Новгородские исторические записки от Виктора Смирнова. Записка девяносто седьмая: «Тихие подвиги Чернышева»
Мы продолжаем серию публикаций на тему истории Великого Новгорода и Новгородской земли авторства историка и писателя Виктора Смирнова. Материалы публикуются с разрешения автора.
Тихие подвиги Чернышева
Продолжаем галерею выдающихся новгородцев.
Николай Александрович Чернышев был потомком старинного графского рода, что вкупе с независимым характером сильно осложняли отношения молодого человека с советской властью. Сначала Николая исключили из Ленинградского университета за "антиобщественное поведение", а в 1933 году арестовали и сослали в Сибирь по сфабрикованному ОГПУ делу "славистов" -- научной интеллигенции, обвиненной в создании "фашистской партии, управляемой из-за границы". К этому времени Чернышев уже успел поработать в Русском музее и Государственном Эрмитаже в отделе металлов и считался опытным реставратором.
Отмотав три года в ссылке, Чернышев стал работать в Томском краевом музее, одновременно преподавая в местном пединституте и занимаясь полевой археологией на берегах сибирских рек. Здесь, в Томске, он женился на вдове репрессированного инженера Вере Ерышевой и усыновил ее сына. Это был почти безумный шаг. В стране свирепствовал террор, и брак политического ссыльного и вдовы "врага народа" мог плохо кончиться для них обоих. Но они пошли на этот риск, потому что любили друг друга и сохранили эту любовь на всю оставшуюся жизнь.
В годы войны Чернышев воевал на Волховском фронте, совсем недалеко от Новгорода, еще не подозревая, что этот город станет его судьбой. Весной сорок четвертого Чернышева направили сюда в качестве специалиста по реставрации для выполнения задания особой важности.
Новгород был фактически уничтожен. Он просматривался насквозь, а его древние храмы и монастыри лежали в руинах. Памятник Тысячелетие России немцы собирались вывезти в Германию. Монумент был демонтирован, к нему уже подвели узкоколейную железную дорогу, но немцам помешало наше наступление. Увиденное потрясло Чернышева. Верхняя часть шара-державы была снесена, словно напоминая о наполовину захваченной врагом России, а вокруг, точно трупы на поле боя, валялись засыпанные снегом статуи.
Восстановление памятника, имеющего политическое значение символа Российской державы, стало делом государственной важности. Он был внесен в список первоочередных городских объектов наряду с водопроводом и электроснабжением, контроль осуществляли органы НКВД. Именно это ведомство поручило вчерашнему политическому ссыльному Николаю Чернышеву в кратчайшие сроки возродить монумент. В распоряжение Николая Александровича выделили восемь полуголодных рабочих. Им предстояло поднимать на десятиметровую высоту фигуры огромной тяжести. Техники не было никакой. Выручала мужицкая смекалка. Памятник опоясали наклонными лесами, на них положили рельсы от немецкой узкоколейки. Очередную статую укладывали на вагонетку и медленно, по сантиметру, тащили ее к своему законному месту. При падении многие статуи деформировались, особенно трудно пришлось с восстановлением огромного шара-державы. Секторные плиты огромного шара погнулись, приходилось помногу раз поднимать и опускать их вниз, чтобы исправить и подогнать. И так с каждой из 350 частей и деталей! Одних только крепежных болтов понадобилось полторы тысячи, с огромным трудом выправили искореженный православный крест.
4 ноября 1944 года памятник был открыт во второй раз, и это событие стало настоящим праздником для новгородцев.
Сразу после завершения работ Чернышева назначили начальником инспекции охраны памятников архитектуры Новгородской области. Теперь он фактически отвечал за восстановление и сохранность архитектурных шедевров мирового значения. В Новгороде и области развернулись крупномасштабные реставрационные работы, были созданы знаменитые Новгородские реставрационные мастерские, которые возглавил Сергей Николаевич Давыдов.
В 1950 году Чернышев совершил в буквальном смысле гражданский подвиг. После ареста прежних руководителей Новгородской области по так называемому "ленинградскому делу", новое руководство отказалось от разработанного академиком Щусевым генерального плана восстановления Новгорода. Вместо города-музея было решено строить обычный советский промышленный центр. Проблемы реставрации отодвигались на второй план. Стали разбирать на кирпичи памятники зодчества: Кириллов монастырь, Гостиный двор.
В этой критической ситуации Николай Александрович Чернышев добился рассмотрения вопроса о судьбе новгородских памятников на экстренном заседании Президиума Академии Наук. Сделал он это самовольно, вопреки прямому запрету властей. Академики во главе с Игорем Грабарем поддержали Чернышева, обратившись в правительство. И хотя план Щусева был во многом изменен, удалось отстоять сохранить историческую архитектурно-пространственную композицию Новгорода, его неповторимый силуэт. Снова возобновились реставрационные работы.
Даром Чернышеву это не прошло. Сразу после возвращение из Москвы его отстранили от занимаемой должности. Были также уволены поддержавшие Чернышева директор научно-производственной реставрационной мастерской Давыдов, главный городской архитектор Поздняков, архитекторы-реставраторы Баранов, Тишин, Арский, арестован заместитель директора музея Никифоров.
После этого Николай Александрович шесть лет работал строителем, пока его не пригласили в Новгородский музей заведовать художественным отделом. Он стал автором первой экспозиции в здании Присутственных мест. Но затем его снова уволили за "идеологически невыдержанный восторг русской иконой", и он снова ушел на стройку.
Уже выйдя на пенсию, Чернышев сделал еще один драгоценный подарок Новгороду. По собственной инициативе, в полукустарной мастерской, он занялся восстановлением знаменитого паникадила Софийского собора, когда-то подаренного Новгороду Борисом Годуновым. После войны от годуновского подарка весом в две тонны уцелели обломки, поместившиеся в одном рюкзаке. Но талант и упорство делают чудеса, и через пять лет кропотливого и, кстати сказать, не оплачиваемого труда огромное на 48 свечей паникадило засияло вновь. Николаю Александровичу помогал его 16-летний внук Юрий Ерышев, будущий известный новгородский реставратор. Вместе они реконструировали и пять малых паникадил, а между делом отлили кем-то украденную фигурку китовраса с Магдебургских врат.
Жил Чернышев, как и положено русскому интеллигенту, более чем скромно. 35 лет вместе с семьей, собаками и кошками он квартировал в келье Антониева монастыря. Здесь же помещалась и его художественно-реставрационная мастерская, здесь принимал частых гостей, используя вместо рюмок бронзовые паникадильные подсвечники.
Умер Николай Александрович Чернышев в 1979 году и был похоронен на Рождественском кладбище. У него не было ни титулов, ни званий, ни даже диплома о высшем образовании, при том, что он обладал колоссальной эрудицией и свободно говорил на нескольких языках. Но зато у него было нечто большее -- осознание достойно, плодотворно и очень красиво прожитой жизни.