Иван Глазунов: За собирательство старинных икон отец мог попасть под статью

Художники Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова готовятся к выставке, которая откроется в туринской Академии изящных искусств 30 января. В преддверии этого события ректор академии Иван Глазунов рассказал «Вечерней Москве» о том, как прививается хороший вкус.

Ректор Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова Иван Глазунов провел для журналиста «ВМ» экскурсию по своему рабочему кабинету. Культурные артефакты здесь на каждом шагу. Уже в прихожей ректора посетителей встречает портрет Николая II — при нем были благоприятные времена для развития русского искусства.

Красота, которой пропитано пространство академии, не просто помогает студентам писать сюжеты на исторические темы, но и воспитывает в них безупречный вкус.

— У нас есть семейный обычай: собирательство предметов искусства. Это отличается от коллекционирования, потому что предполагает иногда спасение артефактов чуть ли не из костров, — рассказывает Иван Ильич. — Начало этой традиции положил мой отец, основатель и первый ректор этой академии Илья Сергеевич.

Напомним, Илья Глазунов был ректором Российской академии живописи, ваяния и зодчества с 1987 по 2017 год. После смерти художника академию возглавил его сын Иван.

По воспоминаниям Ивана Глазунова, когда Илья Сергеевич приехал в Москву из родного Ленинграда, они с женой Ниной Александровной жили в крайне стесненных обстоятельствах. Тем не менее первый гонорар супруги решили потратить не на предметы быта, а на искусство: купили антикварную лампу в виде бронзового спартанского воина в стиле ампир. Кстати, супруга Ильи Глазунова происходила из старинного дворянского рода Бенуа, подарившего миру немало деятелей искусства.

— Дальше отец начал скупать в деревнях и небольших старинных русских городах артефакты минувшей эпохи, которые тогда можно было найти где угодно — на складах, в амбарах, купить у деревенских жителей за копейки — все равно все выбрасывалось, — вспоминает Иван Ильич. — Между тем за собирательство старинных икон, многие их которых были пробиты гвоздями и исписаны бранными словами, отец мог попасть под статью — в советские времена это расценивалось как религиозная пропаганда!

Подтверждение слов Ивана Глазунова — экспонаты, наполняющие его кабинет. Приносить в академию произведения искусства и окружать себя ими, погружаясь в свой особый мир, Илья Сергеевич начал сразу же, вступив в должность ректора. Вся эта красота не только для личного пользования — студенты и гости академии могут свободно любоваться артефактами.

— Эта картина «Даная» — копия ХVIII века с известной картины Ван Дейка, мы с папой случайно нашли ее в Ленинграде, я был еще ребенком. Помню, в углу этой картины одна из человеческих фигур была почему-то закрашена черной краской, — рассказывает Иван Глазунов. — Эти стулья — русский ампир, середина ХIХ века. Мебель довольно простая, но сколько в ней обаяния эпохи! А вот тополевые кресла первой половины ХIХ века. Именно тогда, в эпоху наполеоновских войн, в классицизм вошли египетские мотивы в виде черных голов божеств, украшающие мебель.

Из кабинета ректора мы попадаем в небольшую комнату, в которой расположена экспозиция традиционного женского русского костюма — гордость Ивана Ильича, ведь он пополняет ее уже в течение многих лет. Ректор подчеркивает: экспонируемые предметы служат учебному процессу.

— Это подлинные костюмы Русского Севера. Собираю их разными способами. Что-то получаю в дар, что-то покупаю, в том числе за границей, — продолжает Иван Глазунов. — Обратите внимание на наряд ХVIII века девушки из Великого Устюга. На эпоху указывает жаккардовая ткань костюма: жаккард (ткань из более чем 24 разнопереплетающихся нитей — прим. «ВМ») поступил в активное производство при императрице Екатерине II. А это кокошник ХVIII века из Торопца, я купил его в антикварном магазине.

Такой кокошник называется шишак — он выложен жемчугом и рубленым перламутром.

Иван Глазунов рассказывает: когда целенаправленно ищешь артефакты, они будто сами идут к тебе в руки. Так, лет двадцать тому назад на переговорном пункте города Котлас Архангельской области в мороз он увидел пожилую местную жительницу, под платком которой красовался… кокошник. Настоящий, как на старинных гравюрах.

— Но теперь такого уже не встретить даже в глубинке России, — сетует ректор.

Еще в его коллекцию входят предметы интерьера: слюдяные окна, редкие даже в собраниях коллекционеров. Прекрасно сохранившийся русский сундучок (Иван Ильич предполагает, что он относится к ХVII или ХVIII веку), привезенный из Англии, куда в свое время его, вероятно, вывез какой-нибудь путешественник.

— А вот сохранившийся кусочек ХVIII века в нашей академии, — улыбается Глазунов, представляя примыкающую к кабинету ректора небольшую ротонду (цилиндрическую постройку, увенчанную куполом — прим. «ВМ»). — Что здесь было раньше: масонские посвящения? Музыкальные вечера? Не знаю. Барельефы ротонды сохранились, мы их отреставрировали. Ниши, где теперь стоят статуи нового времени, — тоже авторская задумка.

ИСТОРИЯ

Российская академия живописи, ваяния и зодчества расположена по адресу: Мясницкая улица, 21. Это здание построено по проекту выдающегося русского архитектора Василия Баженова. Исторический памятник ХVIII века был построен в 1780– 1790 годах для генерал-поручика Ивана Юшкова. Этот дом стал светским салоном столицы. В 1844 году в доме на Мясницкой разместилось Училище живописи и ваяния Московского художественного общества, позднее преобразованное в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. В разные годы в нем преподавали и учились такие выдающиеся русские художники, как Саврасов, Поленов, Коровин, Левитан и Серов.

Читайте также: Малахов и Конюхов стали кураторами выставки музея современного искусства