Троицкая камвольная фабрика и легенды текстильной промышленности

По легенде, основателем одной из старейших в России текстильных фабрик считается некий «купец А. П. Прохоров», а датой открытия — 1797 год. Эта цифра украшает фасад предприятия на территории Троицка. Но, кажется, всё было несколько иначе… 

Фабрика Павла Прохорова

Троицкие краеведы не нашли ни единого документа, рассказывающего о бумагопрядильной фабрике загадочного и мифического «А. П. Прохорова» в Троицком. Достоверно же известно, что ещё в 1751 году владелец села Троицкое — купец, дипломат и вице-президент Коммерц-коллегии Яков Евреинов испросил у императрицы Елизаветы Петровны право открыть текстильную мануфактуру. При Евреинове и его преемниках в Троицком действовали суконная и полотняная фабрики, а также конный завод. По одной из версий, именно к XVIII веку восходят и первые сооружения заводского комплекса: плотина на реке Десне и фабричный пруд. Производство было невелико и обслуживало лишь местные нужды.

Вообще, история старинного предприятия Троицка обросла легендами. Согласно одним данным, село Троицкое на протяжении всего 19 столетия принадлежало дворянам Левшиным (или Левшиновым), которые будто бы находились с Евреиновыми в родстве. Московские купцы Прохоровы объявились в этих краях то ли в 1820-е, то ли в 1830-е годы. В мае 1832 года Дмитрий Левшин продал московскому купцу 1-й гильдии Павлу Прохорову, уже владевшему неподалёку ещё двумя текстильными мануфактурами в деревнях Фоминской и Лаптевой, то ли одну фабрику, то ли всё Троицкое. По крайней мере, наследники Левшиных — Черкасовы — владели усадьбой в Троицком чуть ли не до 1918 года.

По другой легенде, Прохоров умудрился получить для фабрики государственный военный заказ — на производство армейского и даже гвардейского сукна. В самом деле, известно прошение Прохорова на имя московского губернатора от августа 1833 года о поставке сукна в Комитет снабжения войск. Однако ответ на это прошение неизвестен, равно как неизвестно, какую именно из своих фабрик имел в виду Прохоров.

Зато мы точно знаем, что именно профессиональный коммерсант Прохоров вывел фабрику на новый технический уровень. В 1845 году здесь уже работало 115 станков, щипальные машины приводил в действие водяной привод, а предприятие насчитывало 370 работников. Объём реализованной продукции при этом составлял 75 рублей серебром, что не шло ни в какое сравнение с доходами однофамильцев Прохорова — владельцев Трёхгорной мануфактуры. Тем не менее фабрика числилась третьей по величине в Подольском уезде после фабрики графини Закревской в Ивановском и фабрики князя Вяземского в Астафьеве, которые тоже производили сукно для армии и флота.

В 1848 году дело унаследовали старший сын Прохорова Иван (по другим сведениям — Павел), также первой гильдии купец. При нём увеличилось до 120 число станков и заработало сразу два водяных привода, на 10 человек выросло число работников, а объём продаж достиг 100 рублей серебром.

При новых владельцах

В 1855 году Прохоров скончался, а его наследники не захотели продолжать не слишком прибыльное дело и продали фабрику купцу Александру Александрову, на редкость удачливому. Из сына мастерового-шерстобитника Тихона он вырос до купца I-й гильдии и стал хозяином успешного шляпного и картузного дела в Москве, а затем владельцем отличной усадьбы на Татарской улице, известной как «палаты Дурново». Магазины купца, помимо шляп и фуражек, торговали войлоком и фетром, так что суконная фабрика, очевидно, обеспечивала его собственное производство. В 1871 году Александров скончался, но ещё ранее успел передать троицкую фабрику старшему сыну Афанасию.

Именно при Александровых фабрика расцвела: в 1857 году здесь трудилось почти 400 работников, однако по мере развития технического прогресса число их снижалось. В 1872 году — 386 человек, а уже через два года — 202. Фабрику к тому времени оборудовали уже паровыми машинами, были построены несколько корпусов и общежитие, небольшая больница и школа (на фабрике использовался детский труд), продуктовая лавка. Александровы в 1865 году получили заказ на армейское сукно, что также способствовало росту предприятия, но кроме того, здесь производились и другие виды шерстяных тканей — байка, драп и т. д., началось производство камвольной пряжи (от нём. Kammwolle — чёсаная тонкая шерсть).

По каким причинам Афанасий Александров утратил фабрику, неизвестно, но в 1879 году ее владельцем уже значился другой купец — немец Эдуард Купфер, а в 1881– 1885 годах — полковник Николай Войт, по легенде, выигравший предприятие у Купфера в карты. Чехарда владельцев мало способствовала успеху дела. Но с 1890 года фабрика принадлежала специально созданному швейцарцем Эмилем Ришем Товариществу Троицкой суконной фабрики, и с этой даты история её повела новый отсчёт.

Швейцарское правление

В состав правления входили преимущественно члены семьи Риша. Они значительно расширили производство: возвели 10 новых фабричных корпусов, оборудованных дополнительными паровыми машинами; появились три общежития казарменного типа с общими кухнями, дома для мастеров и конторщиков, баня, пекарня, собственная электростанция; был проведён водопровод, увеличено число мест в больнице. Этой инфраструктурой без малейших изменений фабрика пользовалась до самой Великой Отечественной войны.

Число рабочих в 1908 году составляло 500, а в 1914 — 750 человек. Трудились в две смены по 10-12 часов. Росли ассортимент и объём производства. К 1914 году здесь выпускали грубое солдатское сукно, шерстяную байку для галош, шерстяные байковые одеяла, ковровый драп и шерстяную пряжу. Фабрика производила около 500 тысяч метров сукна в год и более 160 тонн шерсти. Последний директор-распорядитель Карл Риш входил в элиту делового мира России; он был также председателем правления страхового общества «Якорь» и вкладчиком торгового дома «Вогау и Ко».

Троицкая камвольная фабрика

Советская фабрика

После революции 1917 года на фабрике, как и всюду в новой России, был установлен 8-часовой рабочий день. Через год советское правительство национализировало предприятие. Из-за проблем с сырьём, топливом и квалифицированной рабочей силой работала тогда фабрика с перебоями.

В 1920-е годы дело пошло на лад. Фабрика вошла сначала в Камвольный трест Московского совнархоза, а затем в Трест грубых сукон и была оборудована современной техникой, а на реке Десна появилась новая переливная плотина из железобетона. В 1923 году число работников составило 350 человек, в 1929 — 655 человек. Выпускались разные виды шерстяных тканей (в том числе и дорогой шевиот), приводные ремни, а в годы войны — шинельное сукно.

Тогда же появился «рабочий посёлок» — так бывшее село Троицкое стало называться в 1928 году, когда его население превысило тысячу человек. Началось строительство нового жилья, переоборудование старых казарменных общежитий в комнатные, к середине 1930-х годов большая часть посёлка была электрифицирована, а почти 30 % домов обзавелись центральным отоплением. Ещё до войны при фабрике возникло своё подсобное хозяйство.

Техническое перевооружение фабрики в послевоенное время во многом стало возможным благодаря немецким репарационным машинам. Модернизация позволила принципиально изменить ассортимент продукции. Фабрика переориентировалась на товары народного потребления — начала выпускать шерстяные, полушерстяные и пуховые платки для женщин, чулочно-носочные изделия, драповые мужские кепи и шапки-ушанки, суконные бурки; новые тонкие драповые ткани; затем освоили производство костюмных, мебельных и обувных тканей, шерстяного и полушерстяного ватина и загадочных «материалов спецназначения».

В 1976-1977 годах фабрика стала выпускать полуфабрикаты для производства камвольной пряжи — так называемые гребённые ленты (топс) и получила своё современное название: «Троицкая камвольная фабрика». Этот старинный и в то же время современный комбинат производит топс до сих пор, но к нему добавились и различные виды пряжи для ручного и машинного вязания, для валяния и не только…

Сообщение Троицкая камвольная фабрика и легенды текстильной промышленности появились сначала на МОЙ РАЙON.