Сокращение премьер-лиги: плюсы и минусы. Разбираем возможную реформу
РПЛ и РФС рассматривают возможность изменения схемы проведения чемпионата России. Как сообщает «РБ Спорт», существует вариант сокращения Тинькофф РПЛ до 12 клубов. «Матч ТВ» пытается примерить на наш футбол этот укороченный кафтан.
Логичный вопрос: «А как у них?» А вот так.
- Турция — 21 команда в высшей лиге.
- Испания, Англия, Италия, Франция, Сербия, Япония, Бразилия — 20.
- Германия, Нидерланды, Португалия, Чехия, Бельгия — 18.
- Норвегия, Швеция, Белоруссия, Польша, Мальта, Румыния, Люксембург, Китай — 16.
- Сан-Марино — 15.
- Израиль, Болгария, Греция, Кипр, Украина — 14.
- Дания, Исландия, Финляндия, Косово, Босния и Герцеговина, Венгрия, Австрия, Северная Ирландия, Шотландия, Ирландия, Словакия, Македония, Гибралтар, Уэльс, Южная Корея — 12.
- Казахстан — 11.
- Эстония, Грузия, Албания, Черногория, Хорватия, Словения, Швейцария, Фареры, Латвия, Молдавия, Армения — 10.
- Азербайджан, Андорра — 8.
- Литва — 6.
США (26 клубов) и Аргентину (24) не трогаем, для нас это зазеркалье.
Тенденции улавливаются нечетко, поскольку на количество команд в лигах влияют не только и не столько футбольные факторы, сколько экономические и географические. Ясно лишь, что все топ-чемпионаты — в верхней части списка. И что на всякое правило есть исключения: Люксембург, Сан-Марино, Мальта, Сербия, Чехия.
Россия подумывает опуститься в этом списке ниже, сохранив потенциал, вероятно, за счет формулы чемпионата. «РБ Спорт» рассматривает несколько вариантов обновленного турнира — с делением на лучших и худших по итогам первой части, с матчами на вылет и так далее. Не станем повторяться, загляните в источник.
На мой взгляд, формула вторична. Она задается целью реформ. И также их причинами.
Высокие футбольные начальники упоминали две возможные выгоды: увеличить число матчей в сезоне, потому что нынешних 30 игр регулярного чемпионата маловато, и увеличить плотность матчей высшей категории, когда между собой встречаются гранды. Понятно, что это разные цели. Не противоречащие друг другу, но достигаемые неодинаковым путем.
Для увеличения матчей в сезоне, согласно прямой логике, необходимо не сокращать, а увеличивать число участников. 18 команд — 34 тура вместо 30 при двухкруговой системе. 20 команд — 38 туров. И так далее.
Но вмешиваются экономика с географией. При 20 командах высока вероятность перелетов на Дальний Восток и рост числа проходных матчей: гранд против аутсайдера, аутсайдер против аутсайдера (эти и сейчас не слишком чаруют). Сильным клубам такая формула в плане уровня и мастерства ничего не даст. Слабым, пожалуй, тоже: кто только ни бил «Томь» с «Тюменью», гигантами индустрии они от этого не стали.
Другое дело — сохранение футбола в регионах. Визит гранда в провинцию всегда праздник и ажиотаж. Сохраняется видимость того, что игра номер один на местах жива, «кузьмичи» не вымирают, а затаились в ожидании лучших времен, детки, увидев раз в год дядю-кумира, бегут записываться в секцию и тому подобное. Отчасти это правда. Но можно ли удержать футбол на плаву одной лишь формулой соревнований?
В Англии полно всяких «Престонов», которые периодически млеют от кубковых матчей с «Арсеналами». Они не превращаются от этого в элиту, а если превращаются, то от другого. От инвестиций, многолетней работы, зашкаливающей инициативы и кипучего бизнеса. Э-ко-но-ми-ка.
Если так, решили авторы реформ, стоит сократить число команд, но увеличить число матчей и одновременно их качество. Мысль понятна, прочее — варианты. Можно играть в четыре круга, как в Швейцарии. Или в три, как в Шотландии. С последующим разделением на верха и низы, со стыками и пульками — на здоровье. Допускаю, что будет интереснее, чем сейчас.
Правда, географию, скорее всего, ждет обрезание. Задумаются о продолжении мучений и беднейшие. В этом смысле реформы выглядят спроектированными в интересах лишь части российских болельщиков и наиболее богатых клубов.
С другой стороны, ничто не меняющих реформ не бывает, иначе это и не реформы вовсе. Наверное, инициаторы перестройки просчитали последствия, сверились с чужими ошибками. Тот список, что приведен выше, в оригинале был двухлетней давности. Мне пришлось перепроверять его вручную, и знаете что? Бездна изменений. Страны Европы постоянно варьируют число команд в лигах, пытаясь выйти на оптимальный формат. Возможно, настало время российских экспериментов.
Остается добавить кое-что важное. Быть может, даже главное. Имей Россия много крепких команд, о сокращении лиги не было и речи, это очевидно. Реформы — следствие обратного процесса. Хиреет «Тамбов», померли «Тосно» и «Амкар», спеклась «Мордовия» — список последних лет очень длинный. 12 команд в лиге — попытка зафиксировать макроэкономические тенденции в футболе. Но — на текущий момент. А что будет дальше?
Чем глобально отличаются от «Тамбова» «Ахмат», «Арсенал», «Ротор», «Уфа», «Урал» или «Химки»? Много ли стабильных гигантов, готовых прийти им на смену из ФНЛ? Любая команда с бюджетным финансированием — потенциальный кандидат в мир иной. Да и с частным тоже, поскольку зависимость наших частников от экономики вообще и государства в частности огромна. При этом помощь государства в создании системы развития профессионального футбола (не путать с подачками) могла бы быть более глубинной.
Меняя формат соревнований, мы признаем проблемы в экономике футбола и пытаемся остановить сползание страны в международных рейтингах. Но при этом не страхуемся от дальнейших изменений. Причины наших бед останутся прежними, во многом не подвластными футбольным реформам, а требующими общегосударственных мер. Теоретически желание сохранить уровень турнира потребует лет через пять еще одного сокращения. Выживут сильнейшие. Армия будет играть против железной дороги, нефть против алмазов, полиция против оборонки, как в условном Мозамбике. Шесть команд — почему бы и нет? Как в Литве или Армении несколько лет назад.
Но если, реформируя, зрить в корень, число клубов зафиксируется, а потом и возрастет. Они станут ровнее по силе, что благо для любого турнира, залог его выживания и развития.