Цацки и книжки. Ксения Грициенко
Главный редактор оригинальных проектов Яндекс Книг и литературная обозревательница Ксения Грициенко рассказывает про свои любимые украшения
Мои отношения с украшениями складываются хаотично и чаще в формате one-night stand — я предпочитаю не привязываться к новым кольцам или серьгам, потому что знаю: с большой вероятностью я их скоро потеряю. Может, взмахну рукой — и фаланговое кольцо отлетит в ливневку, может, надену наушники — и только дома обнаружу, что парная сережка превратилась в моносерьгу. Надо думать, поэтому я когда-то проколола нос — хотя бы одна цацка всегда остается при мне. А еще, наверное, поэтому у меня нет ни счастливого колье, ни талисманного браслета, ни бабушкиной броши — вся моя шкатулка в большей степени наполнена настоящим, а не прошлым. Нет поэтому и украшений, которые я держу при себе или прячу под одеждой — все должно проживать эту жизнь на полную.
Мне нравится комбинировать минималистичный винтаж и чуть вычурное авторское — ко второму больше, чем другие украшения, относятся эти серьги. Их сделала вручную мастерица из Ростова с ником trouvaille porcelain, а подарил мне их на какой-то из небольших праздников партнер, писатель Антон Секисов. У этой девушки совершенно демонический каталог: броши, подвески, все с этими жуткими (в рифму с моим телеграм-каналом «Жуткое») младенцами, запрятанными среди горошин. Фарфору суждено разбиваться, так и произошло однажды с этими серьгами, но я смогла их удачно склеить — на боковой части одного из стручков осталась чем-то даже привлекательная трещина.
Вообще, выход из дома с пустыми ушами для меня чувствуется как нагота — даже в зал я надеваю что-то малозаметное со стороны, но ощущаемое в мочках. Поэтому сережек у меня довольно много, все обычно из желтого металла и совсем не ювелирного — я спокойно покупаю бижутерию на маркетплейсах и радуюсь ей ничуть не меньше, чем авторским или винтажных украшениям. Про эти серьги хочется воображать, что лучами можно оставлять царапины — в опасных или, наоборот, приятных обстоятельствах.
Эти серьги, кстати, тоже находка с какого-то маркетплейса, хотя у них даже есть бренд. Жуки-скарабеи (что подло — довольно тяжелые) ни в коей мере не отражают мою любовь к фильму «Мумия» или другим египетским проклятьям — скорее, напоминают, что именно на стыке притягательного и отталкивающего таится настоящая красота.
Страшно завидую всем, кто умеет носить драгоценные кольца — если бы я и хотела ювелирные изделия, то именно на пальцы, какое-то золото с изумрудами или тонкие, усеянные камнями, украшения на фаланги. Дольше всего из представленных живет кольцо справа — его я в феврале за копейки купила в лавке на Принцевых островах. Знаю, что это просто бижутерия, которую за те же копейки можно найти и здесь, но мне нравится мечтать, что хотя бы это кольцо уплотнит какие-то смыслы и символы.
Раньше, когда я предпочитала более ретро-стиль, жемчуг с шеи не уходил почти никогда. Грубый речной или классический — не так важно, это что-то вечное и универсальное, к тому же, я и сейчас думаю: он сочетается что с мужским пиджаком, что с подчеркнуто девичьим платьем. При этом совсем не могу представить себя в длинных бусах, как обычно носила Сьюзен Сонтаг: для меня колье или ожерелья должны очерчивать шею и только.
Когда увидела эту чуть увядающую розу от RUSHEV — влюбилась внезапно, и с тех пор ношу ее не переставая. Наверное, она могла бы стать моим амулетом, а если и не станет — то точно запомнится как один из любимых и самых созвучных мне атрибутов.
Вторая серьга RUSHEV появилась не из любви, а необходимости — парного кольца в ухо нигде не было, поэтому я просто купила еще одну моносерьгу и использую составную часть как пару то к одной, то к другой. Правда, любовь довольно быстро пришла — с зелеными камнями иначе и не бывает.
В этом колье, кажется, нет ничего особенного — я даже смутно помню, где его купила, но в нем я всегда чувствую себя лучше, чем есть. Часто в таких простых вещах есть скрытый код, а значит — они привлекают нужное внимание.
Эти серьги я заприметила в любимой винтажке 818 vintage, а внимательно подарила их моя подруга, писательница Ольга Птицева, попутно сметя половину магазина уже для себя. У меня есть несколько похожих винтажных пар — такие серьги подходят в любой одежде, так что всегда будут к месту. Есть даже те, у которых безнадежно погнулась застежка, но я все равно по привычке ношу их в косметичке в качестве запасных.
Колье — это, конечно, жемчужина (довольно неловкий каламбур) моего гардероба. Его сделали сестры-художницы Malyshki из Томска — так что это не цацки, а настоящее современное искусство. Нравится представлять, что в нем я то ли вампиресса Кармилла из готической новеллы Ле Фаню, то ли ее робкая жертва Лора.