Российскую экономику выручила цифровая мобилизация
Уходящий 2020 год для российской экономики оказался парадоксальным. Коронавирусный кризис сильно ударил по многим отраслям, но для ряда других он послужил причиной мобилизации, ажиотажного спроса и даже взрывного роста. А главным инструментом этого роста стала перестройка всей экономики на цифровые рельсы, «цифровая мобилизация». Какую роль во всем этом сыграла государственная политика и поддержка?
Данные Росстата за 11 месяцев 2020 года наглядно показывают, какие отрасли получили наибольший стимул в период коронакризиса. Один из самых динамичных показателей в обрабатывающих производствах – 35,5% к январю–ноябрю 2019 года – отмечен в сегменте медицинского оборудования. Выпуск лекарственных средств и материалов за этот же период увеличился почти на 23%, такими же темпами росло производство спецодежды. Высокий спрос на спецодежду определенно внес серьезный вклад в показатели других направлений легкой промышленности: производство синтетических ниток в России за 11 месяцев подскочило на 16,6%, выпуск тканей увеличился на 8%.
Ужесточение условий соглашения ОПЕК+ о сокращении добычи нефти привело к падению в этом сегменте (включая добычу газа) почти на 8%, однако уверенно продолжал наращивать объемы сектор нефтегазохимии. Прежде всего благодаря выходу на полную мощность гигантского предприятия «ЗапСибНефтехим» компании «Сибур» в Тобольске, в создание которого было вложено почти 10 млрд долларов. Российское производство пластмасс в первичных формах за 11 месяцев увеличилось более чем на 17%, а в бескрайнем мире полимерных изделий самый большой рост продемонстрировали трубы, шланги и фитинги (плюс 10%).
Прежде всего в 2020 году неплохо себя чувствовали те отрасли, которые получали прямую поддержку государства. Например, в виде кредитов, субсидий, налоговых каникул и прочих льгот, разработанных в период пандемии, отмечает ведущий аналитик инвестиционной компании QBF Олег Богданов. В основном, по его словам, речь идет о добывающих компаниях, составляющих основу российского экспорта – положительной для них оказалась и девальвация российской валюты на 25%, которая сильно сократила издержки. Даже для нефтяных компаний год оказался не таким уж и плохим. Например, рублевая выручка «Роснефти» в третьем квартале на фоне восстановления цен на нефть выросла на 40%, а в долларовом выражении рост выручки крупнейшей нефтяной компании страны составил 35%.
Но самый впечатляющий рост из всех базовых товаров, по которым ведется официальная статистика, наблюдался в отечественном производстве компьютеров
– здесь по сравнению с прошлым годом отмечена 60-процентная динамика. Оценки отраслевыми аналитиками ситуации на этом рынке изобилуют формулировками в превосходной степени. По итогам второго квартала – основного карантинного периода в стране – исследовательская компания IDC зафиксировала рост продаж настольных и мобильных компьютеров более чем на 30%, что превзошло самые смелые ожидания экспертов.
Такой всплеск, конечно же, неудивителен, учитывая то, что тысячам компаний и миллионам людей пришлось «с колес» перестраиваться на онлайн-режим работы и в целом повседневной жизни. Долгосрочные эффекты этого еще предстоит оценить, но в целом понятно, что экономика получила такую «прививку» цифровизацией, которая будет определять направления ее развития на много лет вперед.
Торговля и финансы распробовали удаленку
Среди тех, кто наиболее быстро адаптировался к новым условиям, стал банковский сектор, отмечает Игорь Никулин, заместитель генерального директора по развитию бизнеса ИТ-компании КРОК. По его словам, финансовые организации во время коронакризиса ускорили процесс модернизации своих ИТ-систем и сервисов. Крупные банки, работа которых обычно жестко регламентирована, одними из первых смогли отказаться от бумажного документооборота, чтобы клиенты могли воспользоваться их услугами на удаленке и не посещать офисы. В этом им помог Центробанк, запустивший систему быстрых платежей, биометрию и пилотную платформу для видеообщения с клиентами, актуальную для работы с индивидуальными предприятиями и юридическими лицами.
Огромные новые резервы для роста в онлайн-сегменте обнаружила такая, казалось бы, совершенно традиционная отрасль, как розничная торговля. Уже по итогам первого полугодия доля электронной коммерции в общем обороте розницы составила почти 11%, а совокупный онлайн-оборот в 2020 году, по прогнозу Ассоциации компаний интернет-торговли, может составить 2,9 трлн рублей. Как показало исследование финтех-компании RBK.money и аналитиков Data Insight, за три месяца карантина в онлайн-магазины пришли около 10 млн клиентов, а в первом полугодии объем онлайн-продаж вырос на 52%, до 1,2 трлн рублей.
«Во время локдауна в апреле–июне покупатели и бизнес ушли в интернет: доставка еды, продуктов, одежды и обуви, техники, лекарств и других товаров вместе с социальной дистанцией сделали электронную коммерцию незаменимой.
А когда жесткие ограничения сняли, привычка покупать в Сети с доставкой осталась, то есть часть ежедневных покупок людей переместилась в интернет навсегда»,
– говорит генеральный директор RBK.money Денис Бурлаков.
Сейчас, отмечает он, идет вторая волна роста заявок компаний на подключение приема онлайн-платежей: бизнес понимает, что работа через удаленные каналы – это уже вопрос выживания. Причем речь идет не только о продуктах, еде и других товарах повседневного спроса – перестраиваться начали и крупный ретейл, и реальный сектор, и сфера услуг. «Владельцы даже небольших компаний, которым, возможно, раньше было удобно работать со своими клиентами в офлайне, перестроили свою картину мира, научились анализировать данные и на их основе развивать свои сервисы с прицелом на работу в интернете», – утверждает эксперт.
В начале локдауна онлайн-покупатели сталкивались с перебоями с исполнением заказов, нарушением сроков доставки, «зависанием» и даже недоступностью сайтов. Однако ретейлерам удалось быстро выйти из форс-мажорной ситуации. Сделать это позволило подключение дополнительных вычислительных мощностей и облачных сервисов. Например, за считанные часы из «облака» можно подключить даже кол-центр. Как следствие, добавляет Никулин, барьер для входа в сферу розницы резко упал.
В сегодняшней индустрии RetailTech – цифровых технологиях для торговли – уже «выстреливают» компьютерное зрение, дополненная реальность в паре с нейросетями, добавляет Алексей Рыбаков, генеральный директор компании Omega, международного разработчика мобильных и веб-приложений. Среди новых технологических решений в рознице он называет запуск касс самообслуживания в магазинах «Пятерочка», а также открытые зоны Take&Go в сети «Азбука Вкуса». Кроме того, по его словам, кризис подтолкнул многие компании к более активному использованию технологий виртуальной реальности – например, супермаркеты «Перекресток» решили масштабировать пилотный проект по обучению своих сотрудников с их помощью. Практически все бизнес-процессы в ретейле можно в разной степени автоматизировать, уверен эксперт.
Платформы будущего роста
О том, что повышение эффективности бизнес-процессов, в том числе благодаря цифровизации, может стать серьезным вкладом в ускорение роста российской экономики, говорилось давно. Пандемия, похоже, стала невольным экспериментом по проверке этой гипотезы. Сейчас все больше компаний реального сектора начинают внедрять в своей практике передовые ИТ-решения.
В 2020 году многие предприятия убедились в том, что цифровизация – это не веяние моды, а инструмент сохранения работоспособности в самых непредсказуемых, кризисных ситуациях, отмечает Никулин. Однако в целом российская промышленность оказалась подготовлена к нынешнему кризису в том числе потому, что тенденция к «оцифровке» в ней наметилась уже давно. После того, как цифровизация экономики в 2017 году была включена в перечень основных направлений стратегического развития страны до 2025 года, многие предприятия успели испытать пилотные технологии и решения на внушительном количестве бизнес-процессов, составить стратегии своего цифрового развития и начать их реализацию.
В качестве одного из примеров отраслей, которая уже ориентируется на цифровые решения и сервисы, эксперт приводит крупнейшие металлургические предприятия страны. Кстати, производство готовых металлических изделий в России за 11 месяцев выросло почти на 4%, а один из главных заказчиков металлургов – машиностроение – в некоторых сегментах также показывало уверенный рост. Например, производство пассажирских железнодорожных вагонов в январе–ноябре выросло почти на четверть.
В сервисном секторе российской экономики наиболее явные перспективы для быстрого роста на базе цифровизации наметились в здравоохранении и образовании. В медицинских услугах, отмечает Рыбаков, пандемия открыла такие новые возможности, как разработка сервисов электронной медкарты, трекинга (отслеживания) пациентов и параметров их здоровья, использование искусственного интеллекта в быстром и точном определении диагноза, онлайн-аналитика показателей здоровья, телеконсультации и т. д.
«Даже в такой области медицины, как патологическая анатомия, есть огромный запрос на телемедицину. Гаджеты стали настолько продвинутыми, что телемедицина имеет все шансы стать такой же массовой, как онлайн-покупки. Большой популярностью пользуются приложения для телемедицинских консультаций», – отмечает эксперт.
Кроме того, добавляет Рыбаков, активная цифровизация практически во всех отраслях запустила совершенно новый тренд – появление в «традиционных» компаниях собственных мощных ИТ-департаментов. По окончанию пандемии обязательной составляющей доминирования на своем рынке для любой компании станет ее превращение в технологического лидера в своей сфере. Эта тенденция влияет и на ускорение импортозамещения в цифровой продукции: в 2021 году, например, запланирован запуск первых сервисов цифровой экосистемы для повышения эффективности производства в рамках нацпроекта «Производительность труда».
На этом фоне государством предприняты действенные шаги по поддержке цифрового сектора – в 2020 году была снижена ставка налога на прибыль для ИТ-компаний с 20% до 3%, а также снижена ставка по страховым взносам с 14% до 7,6%.
Если же вернуться к общей картине мобилизации российской экономики в 2020 году, то, по мнению финансового консультанта Евгения Марченко, компании и отрасли, которые смогли воспользоваться кризисом, можно условно разделить на две группы.
Во-первых, это предприятия и сектора, спрос на продукты которых возрос, но после кризиса, вероятно, вернется к исходным объемам. Именно здесь оказываются производители защитных средств, некоторые продуктовые компании, онлайн-магазины и маркетплейсы. Также не стоит забывать об услугах клининга и производителях стройматериалов – многие в период карантина решили сделать ремонт и дезинфекцию офисов и квартир.
Во второй группе, полагает эксперт, перспективы дальнейшего устойчивого роста более стабильны – это компании, которые сумели поймать волну и новые настроения потребителей и полностью перестроить свой бизнес под изменившиеся условия. К ним можно отнести все виды онлайн-образования, а также компании, переведшие поиск клиентов в интернет – от бухгалтеров до пошива штор. Они, уверен аналитик, и после снятия всех ограничений останутся в Сети. Но в целом все, кто успел разглядеть потенциал в работе через интернет еще до 2020 года, во время коронавируса пожинали плоды своих инвестиций.