Владимир Быстров: «Ни о чем не жалею и ничего менять в своей карьере не стал бы»

- Как вы оцениваете ситуацию в российском футболе? - Пандемия застала всех врасплох, приходилось импровизировать, ориентироваться на ходу. Можно было досрочно завершить чемпионат, но в таком случае недовольных оказалось бы намного больше. - Вы не согласны с решением Премьер-лиги провести матч «Сочи» – «Ростов», в котором у ростовчан играли юноши? - Руководство РПЛ было обязано выразить свою позицию и не допустить проведения этой игры. Не вижу логики в нормативах Роспотребнадзора: если снимают карантин, разрешают людям ездить в метро, гулять по городу, то как можно изолировать всю футбольную команду из-за нескольких заболевших? Неужели 22 игрока заразят всю планету? - И что же делать? - Мое мнение: заболели пятеро футболистов – пусть остаются дома. Остальные спокойно играют. - Кто-нибудь из футболистов «Ростова», игравших против «Сочи», находится в поле зрения тренерского штаба юношеской сборной России, в котором вы работаете? - Нет, они еще слишком молоды и, на мой взгляд, запаздывают с развитием. В свое время мы, 17-летние ребята, уже играли с мужиками. Ростовчане же впервые в жизни увидели на поле профессиональных футболистов, многие из которых, как мне показалось, не особо хотели с ними играть, и после поражения 1:10 чему-то радовались в раздевалке. В наше время проиграй мы с таким счетом и позволь себе улыбнуться, нас отправили бы из команды далеко и надолго. Надо менять менталитет, воспитывать психологию победителей с самого раннего возраста. Парням из «Ростова» необходимо переосмыслить ситуацию, показывать себя в каждой тренировке, а не считать себя героями после такого разгромного поражения. - В связи с этим вспоминаю ваш дебют в дублирующем составе «Зенита» в 2001 году – на день игры во Владикавказе вам было 17 лет! - Да, причем, кажется, я даже забил гол. Нас местные болельщики забросали камнями, весь матч что-то обидное кричали, но мы все равно победили - 2:1. Я играл с дядьками – Юрий Андреевич Морозов время от времени отправлял в дубль Дениса Угарова, Бориса Горового, Дмитрия Огородника, Евгения Тарасова. Опытные ребята прививали молодым настоящий мужской футбол, после чего выходить в основе было не так страшно. А что происходит сейчас? Молодежь играет против своих сверстников, иначе говоря, из школы переходит…в школу! Переход в мужской футбол всегда был сложной ступенькой, а теперь стал еще труднее. Кого из молодых игроков вы сходу назовете сейчас? Даже по матчу в Сочи вы не вспомните фамилий ребят из «Ростова», которых завтра можно взять под основу и выпустить на замену на 15-20 минут. - Даже вратаря Дениса Попова? - Парень молодец: отразил пенальти, отбил еще пару мячей. Но он сырой, ему не хватает мастерства – нет ни прыжка, ни уверенности. Надо работать, а не радоваться званию лучшего игрока матча. - Вернемся к вашему примеру. В 17 лет вы играете за дубль, а уже через год дебютируете в основном составе «Зенита». - Меня весь год подводили к игре за основу, я действительно был готов, знал, что от меня требовалось, представлял, что и как буду делать на футбольном поле. Да, у меня далеко не все получалось, но я бежал, обыгрывал, мне было все равно, кто против меня. Имена опытных соперников меня не останавливали. - Как вы переживали неудачи – скажем, в финале Кубка России 2002 года, в котором показали далеко не лучшую свою игру? - Переживал сильно, но в этом и проявляется сила характера. Признаюсь, после той игры я вообще хотел закончить с футболом, но прошел какой-то период, и я через работу на тренировках забыл о плохом. Если продолжаешь честно трудиться, вознаграждение обязательно придет. - И вознаграждение пришло – в следующем сезоне вы стали футболистом основного состава. - Ну вот видите: за два года я прошел путь от дублера до серебряного призера чемпионата России. Да, можно говорить, что тогда «Зенит» был ориентирован на собственных воспитанников, но вспомните – не все из молодых тогда заиграли на высоком уровне. Таким же командам, как «Ростов», просто необходимо комплектоваться своими воспитанниками, развивать академии, вкладываться в инфраструктуру. А так мы получаем ростовскую молодежь, радующуюся поражению 1:10. Я по молодости тоже терпел болезненные поражения, но никогда не оставался равнодушным и близко к сердцу принимал любую неудачу. Хотя сколько грязи на нас выливалось! Чуть оступился «Зенит» – сразу виноваты не руководители и легионеры, а якобы поймавшие «звезду» собственные воспитанники! Чего только не писали о нас в прессе –что мы и пили, и гуляли всю ночь, хотя большинство из того, что выносили на публику СМИ, было неправдой. Преподносилось же так, как кому-то было выгодно. - Признайтесь, не жалеете о том, как сложилась ваша карьера? Что бы изменили, будь возможность? - Ни о чем не жалею и ничего бы не стал менять. Естественно, были ошибки, но, возможно, не будь их, не было бы и карьеры. Что Бог дал, то и есть. - Правда ли, что в 2005 году вы могли уйти в «Спартак» вместе с Андреем Аршавиным? - Нет, тогда это не обсуждалось. А уйти мы могли за год или за два до этого. «Спартаку» предлагали взять меня, Денисова, Аршавина и, кажется, еще кого-то, оптом. Даже сумма какая-то смешная фигурировала, но тогдашний президент «Спартака» Червиченко отказался. А в 2005-м я уходил один. Возникла конкретная ситуация: мне сказали, что не нужен «Зениту». Вот и все. - Властимил Петржела утверждает, что не хотел расставаться с вами. - Петржела лукавит, без согласия главного тренера меня бы никто не отпустил. Пусть он тогда назовет фамилии тех, кто действительно хотел, чтобы я ушел. - Вы не обиделись на Владислава Радимова, в одном из интервью назвавшего вас поросенком? - Да нет, конечно. - Больше ли вы получали в «Спартаке», чем в «Зените»? - Не намного – на пятьдесят тысяч долларов. И это не та сумма, ради которой можно было бросить город, команду и вообще все поменять. - Ваше возвращение тоже подавали по-разному. Валерий Карпин считает, что вас отпустили по звонку сверху, вы же утверждали, что в вашем контракте была прописана сумма отступных, которые и заплатил «Зенит». Где правда? - Конечно, была прописана сумма отступных, но Валерий Георгиевич просто не мог сказать по-другому. Мы с ним разговаривали на эту тему, он все прекрасно знает. Звонил бы кто или нет – никакой роли бы это не сыграло. «Зенит» заплатил, и все. - Если бы Лучано Спаллетти на заключительном этапе своей карьеры в «Зените» повел себя по-другому, вы бы продлили контракт с петербургским клубом? - Да там, скорее всего, выступал не только Спаллетти. Он действительно говорил нам одно, а за спиной другое, но многое зависело и от руководителей. Факт, что гендиректор клуба Максим Митрофанов не выполнил того, что обещал. Как доказало время, люди, что-то преподносившие Алексею Борисовичу Миллеру, говорили ему неправду, а это сыграло важную роль. - Шанс завершить карьеру в «Зените» у вас все же был? - Да. Контракт в 2014-м предлагали, но я хотел играть, а не сидеть на скамейке. Плюс болельщики оказывали давление, поэтому и решил сменить обстановку. - Вашим последним клубом в карьере стал «Тосно». Финансовые вопросы так и остались нерешенными? - «Тосно» – мифический клуб. Некоторым ребятам остались должны за два года, их все время так и кормили обещаниями. Так что и вспоминать не стоит. Чудеса, конечно: захотели – открыли клуб, захотели – закрыли. И, естественно, ничего никому никогда за это не будет. Таковы реалии футбольной жизни в нашей стране. - Дело по ограблению вашего дома тоже осталось «глухарем»? - Как-то попытался дозвониться до следователей, чтобы узнать номер дела, но оказалось, что там поменяли начальника, а мое дело давно находится в архиве. Кому-то платить, чтобы продолжали искать – еще хуже. Хорошо, хоть медаль за Евро-2008 благодаря журналистам сделали для меня новую.