Отсель грозить могли мы Штатам. Как Гавайи принимали российское подданство

Русские моряки ведут торговые переговоры с королём Гавайев Камеамеа. Рисунок сделан во время экспедиции Отто фон Коцебу на «Рюрике» в 1815–1818 гг. 

200 лет назад, 4 апреля 1820 г., в бухте нынешнего города Каилуа-Кона, туристического центра Большого острова Гавайского архипелага, сошёл на берег американский миссионер Хайрем Бингем.

Следом за ним высадились ещё 22 проповедника. Возможно, событие и не бог весть какой важности, однако именно оно окончательно поставило крест на проекте «Русские Гавайи». Да-да, в первой четверти XIX в. часть этого «тропического рая» принадлежала Российской империи. И были серьёзные предпосылки к тому, что русский флаг поднимут над всем архипелагом.

Собственно, незадолго до этого о русском подданстве Гавайских островов мировая пресса говорила как об уже свершившемся факте. В июле 1817 г. английские газеты The Morning Chronicle и Courier перепечатали сообщение своих американских коллег о присоединении к России одного из островов и постройке на нём укреплений. Завершали статью слова: «Мы скоро обнаружим эту нацию с её славным и активным правительством во всех частях света».

Русские пришли

Хотя Гавайские острова были открыты знаменитым английским мореплавателем Джеймсом Куком ещё в 1778 г., тот не объявил их собственностью британской короны. По вполне уважительной причине — его там убили. Зато к нашим соотечественникам отношение у аборигенов сложилось иное. Первая русская кругосветная экспедиция Крузенштерна и Лисянского посетила острова в 1804 г. И застала там напряжённый момент. В острой конкуренции находились два местных короля. Один владел большей частью островов. Официально его звали Камеамеа I, но было и другое имя — Томи-Оми. Второй, Каумуалии, отзывался также на имя Томари и владел одним островом Кауаи, но претендовал на большее.

Командиру шлюпа «Нева» Юрию Лисянскому удалось невозможное — он наладил добрые отношения с обоими. Камеамеа после общения с нашим офицером загорелся желанием стать партнёром Русско-Американской компании и посетить русскую Аляску.

А владелец одинокого острова король Каумуалии вообще зашёл с козырей: «Желательно было ему, чтоб мы пристали своим кораблём к его острову для защищения ево от короля Томи-Оми, по каковой причине он согласился поступить своим островом в подданство России».

Расклад вырисовывался блестящий. Дальний Восток — наш. Аляска — наша. Трудами известного по рок-опере «Юнона и Авось» командора Николая Резанова в те же примерно годы без пяти минут нашей стала и Калифорния — как приданое за местной красавицей Кончитой, дочерью губернатора. Если к этому добавить Гавайские острова, то добрая половина Тихого океана становилась своего рода внутренним русским морем.

Поэтому преемник Лисянского, лейтенант Леонтий Гагемейстер на шлюпе «Нева» снова и снова посещает Гавайи, после чего составляет проект, согласно которому закрепиться там можно малыми силами: «Два десятка русских сельских колонистов, да ещё столько же военных для их защиты при одной пушке и башне-блокгаузе». Однако этот выполнимый и недорогой проект правительство сочло авантюрой и положило под сукно.

Американцы же тем временем не дремали — «бостонские корабельщики» вели с Гавайями активную торговлю и постепенно укрепляли там свои позиции. Но России был дан ещё один шанс.

Гавайское казачество

В 1815 г. у берегов острова Кауаи терпит крушение русский корабль «Беринг», отправленный туда с Аляски для закупки продовольствия. Аборигены грабят его имущество. Однако русские предпочитают договориться с ними полюбовно. К королю Каумуалии посылают миссию для переговоров во главе с Георгом Шеффером.

Каумуалии оценил великодушие русских. Вот что писал Шеффер: «Король пожелал предать себя вечно покровительству Его величества государя императора и сие последнее утвердил торжественным образом в виду своего народа, выпросив для сего нарочно с корабля „Открытие“ российский флаг, который выставлял он всякий раз у своего дома, также выпросил и мундир морского офицера, который на себя и надел». Кроме этого был составлен официальный акт о передаче острова в подданство Российской империи.

Русских на Гавайях осыпали подарками. Так, Георг Шеффер получил в вечное владение самую лучшую и плодородную часть острова — долину Ханалеи. Приказчика Русско-Американской компании Тимофея Тараканова возводят в «достоинство гавайского дворянина» и дарят ему «селение в 13 семейств на левом берегу реки Дон в провинции Ханапепе». Именно Дон — полным ходом идёт переименование объектов новой русской земли в честь героев победоносной Отечественной войны 1812 г. Аборигены становятся «донскими казаками» с фамилией Платов. Появляются форты Барклай, Александр и Елисавета — по имени супруги русского императора Александра I.

Елизаветинская крепость на о. Кауаи. Реконструкция А. Молодина и П. Миллса

Последний шанс

Словом, мировая пресса имела все основания считать хотя бы часть Гавайев русскими. Однако у министра иностранных дел империи Карла Нессельроде было другое мнение: «Государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принесть России никакой существенной пользы, но, напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами». Проект закрыли.

Третий шанс выдался почти под занавес. Зимой 1820 г. консул России в Маниле Пётр Добель получил аудиенцию у короля Гавайев, в ходе которой Камеамеа II просил помощи и обещал привести в русское подданство уже весь архипелаг. Добель составил новый проект, который тоже отклонили... А совсем скоро на Гавайях высадились американские миссионеры. Русский моряк Отто фон Коцебу, который посетил Гавайи в 1825 г., написал: «Сей кальвинистский священнослужитель околдовал короля и стал фактическим правителем архипелага».

Константин Кудряшов