Формула гармонии: 190 лет Александру Бородину, композитору и химику

12 ноября исполняется 190 лет со дня рождения замечательного русского композитора и ученого Александра Бородина, автора одной из самых красивых и узнаваемых мелодий на свете – «Хора невольниц» («Улетай на крыльях ветра») из оперы «Князь Игорь». История Бородина – пример того, что человек порой сам не знает, в чем его подлинная сила. Не подозревая, что он войдет в историю прежде всего как композитор, а не ученый, Бородин объяснял Мусоргскому, Римскому-Корсакову и другим великим друзьям: «Для меня музыка – забава, а химия – дело».

Крепостной сын

Бородин родился в Санкт-Петербурге и первые годы жизни числился крепостным собственного отца. Он был незаконнорожденным сыном грузинского князя Луки Гедианова и русской мещанки Авдотьи Антоновой, дочери военного. Получается, что один из самых русских по духу и мелодике композиторов был по крови наполовину грузином, да еще древнего аристократического рода. В словаре Брокгауза и Ефрона о Бородине говорится: «Более горячего и деятельного поборника женского образования трудно было найти. Для него это было sancta sanctorum, ради защиты которого он готов был жертвовать всем. В истории развития высшего женского образования в России имя Бородина должно бесспорно занимать одно из первых мест».

Помимо прочего, ученый и композитор взял на себя и хлопотную роль казначея Общества пособия слушательницам Медицинских и Педагогических курсов. Наряду с известным астрономом Сергеем Глазенапом Бородин редактировал издававшийся в 1870-х научный журнал «Знание».

Немало сил уходило у ученого-композитора и на помощь студентам, подпавшим под политические репрессии, особенно когда после убийства императора Александра II началось закручивание гаек.

«Великанская сила и ширина»

Разменяв шестой десяток, Бородин время от времени жаловался на боли в области сердца, но не придавал им большого значения. 27 февраля 1887 года он устроил у себя дома костюмированную вечеринку по случаю масленицы. В разгар веселья профессор неожиданно потерял сознание. Ни присутствовавшие на вечеринке, ни прибежавшие на помощь из соседних квартир профессора-медики не смогли привести Бородина в чувство. Он умер от инфаркта. Жена пережила Александра Порфирьевича всего на четыре месяца.

Могила Александра Бородина на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры Владимир Вдовин/РИА Новости

«Князь Игорь» и Третья симфония Бородина остались недописанными. За оперу было особенно обидно, ведь друзья уже слышали многие великолепные ее фрагменты. Римский-Корсаков и Александр Глазунов, имевшие опыт работы с Бородиным и знавшие его концепции, взяли на себя труд дописать произведение, премьера которого с успехом состоялась в 1890-м в Мариинском театре.

Поздние исследования показали, что товарищи Бородина несколько исказили авторский замысел, в частности, изменив лирический характер оперы на эпический. Тем не менее «Князь Игорь» в редакции Глазунова и Римского-Корсакова стал одним из главных символов русской музыки в мире.

В 1909 году балетный фрагмент «Половецкие пляски» произвел фурор в Париже: Сергей Дягилев показал его во время своих «Русских сезонов» в постановке Михаила Фокина со сценографией Николая Рериха.

Удивительное дело, но именно «кабинетный ученый», профессор химии, а не какой-нибудь буйный «свободный художник» творил музыку, которая, по словам композитора и музыковеда Бориса Асафьева, «возбуждает ощущение силы, бодрости, света; в ней могучее дыхание, размах, ширь, простор; в ней гармоничное здоровое чувство жизни, радость от сознания, что живешь».

«Главные качества его – великанская сила и ширина, колоссальный размах, стремительность и порывистость, соединенная с изумительной страстностью, нежностью и красотой», – писал Владимир Стасов, ставший первым биографом композитора. Он же констатировал: «Бородин сочинил в количественном отношении немного, гораздо менее прочих своих товарищей, но произведения его, почти все без исключения, носят печать полного развития и глубокого совершенства. Слабых между ними нет».