«Хочется просто заплакать». Барнаульские колясочники рассказали, с чем сталкиваются на городских улицах
Историями о боли, которую ежедневно причиняет городская среда, поделились поистине сильные девушки – Ирина, Анастасия и Ксения. «СК» узнал, почему на человека в инвалидном кресле всегда будут смотреть как на просящего милостыню и в правильном ли направлении движется Барнаул, адаптируя инфраструктуру под нужды маломобильных людей.
Самые важные новости в Телеграм и ВКонтакте. Подпишитесь!
«Законодательство абсурдно»
Казалось бы, строгое и до безумия ограниченное регламентом событие – заседание Общественной палаты Алтайского края. У спикеров, среди которых была Ирина Яковенко, был подготовлен формальный доклад о положении дел в краевой столице с инфраструктурой для маломобильных граждан.
Но девушка, потерявшая чувствительность ног после автокатастрофы в 2007 году, не могла прочитать хвалебные слова о барнаульском транспорте и инфраструктуре, не прокомментировав их.
Представилась Ирина так, что всем стало ясно: никто не догадывается, насколько ей тяжело. Но она справилась с эмоциями и показала, что не собирается пенять на судьбу:
«Я из тех людей, которые очень глубоко погружены в эту проблематику. Конечно, не хотелось бы настолько глубоко, но так случилось. Говорить на эту тему я могу очень долго, очень эмоционально и с яркими примерами, но я ограничена во времени».
Доклад начался с абзаца о доступности общественного транспорта. По данным краевого минтранса, 27% единиц подвижного состава оборудованы специальными приспособлениями для инвалидов.
«Точно могу гарантировать, что многие автобусы оборудованы откидными площадками для заезда, - говорит Ирина. - Однако, к сожалению, водители большинства из них даже не знают о существовании таких платформ и тем более не умеют ими пользоваться. И мы не забываем, что в городе очень много маршруток, где об этом вообще не думают».
Далее она прочитала пару абзацев о том, что законом предусмотрена установка пандусов у приподнятых входных групп разных организаций, что упрощает жизнь маломобильным людям.
«Законодательная база достаточно абсурдно проработана в этом вопросе. Удивляет то, что проектировщики до сих пор опираются на стандарты 2018 года, когда есть актуальные и более правильные от 2021-го, - говорит Ирина. - Никто не запрещает строителям делать так, как удобно им, идти по пути наименьшего сопротивления и не думать лишний раз о других людях».
«Я ничего не вижу, мне ничего не слышно»
Далее она поделилась со слушателями с полным набором работающих конечностей интересными нюансами.
В здание, будь то Дворец спорта, Театр драмы, концертный зал «Сибирь», попасть можно, для этого условия есть. Но в такие места обычно приходят посмотреть спектакль, послушать оркестр. И именно с этим у людей, ограниченных в возможностях организма, возникают большие проблемы, поскольку они банально не могут выбрать комфортное место.
Ирине и таким, как она, незнакомо, что лучший обзор в кинотеатре открывается с мест в середине зала. Из-за коляски она вынуждена смотреть на экран с первых рядов, запрокинув голову, не имея альтернативы.
Несколько лет назад бывало такое, что она не без помощи других людей пробиралась на последние ряды по ступенькам, но ее заставляли спускаться вниз, потому что техника пожарной безопасности запрещает колясочникам сидеть где-то кроме как на первом ряду.
«Когда в декабре я была на концерте в «Титов-Арене», меня подняли по полозьям наверх. Когда я встала, поняла, что смысла никакого это не имело, потому что я ничего не вижу, мне ничего не слышно, и как из этой ситуации выйти, я тоже не знаю», – рассказывает Ирина Яковенко.
В тот момент, по ее словам, она думала о том, что в случае экстренной ситуации выбраться из здания у нее не получится, она наверняка там, наверху, и останется. Пока ее доставляли по полозьям, перекидывали на руках, затем следом коляску, потом на коляску эту садили, прошло очень много времени, которого в случае условного пожара наверняка не будет.
«У меня десятилетний ребенок спрашивает: «Мам, мы идем с тобой на концерт?».
Я говорю: «Подожди, я пока не решила этот вопрос».
Стоит ли концерт таких историй? Все равно ничего не будет видно и слышно. В такие моменты понимаю, что работаю не меньше остальных, плачу налоги. Но при этом не могу пойти в кино со своим ребенком: мне придется сесть на первый ряд, а ему на пятый. Это создает ощущение неполноценности, мягко говоря.
В конце концов уже хочется сесть и заплакать, но ты понимаешь, что не имеешь права: у тебя трое детей, ты должна показывать им, что жизнь не имеет границ, в том числе для тебя».
«Водители монетки протягивают»
Далее она, убрав текст доклада в сторону, рассказала, что наибольшее унижение ей приходится переживать на городских улицах, вступая в противостояние с пешеходной инфраструктурой.
Из последнего она привела опыт посещения площади Свободы. Оставив машину на парковке, расположенной аккурат между Центральным парком и Мало-Тобольской, она вынуждена была на коляске двигаться вдоль припаркованных автомобилей в поисках пологого съезда, чтобы подняться на тротуар.
«Когда ты приезжаешь на автомобиле, то часто выгружаешься на проезжую часть, на тротуар зайти просто не можешь, - вот с чем столкнулась Ирина Яковенко на таком пути. - Человек двигается по дороге на коляске, но представляете, что в головах проезжающих водителей? Они думают, что человек милостыню просит. Иногда открывают окно, протягивают монетки».
Маломобильным гражданином может стать каждый. И большие заседания, подобные этому, по мнению Ирины, нужны чтобы мнение таких людей было услышано.
Они не просят выделять больше денег на срочный ремонт, понимая, что все сразу сделать невозможно. Им хочется, чтобы при очередной реконструкции или ремонтных работах спросили их мнение, посоветовались и учли потребности всех и вся.
«Опасно, но иного выхода нет»
Студентка педагогического университета Анастасия Ребгун, вынужденная с восьмилетнего возраста из-за неудачной операции передвигаться на коляске, тоже поделилась своей болью.
Специально для нее всю университетскую группу перевели на первый этаж и оборудовали одну единственную аудиторию ул. Молодежной, 55, чтобы не заниматься перепланировкой всего здания.
«Поскольку я студентка педагогического университета, психолог, планирую работать с трудными детьми и подростками, помогать им. Мне хотелось бы иметь возможность беспрепятственно передвигаться и не думать о том, что мне самой необходима постоянная помощь», - говорит Анастасия.
Она рассказала, что ежедневно ей, живущей на пересечении Попова и Павловского тракта, приходится на коляске преодолевать стройплощадки и промышленные объекты:
«Чтобы пересечь ул. Попова от Павловского тракта до ул. Балтийской и попасть в магазин, мне нужно пройти через разбитый пешеходный переход. Часто мне приходится идти по дороге навстречу проезжающим машинам, что само по себе опасно, но иного выхода нет.
Как только переходишь этот «пешеходник», упираешься в высокий бордюр и преодолеть его без посторонней помощи не можешь.
На обратном пути приходится стоять на обочине, где поворачивают машины, и в вечернее время суток это очень опасно. Меня могут просто не заметить».
«Завтра выходной…»
Еще одна колясочница рассказала, что она чувствует себя комфортно только в торговых центрах, и то не во всех.
«Крупный ТЦ «Европа» не соответствует никаким нормам, – говорит Ксения. – Там нет ни одного парковочного места со специальным знаком. Я не видела там подземной парковки. Также нет лифта. То есть человек с ограниченными возможностями здоровья в этот ТЦ может зайти только на первый этаж, походить по нему кругом и уйти».
По ее мнению, торговый центр Galaxy лучше всего соответствует нуждам маломобильных людей – там есть подземный паркинг, а между этажами можно перемещаться с помощью лифта.
Также она отметила, что мало где есть оборудованные туалеты, особенно в музеях и концертных залах. А возможность спонтанно пойти в условный кинотеатр – предел мечтаний:
«Завтра выходной, этот день хочется провести хорошо, сходить куда-нибудь. Но это сделать практически невозможно, потому что надо обзвонить все площадки и узнать, может ли туда попасть человек на коляске. Это головная боль для меня».
В заключение Игорь Степаненко, заместитель председателя правительства Алтайского края, спросил у Ксении, есть ли в Барнауле открытое пространство, где ей комфортно. И она, тактично улыбаясь от глубокого разочарования, покачала головой.
12 изображений