"Колеса режут, машину бьют, колени ломают". Как "душат" перевозчиков
0
204
Руководитель Объединения перевозчиков России (ОПР) Сергей Владимиров провел 10 суток в спецприемнике по Петербургу. Это уже 15-е задержание Владимирова с тех пор, как он начал активную борьбу против системы "Платон". Инспекторы ДПС остановили автомобиль Владимирова и без объяснения причин попросили предоставить документы. Отказ Владимирова вызвал конфликт, в результате которого к водителю применили силу, а суд отправил его под арест. Подробнее об этой истории, а также о том, как живет сегодня ОПР Владимиров рассказал корреспонденту Север.Реалии.
Председатель и сооснователь Объединения перевозчиков России (ОПР) Сергей Владимиров возвращался на своей Toyota Camry домой 27 ноября 2021 года. В деревне Аннолово недалеко от города Тосно Ленинградской области его остановил наряд ДПС. Владимиров отказался предъявлять документы пока полицейские не назовут причину проверки, что привело к административному аресту председателя ОПР. Суд в Тосно назначил водителю 10 суток наказания за неповиновение требованию сотрудника полиции.
"Ни о какой презумпции невиновности речи нет"
Сергей Владимиров – строитель и бывший дальнобойщик. В 2015 году вместе с коллегой Андреем Баужитиным он организовал всероссийскую стачку перевозчиков против "Платона" – системы взимания платы за проезд грузовиков по федеральным трассам. Оператором системы, в том числе, выступает компания Игоря Ротенберга – брата близкого друга Владимира Путина. Полугодовая забастовка водителей в разных регионах привела к уменьшению тарифов, а также к созданию Объединения перевозчиков России. В 2017 году организацию признали иностранным агентом, а Сергея Владимирова задерживали больше 15 раз за организацию митингов и неповиновение властям.
– Почему вас задержали в Тосно 27 ноября?
– Меня задержали, поскольку у инспектора очень слабые нервы. И очень большое самомнение о своей форме, поэтому он тупо решил показать власть. Не говорил, почему он хотел у меня документы спросить. Он мне чуть не выломал ноги. Его законные требования нисколько не волнуют, у него есть погоны. И есть 19.3 (статья КоАП о неповиновении полиции. – СР). Все, больше его ничего не волнует, – говорит Владимиров. – У нас объединение почти по всей стране действует. Мы требуем законности действия полицейских инспекторов. Худо-бедно в регионах они начинают думать и действовать по закону. Но с тосненскими у нас несостыковочки, несоскладовочки, это не первая с ними стычка. Основное требование, чтобы они свой 664-й регламент соблюдали, понимали, что для проверки должны быть основания, а не просто хотелки. Потому что люди ездят – работают. Когда тебя на протяжении 20 километров останавливают пять раз, это ограничивает свободу передвижения, права гражданские, ни о какой презумпции невиновности вообще речи нет.
– Сколько раз вас арестовывали после начала акций?
– Раз 15, но каждый раз по-разному. Первый раз за организацию несанкционированного митинга, второй раз в Ростове по тому же поводу – за тракторный марш фермеров. Постоянно такая дребедень шла. Однажды нас с Андреем Баужитиным арестовали якобы из-за того, что мы водили машины без прав. Лишили задним числом права управления, хотя мы даже не уведомлены были. Арестовали на 15 суток. У меня периодически колеса режут, машину бьют, колени ломают.
– В 2017 году ОПР включили в список иноагентов, но потом исключили из реестра. Как это удалось?
– Включили нас, потому что мы получили несколько платежей из Германии, и мы эти платежи приняли. Они были якобы от сочувствующих граждан, но потом, как выяснилось, это были просто подставы. А вышли из числа иноагентов через год с помощью судов. У нас была еще жалоба в ЕСПЧ, но она до сих пор не рассматривалась. По отчетам мы доказали, что больше не получаем иностранные платежи.
Полагаю, подставляли нас из-за акций против "Платона", но нам же не докладывали. Само собой мы страшны были, большое количество дальнобойщиков присоединилось к нам, и нужно было поставить клеймо. Люди не понимают, что такое иноагент в основной массе. Дальнобойщики, еще не вступившие в ОПР, шарахались от этого, даже когда мы вышли из списка. Простой народ этого опасается.
Вообще хорошего ничего нету в законе об иностранных агентах. Так или иначе, это режимный рычаг давления на людей своей страны.
– На сайте Объединения вы выражаете недоверие действующему президенту России. Почему?
– Когда ты долго и упорно долбишься в закрытые двери, и они так и не открываются, понимаешь, что правительство по большому счету давно не слышит народ. Мы народ, мы являемся государством, а правительству мы делегировали определенные возможности. Правительство пошло против воли народа и слушать его не хотело. Поэтому и повесили. У нас как у перевозчиков масса всяких претензий. Нас душат не только "Платоном", но и налогами, габаритными рамками.
На пунктах весового контроля происходит такое же злоупотребление формой. И пока ты взятку не дашь, просто не отпускают. Они останавливают просто так, и не важно превышает у тебя вес или нет. Они видят грузовик и понимают, что это дойная корова.
– Но разве грузовики не должны платить больше из-за влияния на дороги?
– Это все вранье, что грузовики портят дороги больше, чем легковые автомобили. Вы можете ехать по кольцевой дороге и увидите, что у нас третья и четвертая полосы всегда в колее, а первая и вторая – ровные. Грузовики могут двигаться только по первым двум.
Это обычная физика: из-за ширины шин и распределения веса давление у грузовиков ничуть не больше. Больше всего влияет на состояние дорог качество самих дорог. Они должны строиться по советским ГОСТам – тогда стандарт предполагал возможность движения даже военной техники без проблем для покрытия. Сейчас они строятся по техническим условиям из пластилина, а ГОСТЫ профукали, потому что воровать не на чем будет.
У нас есть грузовики, которые превышают нормы, негабаритные автомобили. Они получают специальные разрешения для движения по трассам, разрабатывают маршрут. За это выплачивают государству, за порчу дорог. Это в придачу к "Платону". Обычные грузовики – фуры, рефрижераторы, контейнеровозы – не портят дороги.
– С момента активных акций дальнобойщиков против "Платона" прошло почти пять лет. Сейчас можно сделать какой-то вывод – к чему привели протесты?
– Начало наших акций было в 2015 году. Все это дело было спонтанным. Просто было народное возмущение. Одной из побед было то, что мы снизили в десятки раз саму ставку по "Платону" за километр. Как в 2015 году, так и до сих пор мы пытаемся уничтожить эту систему, – говорит Сергей.
Система "Платон" действует в России уже шесть лет. С 15 ноября 2015 года грузовики массой свыше 12 тонн должны платить за каждый километр, пройденный по федеральным трассам. Изначально планировалось установить тариф на уровне 3,73 рубля за километр пути, но из-за массовых акций протеста дальнобойщиков его снизили до 1,53 рубля.
Льготный период прошел быстро. В 2019 году тариф повысили уже до 2,04 рубля, в 2020-м – до 2,20 рубля, в 2021-м его увеличили до 2,35 рубля. Дальше стоимость за километр будут индексировать в пределах прогнозируемого уровня инфляции.
Введение "Платона" с самого начала вызвало недовольство водителей и компаний-перевозчиков. Дальнобойщики устраивали забастовки, выражали недоверие Владимиру Путину, требовали отставки правительства. Массовые акции протеста притормозили повышение тарифов за проезд фур по дорогам, но саму систему "Платон" остановить не смогли.
Внедряя "Платон", российские власти уверяли, что рынок автоперевозок станет прозрачнее и цивилизованнее, а отремонтированных дорог будет в разы больше (по решению правительства РФ до 2025 года около 20 тыс. километров региональных дорог станут федеральными, что увеличит их протяженность почти на 40%. – СР) . На деле "дорожный налог" негативно сказался на доходах водителей большегрузов, многие из которых оказались в бедственном положении. "Платон" привел к перераспределению заказов в пользу крупных транспортных компаний, а также к повышению стоимости перевозок и как следствие – товаров. При этом система по-прежнему непрозрачна, желаемого контроля за ней нет, в результате многие перевозчики уходят в "серую" зону.
Между тем, только за последний год цена на топливо выросла на 20%. Дальнобойщики из национальной ассоциации грузового автомобильного транспорта "Грузавтотранс" обратились к президенту РФ Владимиру Путину с просьбой повлиять на топливные компании. ФАС угрожает перевозчикам санкциями за удорожание конечной стоимости товаров, но при этом не влияет на ценовую политику продавцов бензина, считает председатель ассоциации Владимир Матягин, который записал видеообращение.
"Посмотрите на ценники АЗС "Лукойла", где дизтопливо сейчас продается за 54,12 рублей литр. Ровно год назад ценник этот был в районе 46 рублей! Почему у нас, в нефтяной стране, цены за год растут на 18-20%? А в некоторых регионах – за месяц! В начале декабря на Сахалине был "рекорд" – литр дизеля стоит 75 рублей! АИ-92 подорожал до 66 рублей за литр, АИ-95 – до 70 рублей," – возмущается Матягин.
По его словам, ФАС и другие надзорные органы обвиняют грузоперевозчиков в росте цен на товары и продукты, но проверку в отношении топливных компаний не проводят. "Мы же не на воздухе ездим, а заправляемся топливом. Его удорожание и влияет на конечные цены. Если ничего не делать, то дизтопливо, а с ним и товары подорожают еще больше. Мы просим президента вмешаться в ситуацию, заставить топливные компании умерить свои аппетиты", – сообщил Матягин Сибирь.Реалии, предлагая ввести регулирование ценообразования на топливо "по опыту западных стран".
Председатель и сооснователь Объединения перевозчиков России (ОПР) Сергей Владимиров возвращался на своей Toyota Camry домой 27 ноября 2021 года. В деревне Аннолово недалеко от города Тосно Ленинградской области его остановил наряд ДПС. Владимиров отказался предъявлять документы пока полицейские не назовут причину проверки, что привело к административному аресту председателя ОПР. Суд в Тосно назначил водителю 10 суток наказания за неповиновение требованию сотрудника полиции.
"Ни о какой презумпции невиновности речи нет"
Сергей Владимиров – строитель и бывший дальнобойщик. В 2015 году вместе с коллегой Андреем Баужитиным он организовал всероссийскую стачку перевозчиков против "Платона" – системы взимания платы за проезд грузовиков по федеральным трассам. Оператором системы, в том числе, выступает компания Игоря Ротенберга – брата близкого друга Владимира Путина. Полугодовая забастовка водителей в разных регионах привела к уменьшению тарифов, а также к созданию Объединения перевозчиков России. В 2017 году организацию признали иностранным агентом, а Сергея Владимирова задерживали больше 15 раз за организацию митингов и неповиновение властям.
– Почему вас задержали в Тосно 27 ноября?
– Меня задержали, поскольку у инспектора очень слабые нервы. И очень большое самомнение о своей форме, поэтому он тупо решил показать власть. Не говорил, почему он хотел у меня документы спросить. Он мне чуть не выломал ноги. Его законные требования нисколько не волнуют, у него есть погоны. И есть 19.3 (статья КоАП о неповиновении полиции. – СР). Все, больше его ничего не волнует, – говорит Владимиров. – У нас объединение почти по всей стране действует. Мы требуем законности действия полицейских инспекторов. Худо-бедно в регионах они начинают думать и действовать по закону. Но с тосненскими у нас несостыковочки, несоскладовочки, это не первая с ними стычка. Основное требование, чтобы они свой 664-й регламент соблюдали, понимали, что для проверки должны быть основания, а не просто хотелки. Потому что люди ездят – работают. Когда тебя на протяжении 20 километров останавливают пять раз, это ограничивает свободу передвижения, права гражданские, ни о какой презумпции невиновности вообще речи нет.
– Сколько раз вас арестовывали после начала акций?
– Раз 15, но каждый раз по-разному. Первый раз за организацию несанкционированного митинга, второй раз в Ростове по тому же поводу – за тракторный марш фермеров. Постоянно такая дребедень шла. Однажды нас с Андреем Баужитиным арестовали якобы из-за того, что мы водили машины без прав. Лишили задним числом права управления, хотя мы даже не уведомлены были. Арестовали на 15 суток. У меня периодически колеса режут, машину бьют, колени ломают.
– В 2017 году ОПР включили в список иноагентов, но потом исключили из реестра. Как это удалось?
– Включили нас, потому что мы получили несколько платежей из Германии, и мы эти платежи приняли. Они были якобы от сочувствующих граждан, но потом, как выяснилось, это были просто подставы. А вышли из числа иноагентов через год с помощью судов. У нас была еще жалоба в ЕСПЧ, но она до сих пор не рассматривалась. По отчетам мы доказали, что больше не получаем иностранные платежи.
Полагаю, подставляли нас из-за акций против "Платона", но нам же не докладывали. Само собой мы страшны были, большое количество дальнобойщиков присоединилось к нам, и нужно было поставить клеймо. Люди не понимают, что такое иноагент в основной массе. Дальнобойщики, еще не вступившие в ОПР, шарахались от этого, даже когда мы вышли из списка. Простой народ этого опасается.
Вообще хорошего ничего нету в законе об иностранных агентах. Так или иначе, это режимный рычаг давления на людей своей страны.
– На сайте Объединения вы выражаете недоверие действующему президенту России. Почему?
– Когда ты долго и упорно долбишься в закрытые двери, и они так и не открываются, понимаешь, что правительство по большому счету давно не слышит народ. Мы народ, мы являемся государством, а правительству мы делегировали определенные возможности. Правительство пошло против воли народа и слушать его не хотело. Поэтому и повесили. У нас как у перевозчиков масса всяких претензий. Нас душат не только "Платоном", но и налогами, габаритными рамками.
На пунктах весового контроля происходит такое же злоупотребление формой. И пока ты взятку не дашь, просто не отпускают. Они останавливают просто так, и не важно превышает у тебя вес или нет. Они видят грузовик и понимают, что это дойная корова.
– Но разве грузовики не должны платить больше из-за влияния на дороги?
– Это все вранье, что грузовики портят дороги больше, чем легковые автомобили. Вы можете ехать по кольцевой дороге и увидите, что у нас третья и четвертая полосы всегда в колее, а первая и вторая – ровные. Грузовики могут двигаться только по первым двум.
Это обычная физика: из-за ширины шин и распределения веса давление у грузовиков ничуть не больше. Больше всего влияет на состояние дорог качество самих дорог. Они должны строиться по советским ГОСТам – тогда стандарт предполагал возможность движения даже военной техники без проблем для покрытия. Сейчас они строятся по техническим условиям из пластилина, а ГОСТЫ профукали, потому что воровать не на чем будет.
У нас есть грузовики, которые превышают нормы, негабаритные автомобили. Они получают специальные разрешения для движения по трассам, разрабатывают маршрут. За это выплачивают государству, за порчу дорог. Это в придачу к "Платону". Обычные грузовики – фуры, рефрижераторы, контейнеровозы – не портят дороги.
– С момента активных акций дальнобойщиков против "Платона" прошло почти пять лет. Сейчас можно сделать какой-то вывод – к чему привели протесты?
– Начало наших акций было в 2015 году. Все это дело было спонтанным. Просто было народное возмущение. Одной из побед было то, что мы снизили в десятки раз саму ставку по "Платону" за километр. Как в 2015 году, так и до сих пор мы пытаемся уничтожить эту систему, – говорит Сергей.
Система "Платон" действует в России уже шесть лет. С 15 ноября 2015 года грузовики массой свыше 12 тонн должны платить за каждый километр, пройденный по федеральным трассам. Изначально планировалось установить тариф на уровне 3,73 рубля за километр пути, но из-за массовых акций протеста дальнобойщиков его снизили до 1,53 рубля.
Льготный период прошел быстро. В 2019 году тариф повысили уже до 2,04 рубля, в 2020-м – до 2,20 рубля, в 2021-м его увеличили до 2,35 рубля. Дальше стоимость за километр будут индексировать в пределах прогнозируемого уровня инфляции.
Введение "Платона" с самого начала вызвало недовольство водителей и компаний-перевозчиков. Дальнобойщики устраивали забастовки, выражали недоверие Владимиру Путину, требовали отставки правительства. Массовые акции протеста притормозили повышение тарифов за проезд фур по дорогам, но саму систему "Платон" остановить не смогли.
Внедряя "Платон", российские власти уверяли, что рынок автоперевозок станет прозрачнее и цивилизованнее, а отремонтированных дорог будет в разы больше (по решению правительства РФ до 2025 года около 20 тыс. километров региональных дорог станут федеральными, что увеличит их протяженность почти на 40%. – СР) . На деле "дорожный налог" негативно сказался на доходах водителей большегрузов, многие из которых оказались в бедственном положении. "Платон" привел к перераспределению заказов в пользу крупных транспортных компаний, а также к повышению стоимости перевозок и как следствие – товаров. При этом система по-прежнему непрозрачна, желаемого контроля за ней нет, в результате многие перевозчики уходят в "серую" зону.
Между тем, только за последний год цена на топливо выросла на 20%. Дальнобойщики из национальной ассоциации грузового автомобильного транспорта "Грузавтотранс" обратились к президенту РФ Владимиру Путину с просьбой повлиять на топливные компании. ФАС угрожает перевозчикам санкциями за удорожание конечной стоимости товаров, но при этом не влияет на ценовую политику продавцов бензина, считает председатель ассоциации Владимир Матягин, который записал видеообращение.
"Посмотрите на ценники АЗС "Лукойла", где дизтопливо сейчас продается за 54,12 рублей литр. Ровно год назад ценник этот был в районе 46 рублей! Почему у нас, в нефтяной стране, цены за год растут на 18-20%? А в некоторых регионах – за месяц! В начале декабря на Сахалине был "рекорд" – литр дизеля стоит 75 рублей! АИ-92 подорожал до 66 рублей за литр, АИ-95 – до 70 рублей," – возмущается Матягин.
По его словам, ФАС и другие надзорные органы обвиняют грузоперевозчиков в росте цен на товары и продукты, но проверку в отношении топливных компаний не проводят. "Мы же не на воздухе ездим, а заправляемся топливом. Его удорожание и влияет на конечные цены. Если ничего не делать, то дизтопливо, а с ним и товары подорожают еще больше. Мы просим президента вмешаться в ситуацию, заставить топливные компании умерить свои аппетиты", – сообщил Матягин Сибирь.Реалии, предлагая ввести регулирование ценообразования на топливо "по опыту западных стран".