Эрик Булатов, Ольга Розанова и туркестанский авангард. «Культура» о самых интересных выставках декабря

Материал опубликован в №11 печатной версии газеты «Культура» от 30 ноября 2023 года

Что смотреть в музеях — выбор «Культуры»

1. «ЗАЧЕМ НАМ ДВА ГЛАЗА? СТЕРЕОФОТОГРАФИЯ XIX–XX ВЕКОВ»

Санкт-Петербург, Музейно-выставочный центр «Росфото». До 14 января

Выставка посвящена высоким технологиям рубежа XIX–XX веков, а именно — стереофотографии, ставшей в некотором смысле предвестницей современных 3D-технологий. Шутка ли: светопись, к тому времени насчитывавшая меньше ста лет, вдруг превратилась в «объемное» изображение. Волшебные картинки помогали зрителям перенестись в далекие края и создавали эффект присутствия: можно было в мгновение ока очутиться в финском лесу или театральном зале. Влияние этих технологий сложно переоценить — в том числе на развитие фотографии и становление ее жанров. Особой популярностью в стереофотографии пользовались видовые съемки, жанровые сценки и даже эротика. Тиражные работы быстро завоевали любовь зрителей и в целом стали предвестником массовой культуры. На выставке можно увидеть оригиналы снимков и их увеличенные копии, а также рассмотреть фотографии в стереоскоп — который, как и 3D-очки, основывается на особенностях нашего бинокулярного зрения.

2. МАРЛЕН ШПИНДЛЕР. «ПЕРЕД ПРАЗДНИКОМ»

Москва, Музей нонконформизма. До 15 марта

Художник Марлен Шпиндлер долгие годы оставался в тени своих современников, представителей «второго русского авангарда» — от Яковлева до Зверева. Тем не менее в последние годы его имя звучит все чаще: большая заслуга в этом принадлежит галеристке Надежде Брыкиной, дружившей с художником и приложившей немало усилий для того, чтобы познакомить публику с его творчеством. Благодаря ей вышло несколько книг, посвященных Шпиндлеру, открылись выставки в России и за рубежом (у ее галереи есть филиал в Швейцарии). Летом этого года московская галерея Брыкиной на Мясницкой открылась в новом формате — как Музей нонконформизма. В постоянной экспозиции можно увидеть классиков и современников — от Юрия Злотникова до Игоря Новикова. А в зале временных экспозиций показан, конечно, Марлен Шпиндлер. О нем вспоминают как о сложном нелюдимом человеке с взрывным характером, чью судьбу определили трагические случайности. Художник трижды оказывался за решеткой, часто не имел возможности выставляться, в последние годы тяжело болел. Но на протяжении жизни, несмотря ни на что, продолжал работать — писал абстракции, «полуабстракции», пейзажи и оставался преданным искусству.

3. МАРИЯ ВАСИЛЬЕВА. «ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ»

Москва, Московский музей современного искусства. До 10 декабря

Название этой выставки не выглядит преувеличением: Мария Васильева уехала из России еще до революции и свою художественную карьеру сделала там, на Западе, где ее коллегами, соперниками и друзьями был весь цвет «Парижской школы» — от Пикассо до Модильяни. Она была еще и настоящей светской штучкой: учредила в столице Франции «Академию Марии Васильевой», которую посещали все те же персонажи, в тяжелые годы Первой мировой открыла в своей мастерской дешевую столовую и подкармливала бедных художников. Правда, в конце жизни помощь требовалась ей самой: красавец-сын, бравый летчик, чей портрет можно увидеть на выставке, не смог должным образом заботиться о пожилой матери, и последние годы она провела в доме престарелых в Ножан-сюр-Марн — правда, не в обычном, а для художников.

Впрочем, Васильева интересна не только причудливой биографией, но и картинами, выполненными в духе кубизма. К сожалению, ее работы редко можно увидеть на наших выставках, и тем ценнее нынешний проект — первая российская монографическая выставка Васильевой, представляющая вещи из частного собрания Эдуарда Мордуховича. Коллекционер успел привезти картины в Россию незадолго до того, как границы фактически захлопнулись, так что у зрителей есть редкая возможность увидеть сразу 40 работ русской эмигрантки — и не в чужой стране, а дома, на ее родине.

4. «ГОРИЗОНТ. К 90-ЛЕТИЮ ЭРИКА БУЛАТОВА»

Нижний Новгород, выставочный Пакгауз. До 21 января

Кураторский проект экс-директора Пушкинского музея Марины Лошак не мог не привлечь к себе внимания. Об этой выставке заговорили еще до открытия, тем более что на ее примере российское коллекционерское сообщество показало чудеса самоорганизации. Для экспозиции удалось получить работы из 10 частных собраний — что особенно важно, ведь многие работы художника хранятся за рубежом, а проблема ввоза-вывоза искусства в нынешних реалиях стоит особенно остро. В итоге получилось собрать юбилейную экспозицию, пусть и не очень большую, — здесь можно увидеть около 20 крупномасштабных работ. Ранние произведения мастера предоставили музеи — Пушкинский и Третьяковская галерея. Создатели выставки подчеркивают, что это не ретроспектива Булатова и главная задача — выявить стержневые темы художника. Например, тот же горизонт, часто присутствующий на его картинах и отделяющий прошлое от светлого будущего, а мечту — от идеологизированных клише. Впрочем, вероятно, мы скоро сможем дождаться и ретроспективы — по крайней мере выставку графических работ Булатова готовит Ольга Свиблова.

5. «ЗВЕРЕВ/МИХНОВ-ВОЙТЕНКО. СЕКУНДА, УМНОЖЕННАЯ НА ВЕЧНОСТЬ»

Москва, Музей AZ. До 14 апреля

Российское неофициальное искусство порой кажется изученным вдоль и поперек, и подобные выставки служат напоминанием о том, что многие открытия — еще впереди. Нынешний проект, организованный совместно с галерей pop/off/art, представляет творчество почти неизвестного художника — Евгения Михнова-Войтенко. Это первый музейный показ его произведений в Москве — причем в сопоставлении с Анатолием Зверевым, с которым они, возможно, были знакомы, а может быть, и нет. Биографические детали в данном случае отходят на второй план, и куда важней оказывается близость духа и творческих принципов. Впрочем, расхождений тоже хватало. Один был затворником, другой — «московским озорным гулякой»; один стремился к абстракции, а другому важно было изобразить человеческое лицо. Оба попали под влияние Джексона Поллока, но Михнов-Войтенко больше поддался его обаянию и в то же время сумел найти свой авторский стиль. Сравнить работы двух русских художников, подивиться зверевским полуабстрактным работам и необычным «тюбикам» Михнова-Войтенко предлагает нынешний проект. И хочется верить, что для почти забытого художника это станет началом настоящего признания.

6. «КУБОК СОЗВУЧИЙ. ПО НАПРАВЛЕНИЮ К РОЗАНОВОЙ»

Москва, ГЭС-2. До 28 апреля

Трагическая фигура Ольги Розановой привлекает многих исследователей. Яркий талант, смелые футуристические опыты, первые (на мировом уровне) шаги в абстракции, наконец — первое применение коллажа в художественном оформлении книги (тоже на мировом уровне): «Война», сделанная совместно с Алексеем Крученых. И в то же время — внезапная смерть художницы от дифтерита в возрасте 32 лет. Роковой случай унес также жизнь современницы Розановой, Любови Поповой: в отличие от более удачливой Наталии Гончаровой, им толком не удалось вкусить плоды своей славы. Подобная несправедливость накладывает отпечаток на восприятие Розановой, которая превратилась в почти культовую фигуру, и в этом смысле даже удивительно, что такая выставка не открылась раньше. Впрочем, организовать ее стоило немалых трудов — работы приехали из разных музеев, от Тотьмы до Нижнего Тагила. Причем из Государственного музея-заповедника «Ростовский кремль» прибыла культовая работа «Зеленая полоса» — один из первых мировых шедевров абстракционизма. Выставка имеет отчетливо женский акцент: авторы стремились показать Розанову вне ее круга (состоявшего преимущественно из мужчин-художников), а также исследовать влияние ее творчества на художниц последующих поколений. Среди которых такие признанные авторы, как Лидия Мастеркова и Татьяна Глебова, а также наши современницы Алена Кирцова и Александра Паперно.

7. «СУД ПАРИСА. РОЖДЕНИЕ БОГИНИ»

Санкт-Петербург, Шереметевский дворец. До 21 апреля

Выставка, организованная совместно с Санкт-Петербургским государственным музеем театрального и музыкального искусства и Международным фестивалем искусств «Дягилев P.S.», отталкивается от античного мифа о Парисе, вершившего судьбы трех олимпийских богинь: Афродиты, Афины и Геры. Зрителю предлагается встать на место Париса и вынести свой вердикт после просмотра портретов актрис и балерин, вдохновлявших художников — от Кипренского до Кустодиева. Здесь можно увидеть изображения великих танцовщиц дягилевских «Русских сезонов» Тамары Карсавиной и Анны Павловой. Или полюбоваться артистками предыдущих поколений — Екатериной Семеновой, предстающей в образе музы трагедии на портрете кисти Ореста Кипренского. Или Полины Стрепетовой, изображенной Николаем Ярошенко как «муза гнева и печали». Выставка представляет 40 героинь, и, как следует из названий разделов, кому-то из них достался «Путь на Олимп», а некоторым — «Путь на Голгофу».

8. «ФОРМУЛЫ АНДРЕА МАНТЕНЬИ. СЕВЕРОИТАЛЬЯНСКАЯ ГРАФИКА И ВОЗРОЖДЕНИЕ АНТИЧНОСТИ»

Санкт-Петербург, Государственный Эрмитаж. До 18 февраля

Андреа Мантенья считается одной из ключевых фигур раннего итальянского Возрождения. Ему была присуща необычная, почти физиологическая манера живописи — можно вспомнить изображение мертвого Христа, хранящееся в миланской Пинакотеке Брера. А еще он любил Античность, что нашло отражение в нынешней выставке, посвященной, правда, не живописи, а графическим работам: здесь представлено семь гравюр Андреа Мантеньи. Впрочем, показаны не только его работы: общее число экспонатов превышает 250 — это и рисунки, и скульптуры, и керамика, и резные камни, и даже фрагменты доспехов. Цель проекта — показать, как Мантенья черпал вдохновение в Античности и как его образы преломлялись в работах последователей, среди которых был Альбрехт Дюрер. Как утверждают создатели выставки (куратор — Любава Чистова), Мантенья использовал античное наследие нестандартным образом: его интересовали наиболее выразительные позы и композиции, которые он нередко наполнял новым содержанием.

9. «ИСПАНСКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ. ИЗ СОБРАНИЙ РОССИЙСКИХ МУЗЕЕВ»

«ОБРАЗЫ ИСПАНИИ. РУССКОЕ ИСКУССТВО XIX–XXI ВЕКОВ»

Москва, ГМИИ имени А.С. Пушкина. До 4 февраля

Масштабный проект — составленный сразу из двух выставок — рассказывает об испанском искусстве, его эволюции и стилевом разнообразии. А также о восприятии этой солнечной страны русскими художниками. Работы испанских авторов собирали русские монархи — первопроходцем в этом смысле была Екатерина II, позже ее примеру последовал Александр I. Приобретенные ими произведения легли в основу испанского собрания Эрмитажа, участвующего в выставке. Ну а испанская коллекция Пушкинского музея, в свою очередь, сформировалась из национализированных частных собраний — в частности, некоторые вещи когда-то принадлежали Ивану Морозову, а также Ивану и Сергею Щукиным. В целом здесь можно увидеть более 50 работ выдающихся испанских авторов — от Эль Греко, Гойи и Веласкеса вплоть до Пикассо, картиной которого («Старый еврей с мальчиком») завершается экспозиция. Вторая выставка рассказывает уже о культурном мифе Испании: здесь можно увидеть поиски испанского характера и размышления о «Дон Кихоте», а также полюбоваться пейзажами и городскими сценками. И все это — через работы выдающихся отечественных художников: Петра Кончаловского, Василия Сурикова, Наталии Гончаровой, Михаила Ларионова, Ильи Репина, Константина Коровина, Александра Яковлева и многих других.

10. «ПРИКОСНУВШИЕСЯ К СОЛНЦУ. В ПОИСКАХ СТИЛЯ: АВАНГАРД И РЕАЛИЗМ В СРЕДНЕАЗИАТСКОМ ИСКУССТВЕ. 1920-1960-Е ГОДЫ»

Москва, Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына. До 3 марта

Туркестанский авангард был без преувеличения уникальным явлением: появившийся на свет вдали от столиц, он в некоторых экспериментах продвинулся дальше, чем передовое искусство Москвы и Петербурга, да и просто существовал дольше. К тому же он родился на стыке Запада и Востока: главная роль в его создании принадлежит художникам, впитавшим принципы русского авангарда, а также испытавшим влияние восточной образности. Так появились авторы, вошедшие в отечественную летопись искусства: Александр Волков, Виктор Уфимцев и Александр Николаев (Усто-Мумин). Кроме художников был еще и коллекционер — Игорь Савицкий, сохранивший для потомков искусство представителей авангарда. Переехавший в Каракалпакию из Москвы, он стал «среднеазиатским Третьяковым», собиравшим картины авторов, нередко объявленных формалистами, — ненужных, гонимых. Неутомимый исследователь сумел спасти от забвения немало имен — без него представление о художественном процессе было бы как минимум искаженным. Нынешняя выставка (куратор — Любовь Агафонова), составленная из работ, выданных Третьяковской галереей и Музеем Востока, а также частными коллекционерами, знакомит нас ближе с туркестанским авангардом на примере творчества художников, пропустивших через себя ту эпоху.

Фотографии: Стереофотография «Лорелея». 1900-е гг, предоставлена пресс-службой музейно-выставочного центра "Росфото". (на анонсе) В.Уфимцев "Дорога через поселок 1961, предоставлено Домом русского зарубежья им. А. Солженицына