Самые вредные свекрови династии Романовых

Взаимоотношения матерей с избранницами их сыновей всегда были и будут темой скорее для анекдотов, чем для научного анализа. Ведь зачастую логики в таких родственных спорах немного, её заменяют эмоции, импульсивные проявления. В семье Романовых такого хватало с избытком, но, пожалуй, особо выделялись на общем фоне первая и последняя свекрови.

Инокиня Марфа и Мария Фёдоровна

Инокиня Марфа (Ксения Шестова)

Достаточно одного взгляда на её известный портрет, чтобы понять, как тяжело приходилось избранницам Михаила Фёдоровича Романова. Откровенно говоря, мать первого царя сделала всё, чтобы династия закончилась так и не начавшись, хотя сама инокиня Марфа, как и любая свекровь, была уверена, что защищает интересы своего сына.

Портрет Инокини Марфы

Впервые Михаил должен был жениться ещё в 1616 году. На смотре невест он присмотрел себе красавицу Марию Хлопову, однако матери она не понравилась. Царь попробовал настоять, повелел перевезти девушку в Кремль и готовить к свадьбе. Тогда мать отравила невесте еду и обвинила в том, что та скрыла свою болезнь живота.

Когда Хлопова восстановилась от отравления, инокиня Марфа заявила, что та не может рожать, и хотя царские лекари утверждали обратное, несостоявшаяся свекровь настояла на том, чтобы спровадить невестку в Тобольск. После возвращения отца из польского плена и нескольких неудачных попыток брака с иностранками Михаил Фёдорович попробовал было вернуться к идее свадьбы с Марией Хлоповой, но мать поставила вопрос ребром: «Или я, или она». В итоге Михаил женился на Марии Долгорукой, которой долго жить со свекровью не пришлось: заболев сразу после свадьбы, она скончалась через 5 месяцев.

Михаил Романов и Евдокия Стрешнева

Следующая претендентка инокиню Марфу тоже не устроила. Евдокия Стрешнёва была красива, но неродовита, и свекровь заподозрила её в стремлении овладеть богатством и властью. Усилиями патриарха Филарета свадьбу всё же удалось сыграть, но пока мать Михаила была жива, она не давала невестке жить спокойно и даже настояла, чтобы у них был общий духовник. Вероятно, рассчитывала выведать какую-то порочащую информацию, но на её беду Евдокия была чиста как ангел. Только после смерти свекрови бедная женщина вздохнула свободно.

Мария Фёдоровна (Мария София Фредерика Дагмар, принцесса датская)

Хотя отношения матери Николая II и его жены Алисы Гессен-Дармштадтской укладываются в классический пример ненависти между свекровью и невесткой, тут виновны были обе стороны и может быть даже в большей степени младшая из женщин.

Императрица Александра Федоровна с мужем Николаем II, 1894 год

Да, изначально Мария Фёдоровна была против брака сына с немецкой принцессой, предпочитая более соответствовавшую политическому моменту кандидатуру дочери графа Парижского Елены Луизы Генриетты. Создавала проблемы и сама Алиса, отказывавшаяся принимать православие. Однако молодые люди действительно полюбили друг друга, и Николай II (может быть единственный раз в жизни) проявил твёрдость.

К свадьбе готовились экстренно, надеясь обвенчаться при жизни Александра III, но болезнь государя прогрессировала слишком быстро. Православие и новое имя – Александра Фёдоровна – Алиса приняла на следующий день после смерти императора, чтобы присутствовать на всех траурных мероприятиях.

“Смерть Александра III в Ливадии”. 1894 год

Меньше чем через месяц и спустя всего неделю после похорон Николай и Александра Фёдоровна поженились. Уже одна эта спешка могла навсегда поссорить двух женщин, поскольку такое торжество выглядело в высшей степени неуважительно по отношению к покойному. В довершение всего, чтобы обойти запрет на публичные празднования в дни траура, свадьбу сыграли в день рождения Марии Фёдоровны. Сказать, что вдове Александра III это очень не понравилось – ничего не сказать.

Между тем, если более общительная и терпимая от природы Мария Фёдоровна с годами начала смягчаться и забывать обиды, то её невестка, напротив, внешне соблюдая все обязательные приличия, питала к свекрови глубокую враждебность. Она буквально ревновала мужа к матери, поскольку он часто бывал у неё и советовался по различным поводам.

Художник В. Е. Маковский, «Портрет императрицы Марии Федоровны». 1912 г.

С годами Александру Фёдоровну начала раздражать и внешность свекрови. Несмотря на 25 лет разницы к началу Первой мировой войны они казались ровесницами. При этом Мария Фёдоровна всегда была бодра, добродушна и общительна, а Александра Фёдоровна выглядела измотанной, злобной и замкнутой. В эту пору жена Николая II проводила много времени со всевозможными целителями, старцами и прочими проходимцами, что не нравилось свекрови. Мария Фёдоровна даже пробовала поговорить об этом с сыном, но лишь спровоцировала новый виток ссоры.

От взаимных уколов женщины не отказались даже после революции. Уже из тобольской ссылки Александра Фёдоровна «с сочувствием» писала своей подруге и фрейлине Анне Вырубовой, что из-за последних событий её свекровь стала выглядеть «сильно постаревшей». Впрочем, такая «трогательная забота» оказалась преждевременной – Мария Фёдоровна пережила невестку на 10 лет.