Испытано на себе: Чем же я болел? (г.Тольятти)

Сейчас специалисты и обыватели гадают на инфекционной гуще, что у нас происходит: продолжение первой волны коронавируса или интенсивное начало второй?

По большому счету, это неважно, потому что пандемия, на мой взгляд, похожа на гигантского осьминога. Схватит обязательно, а уж какой «рукой»… Главное, чтобы без особых последствий.

Запах полыни

Всю минувшую весну я чувствовал себя бодро, искренне полагая, что достаточно здоровый образ жизни, туризм и витамины вкупе с определенными мерами предосторожности помогут мне избежать вирусного заболевания. Наивный! Теперь сам себе немного удивляюсь.

В четверг, это была середина июня, мы в редакции закончили очередной номер, договорившись, кто какие материалы готовит в пятницу дома. Я планировал написать судебный репортаж, благо интересная была фактура, и прочесть всё, что пришлют штатные и внештатные сотрудники.

Недомогание я почувствовал в субботу, по привычке махнув рукой: мол, само пройдет. Не прошло! Мало того, появились сначала ломота во всем теле, невысокая температура, а потом сухой непродуктивный кашель и апатия. Работать не хотелось совершенно, даже слег на день. Все это было похоже на банальную простуду, тем более в пятницу ходил по песчаным дорожкам босиком, мог простудиться.

И вдруг я понял, что у меня пропало обоняние: были запахи и вдруг исчезли. Нос не реагировал ни на парфюм, ни на кофе. Тогда я, надев маску, отправился в сосновый бор, благо идти до него десять минут. Напевая известный романс про запах полыни и вешние ливни, сел на поваленный ствол, основательно растер в ладонях пахучую траву и вдохнул. И – ни-че-го!

В сосновом бору всегда приятно пахло смолой, а тут – непонятная стерильность. Хотя почему непонятная? Просто мне не хотелось констатировать, что я за-бо-лел.

От кого заразился, сказать сложно. Магазины, большие и маленькие, я не люблю, общественным транспортом пользуюсь лишь эпизодически. Хотя читатели в редакцию приходили, рассказывали «про коррупцию в управляющей компании». Один из гостей вроде бы кашлял, но легко, даже украдкой.

Пришлось самоизолироваться. Зная, что врачи работают с большой перегрузкой, решил пока к ним не обращаться. Лечился симптоматично: кашель – одно лекарство, температура – другое. Пил чай с лимоном, пока был аппетит, ел первое и второе с имбирем. Вкусно, напоминает блюда в Юго-Восточной Азии.

Мысли, правда, были разные, особенно после общения со знакомыми, которых госпитализировали поближе к кислородным аппаратам. Но я рассуждал так:

– В группу риска не вхожу: не пенсионер, особых хронических заболеваний вроде нет. Лекарства принимаю, пью много воды. Должно быть всё нормально.

Кроме того, четыре года назад я переболел бактериальной пневмонией, точнее болезнью легионера. Кроме красивого названия, там ничего хорошего нет: жесткая лихорадка, высокая температура, потеря сознания. Две недели отлежал в отдельном боксе инфекционного отделения медгородка и столько же – дома.

Правда, сначала меня лечили от гемолихорадки, потом разобрались и общими усилиями победили пневмонию. Очаг поражения был в левом легком, мог перекинуться на правое, но антибиотики не дали развиться этому пагубному процессу. С тех пор не люблю кондиционеры, где часто живут зловредные бациллы.

Сравнивая свое состояние тогда и сейчас, я неизменно делал вывод, что хвораю не сильно. Радовало и то, что родные и коллеги не заболели следом.

– Значит, это не ковид, – успокаивал я себя сам и окружающих.

Но затем появились боли в груди: как будто что-то не сильно жгло справа и слева. Вот тогда я по-настоящему напрягся и решил обратиться за помощью к медикам.

Мазок? Не показано!

Дозвониться до неотложки было проблематично, но я проявил упорство. Приехала она, конечно, не сразу – через полдня. Усталая женщина в «скафандре» первым делом уточнила:

– Больничный нужен?

– Нужен.

– Какая у вас температура?

– Максимум была 37,6. Дальше я ее сбивал таблетками, поэтому верхней границы не знаю.

Думаю, нет смысла передавать весь диалог. Я обратил внимание, что фельдшер избегала произносить два ключевых слова: коронавирус и ковид. Поэтому не сразу отвечала на вопросы, тщательно подбирая термины.

Потом она послушала мои легкие и выдала результат:

– Слышу сильные хрипы. К утру вы будете задыхаться. Я сейчас вызову скорую помощь, чтобы она отвезла вас на компьютерную томографию, а затем – на госпитализацию.

Как любой больной, я надеялся, что опасная хворь всё же обойдет меня стороной, а после «диагноза» фельдшера заметно приуныл. Но на всякий случай уточнил:

– Мазок сейчас будете брать? Или позже?

Ответ удивил своей категоричностью:

– Вам – не показано.

Я не стал спорить с медработником, хотя получалось как-то не логично: все признаки ковида, удручающая перспектива и – нежелание взять простой мазок. Почему? Усталость, приказ начальства, отсутствие тестов? Что-то еще?

Решил дождаться бригады скорой помощи. Собрал для госпитализации всё необходимое, в том числе две непрочитанные книги, и время от времени подходил к окну. Так минуло четыре часа. Устав маяться, позвонил диспетчеру скорой помощи и напомнил о себе – вдруг в инфекционной круговерти про меня забыли.

– Адрес стоит на контроле, ждите. Вызовов очень много…

Еще через три часа узнал, что машина с красным крестом попала в ДТП. Позже выяснилось, что ко мне ехал другой экипаж, но большая пробка, образовавшаяся в результате дорожной аварии, его надолго задержала.

Два усталых сотрудника – врач и медсестра – появились на пороге квартиры поздно вечером. Врач подошел ко мне, а медсестра – к окну, попросив открыть его максимально широко.

– В зале надо чаще проветривать? – уточнил я.

– Нет. Просто в «скафандре» очень жарко, а снимать нельзя, вот и стараюсь хоть немного постоять на сквозняке.

Врач долго слушал мои легкие и пожимал плечами:

– Я не слышу хрипов. У вас всё нормально.

– А боли в груди? Потеря обоняния? Ломота, температура, кашель?

– Хотите, мы вас сейчас отвезем в медгородок на КТ? Но сразу предупреждаю, что там огромные очереди и возможность подхватить дополнительную инфекцию. Поедете?

– Нет!

По моей просьбе врач послушал легкие жены, вдруг за эти дни она все-таки заразилась от меня. Результат нас порадовал и окончательно успокоил. Потом мы немного поговорили с врачом о методах лечения. Я не стал скрывать, что многое из рекомендованного считаю дублирующим и малополезным в моей ситуации, например, инговирин.

– Не любите препараты с недоказанной эффективностью? Но ведь его кто-то продвигает, – улыбнулся доктор.

– Арбидол тоже усиленно рекламировали!

Я не стал сообщать, что моя младшая дочь – московский врач-ординатор: практического опыта у нее, конечно, еще мало, а вот теоретических знаний, с учетом первого медуниверситета, хватает. И тема недоказанной эффективности отдельных лекарств – ее любимая.

Уходя, врач скорой помощи подчеркнул, что препараты для лечения ковида только разрабатываются, поэтому надо себя беречь, используя все имеющиеся средства: и медикаментозные, и народные.

Доктор, а где врачи?

В поликлинике по месту жительства я был два раза, нет, три, если считать флюорографию. К участковому терапевту выстроилась такая большая очередь, что хотелось повернуть обратно.

Удивили три женщины. Седая пенсионерка, сняв маску, неожиданно заплакала – она хотела попасть на прием только к тому врачу, который ей когда-то написал целый список лекарств. А его не было.

– Он назначил, пусть он и вычеркнет два препарата. Что мне делать? – спрашивала, всхлипывая, бабушка.

Другая пенсионерка, наоборот, держалась чересчур бодро – общалась с подругой… по громкой связи сотового телефона. Всем сидяще-стоящим пациентам было слышно каждое слово в течение, вы не поверите, 40 минут. А чтобы никто не возмущался, пенсионерка громко и строго повторяла:

– Я больше не преподаю в школе. Хватит!

Не выглядела больной и третья женщина. Она была в дешевом коротком платье, подчеркивающем все недостатки ее фигуры. Тем не менее «дама» периодически гордо шествовала по коридору поликлиники, а за ней плелся, как бычок на веревочке, ее муж с серым лицом. То ли на прием она его привела, то ли на выписку, но мельтешением создавала ненужную суету.

Остальные пациенты вели себя тихо: кашляли и вздыхали, встречая недобрыми взглядами каждого вновь прибывающего.

Усталый терапевт, уточнив у меня симптоматику, спросил, когда я последний раз проходил флюорографию. И дал талончик, услышав мое «не помню». Кстати, флюорография патологии у меня не выявила, и на том спасибо.

Во время второго визита я не выдержал и спросил:

– Доктор, а почему прием жителей ведете вы один? Народ возмущается, но не сильно. Где остальные врачи? Заболели?

– Как вам сказать… Здесь я работаю 15 лет, за это время и опытные врачи приходили, и молодые, но никто надолго не задерживался.

– Почему?

– Этот вопрос не ко мне. Некому вести прием, вот и работаем с большими перегрузками. Я знаю, что происходит там, за дверью, но…

– Да… Похоже, наша медицина серьезно больна. Доктор, берегите себя!

Подведем небольшие итоги. За время болезни я общался с тремя представителями медицинского сообщества города, и никто из них не сделал и даже не предложил сделать простейшие анализы, тот же мазок. Никто из них не поставил точный диагноз, ограничившись туманным определением «инфекционное заболевание». То ли таким образом улучшалась медицинская статистика в Тольятти, то ли действительно сложно сходу определить, какая именно мутирующая хворь прицепилась.

Да, обоняние ко мне вернулось, но не сразу. Запахи как будто нарастали: сначала яркие, резкие, потом все остальные. Правда, ждать этого простого «чуда» пришлось больше месяца.

Надеюсь, что теперь у меня есть иммунитет против коронавирусной инфекции. Но на всякий случай недавно сделал прививку против гриппа. И сделаю против ковида, если будет такая возможность, даже при недоказанной эффективности нового препарата.

P.S. Материал про вторую, осеннюю часть пандемии мы обязательно опубликуем, но позже, когда выздоровеет другой сотрудник. И можно будет сравнить уровень медицинской помощи тогда и сейчас.

А тем временем

Спал ажиотаж относительно того, являются ли домашние животные разносчиками коронавируса. Ведь доходило до смешного, точнее грустного: боясь заразиться, владельцы собак и кошек выгоняли своих питомцев из квартир, оставляли без корма на дачах, увозили в лес.

Ветеринары сумели убедить, что если опасность и существует, то она обратная: не кошка заражает человека, а человек кошку, принося домой бациллы на своей обуви. Или погладив живность немытыми «уличными» руками.

Где-то читал, что в Стамбуле на улицах появились плакаты с надписями на нескольких языках, призывающие не гладить и не брать в руки уличных кошек. Таким способом власти турецкого мегаполиса, который часто называют городом кошек, решили во время пандемии заботиться о четвероногих бродягах.

Чем-то болевший Сергей Русов

Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 42 (1322) 16.10.20
Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362