«Какая разница, от чего помирать...»: после этих слов священника я возвращался домой с болью в сердце
Рассказывает диакон Даниил Булычев, основатель и директор церковного благотворительного фонда помощи семьям священнослужителей «Свете Тихий»:
Первым из детей в нашей, тогда далекой от Церкви, семье к вере пришел мой брат. Он сразу начал звать меня на службы, рассказывать о Боге, а я лишь отмахивался от него. Но постепенно от его слов сердце стало таять. Так я впервые оказался на богослужении в Свято-Успенском соборе Трифонова монастыря в Кирове. И меня потрясла красота богослужения! Тогда же я в первый раз пообщался со священником. Его ответы на мои вопросы меня приятно удивили. Я ушел под сильным впечатлением. Прошло полгода, и я решил снова прийти на богослужение — и снова был поражен его великолепием. Я начал слушать лекции о православии, понемногу молиться, читать Писание. Было впечатление, что Евангелие — книга, в которой есть всё!
Мне было всего 19 лет, и меня особенно волновали вопросы о смысле жизни и о том, что ждет нас после нее. И я задавал их Богу или просил Его помощи в чем-то... и получал ответы! И вот настал день, когда я понял: Бог действительно есть. Нет, внешне вроде бы ничего не изменилось. Но появилось вдруг абсолютно реальное ощущение: ты не обращаешь монолог в пустоту, а ведешь живой диалог с Живым Создателем... И понимаешь, что вся твоя жизнь меняется! Постепенно хаос, суета и страх стали уходить, на их место пришли порядок, мир и доверие Богу.
Однажды к нам в город приехал известный проповедник — протоиерей Олег Стеняев. Нас с братом попросили сопровождать его. А потом уже мы оказались у него в гостях, в Москве. Эта поездка стала знаковой, и по приезде домой мы сразу пошли к благочинному Трифонова монастыря — попросить разрешения помогать в алтаре. Так я стал пономарем, не успев побыть прихожанином.
Тогда я занимался маркетингом и продажами, и, придя к вере, стал думать, как и где эти умения могут послужить Богу? Лет пять не понимал. А ответ был рядом. К нам в монастырь часто приезжали разные священники, и я видел, как порой трудно они живут. Решил исследовать этот вопрос и понял: действительно, многим из них нужна помощь. Понятно, что верующие люди поддерживают друг друга, но я, опираясь на свой опыт в маркетинге, начал думать: а как бы такую помощь сделать системной. Так родилась идея будущего церковного фонда помощи семьям священнослужителей «Свете Тихий». Нашлись люди, готовые пожертвовать первые средства, и мы — не дожидаясь даже каких-то обращений от нуждающихся! — начали искать среди знакомых и тех, кто был поблизости и нуждался в помощи. А потом запустилось «сарафанное радио», и стали приходить заявки.
Со всеми своими подопечными мы общаемся лично, чтобы получше узнать семью, понять, как они живут и в чем больше всего сейчас нуждаются. Одна из первых семей, которым мы помогли, оказалась жертвой мошенников. У батюшки был очередной платеж по кредиту, ему позвонили под видом менеджера банка и, заморочив голову, навязали еще кредитов больше чем на полмиллиона. А у него матушка вот-вот должна была родить четвертого малыша. Жалование небольшое, расходов много, да еще ипотека... Фонд сразу закрыл один его небольшой кредит и включил семью в программу регулярной помощи в виде ежемесячных выплат. В течение года значительную часть долга удалось погасить. Помню, сколько по этому поводу было эмоций! С одной стороны, сердечная, искренняя радость от того, что мы реально помогли конкретной семье, а с другой — в этот момент так чувствуется близость Господа! И так горячо хочется благодарить Его за великую милость к нам, грешным!
Другая глубоко поразившая меня история связана с многодетной семьей из глубинки. Их дом — совершенно непригодный для жизни полуразвалившийся сарайчик, в котором ютятся священник, его жена и их шестеро детей. Когда я спросил батюшку, как его здоровье, он ответил: «Какая разница, от чего помирать...». Когда я возвращаюсь после таких встреч, сердце сжимается от скорби, а голова начинает подыскивать варианты, как можно им помочь.
Все семьи, с которыми мы встречаемся, уникальны, и наше дело работает в обе стороны — мы помогаем людям и сами учимся у них очень важным вещам. Например, терпению и смирению в трудностях, которые эти семьи обретают в молитве ко Господу, вверяя себя Ему. И я рад, что мы не просто по-человечески помогаем им в беде — что немаловажно, — но еще и даём возможность священнослужителям продолжать служение, не отвлекаясь на подработки. Ведь быть священником — это не только совершать богослужения, исповедовать и причащать. В служении батюшки есть огромный пласт часто невидимой для прихожан и общества работы: каждый священник посещает больницы, многие преподают детям в воскресных школах, окормляют воинские части и госпитали, беседуют с людьми, помогая им решать очень непростые вопросы и, самое главное, тайно молятся о каждом, кто к ним приходит и просит молитв, и каждого держат в сердце. Это огромный, по-настоящему тяжелый труд.
Кто-то может спросить: а как священники в принципе оказываются в таких ситуациях, неужели Церковь недостаточно им помогает? Правда, такие вопросы обычно появляются у тех, кто забывает — каждый из нас, верующих, это и есть часть Церкви. И вопрос: «почему вот там-то и там-то Церковь недостаточно помогает?» — это вопрос к каждому из нас, называющих себя православными христианами. Мы знаем, что священнослужители живут на пожертвования своих прихожан. И слава Богу, общины и архипастыри стремятся заботиться о своих пастырях и делают все возможное, если кто-то из них оказался в беде. Но ведь одно дело большой городской приход, а другое — маленький сельский, большую часть которого составляют бабушки-пенсионерки да редкие случайные прихожане. Вот тут и подключается наш фонд — мы ведь тоже часть Церкви, хотя юридически фонд частный и независимый. И работаем мы исключительно с благословения епархиальных архиереев и в постоянном контакте со священноначалием. Фонд нужен, чтобы систематизировать уже существующую помощь.
Этот опыт для меня — бесценный. Мне важно, что я могу применять свои навыки во славу Божью и узнавать больше о жизни духовенства, ведь я и сам уже стал его частью. Наверное, все, кто помогает в алтаре, время от времени задаются вопросом: а не стать ли мне священником? Когда мы снимали документальный фильм о Трифоновом монастыре, я познакомился с митрополитом Марком. Помню, он спросил, не думаю ли я о священстве. Я ответил, что уже давно об этом мечтаю. Время шло, но ничего не происходило. И однажды я решил: не важно, рукоположат меня или нет, я все равно до конца жизни буду служить Богу и Церкви. И уже через неделю митрополит Марк сам подошел ко мне и сказал: «Готовься к рукоположению». Так я стал диаконом.
Жизнь после встречи с Богом — это совершенна иная жизнь, полная красоты и чудес. И самое большое чудо для меня — это приход в наш фонд благотворителей. Почему люди решили вложить средства в помощь священникам? Что растопило их сердце? Каждый такой случай — Божие благословение! Конечно, трудности тоже бывают — в управлении командой, в поиске средств, в постоянных поездках и перелетах. Но мы не опускаем рук, потому что радость от помощи людям перекрывает всё остальное. Особенно нашу команду поддерживают слова Спасителя: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф 5:16). А когда долго пытаешься решить какую-то проблему, но не можешь, вспоминаешь наставление апостола Павла: Итак, братия мои возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш нетщетен пред Господом (1 Кор 15:58). Несмотря ни на что, важно помнить: Бог видит наши старания и даже то, что кажется нам поражением, может превратить в нечто прекрасное!
Главное, что я понял: важно внутреннее смирение пред Богом и готовность вручить себя в Его руки. Именно в минуту осознания предела собственных возможностей по-настоящему обретают силу слова Спасителя: ибо сила Моя совершается в немощи (2 Кор 12:9).
Записала Сабина Кухарчук