинск просто, буднично: в неприглядных деревянных ящиках, часто даже без подписи. Зато здесь его упаковывали как конфетку. От качества товара и красоты упаковки зависела цена. А она кусалась хуже сторожевой собаки: два рубля за четверть фунта (примерно 100 грамм). Это во времена, когда зарплата рабочего на заводе могла составлять семь-восемь рублей. Чай по шесть рублей за фунт считался недорогим.

Иногда чай продавали даже не в упаковках, а в специальных металлических шкатулках. Эта традиция существовала даже в советские времена. В экспозиции архива есть чайница советского периода. На боку у нее — две цены, за чай и за коробочку. Это естественно: ведь красивую чайницу можно было сохранить и насыпать в нее новый чай из пачки.

Этикетки на пачках тоже делали красочными, разнообразными и довольно сложными. Важно было обозначить, какая фабрика выпускает продукт. Например, на этикетках товарищества Высоцкого почти всегда изображали ладью, на парусах которой написано «В и Ко». Много значит приписка «Этикет заявлен по отделу промышленности». Это — знак качества того времени. А иногда на этикетках есть еще и подпись, что их подделка будет преследоваться по закону. Видимо, прецеденты были.


В такой пачке можно было купить чай. Этикетка с ладьей — товарищество «Высоцкий и Ко». Фото Вероники Максимовой

Челябинск стал утрачивать свое положение второй чайной столицы во время Первой мировой войны: с чаем стало непросто. С 1917-го по 1918-й фабрики начали откровенно простаивать. А с 1919 года их национализировали. Фабрика Высоцких какое-то время продолжала работу уже как советское предприятие. Но у этикеток, которых успели наштамповать с большим запасом, оказалась собственная судьба.

— В первые годы советской власти была проблема с бумагой, ее просто катастрофически не хватало. И в результате неразрезанные этикетки стали использовать для составления официальных документов, — рассказал Александр Лымарев.

Примеры есть в коллекции архива. На чистой стороне этикеток «Высоцкого и Ко» — опись документов по уголовному делу: сведения о бандитах, протоколы допросов, расписки. А на широкой этикетке от чая фирмы «Братья Поповы, К и С» разместился протокол решения о принятии в партию нового коммуниста.

Я не чаю выпить чаю

Мы уже выяснили, что чашка чая в конце XIX или начале XX века была отнюдь не дешевым удовольствием. Но если бы нам все-таки представилась возможность — на какой чай мы могли бы рассчитывать?

— Чай в основном был индийский и цейлонский, китайский составлял только около 10% от общей массы, — отвечает Александр Лымарев. — Его не особенно ценили.

Зато видов чая было немало: привычный нам байховый, плиточный, кирпичный. На этикетках кроме наименования фабрики указывали название или номер чая.

— У Высоцкого особенно славился чай отборный № 80. У нас такой этикетки, к сожалению, нет, — приводит пример наш гид по истории чая.

Именно такой чай стоил два рубля за четверть фунта. А был в ассортименте чай № 0000 с подписью «первосборный»: ценители уже тогда начинали разбираться, когда собран лист и как быстро он доставлен. Или же просто отвечали интересом на любой рекламный ход.


Отпечатанные золотом этикетки сразу намекают: содержимое — для состоятельных людей. Фото Вероники Максимовой

Чтобы выпить чая, в домах ставили самовар, выносили на стол вазочки с вареньем, мед и, конечно, сахар — но он, как и чай, стоил больших денег. А современным мнением, что сахар надо насыпать в чашку, мы бы немало удивили своих предков.

— Насыпного сахара не существовало: не было технологий, позволяющих раздробить сахар на кристаллы, они появились позже, — объясняет Александр Лымарев.

Сахар можно было отколоть специальными щипчиками. Но и тогда его обычно не бросали в чашку. Кусковой сахар прошлого века не походил на современный рафинад: его пришлось бы очень долго разбалтывать ложкой, чтобы осколок растворился. Поэтому чай обычно пили с сахаром вприкуску.

Не все любят горячий чай, поэтому вместе с самоваром на стол часто ставили еще один сосуд, для теплой воды: можно разбавить кипяток и чаевничать с комфортом. А из чего пить — в каждом городе и в каждом доме решали самостоятельно. У кого-то были стаканы в подстаканниках, другие пользовались чашками, или, как кустодиевская купчиха, вкусно прихлебывали чай из блюдца.


Теперь вы знаете, зачем нужна колба с краником: для воды похолоднее. Фото Вероники Максимовой

Сейчас уже мало кто рассматривает распитие чая как церемонию. И заварка, и сахар перестали быть сокровищами, которые нужно бережно хранить в шкатулках. Можно повздыхать об этой и других утраченных традициях. Но гораздо лучше накрыть на стол (хотя бы без самовара), вскипятить воду и с удовольствием выпить чая в честь праздника 21 мая.