Шведский полководец Якоб Понтуссон Делагарди сыграл заметную роль как в шведской, так и в российской истории начала XVII века. Он являлся не только крупным полководцем, но также дипломатом и фактическим правителем обширной территории, подконтрольной его войскам. И тем не менее, несмотря на это, его личность не является широко известной и по-прежнему остается в тени более знаменитых деятелей эпохи. Кем же был этот человек и какую роль сыграл в событиях Смутного времени, мы и расскажем.

Юность и поход в Россию в качестве союзника

Будущий полководец родился в 1583 году в семье Понтуса Делагарди, военачальника, участника Ливонской войны, а позже наместника Лифляндии и Эстляндии. Матерью Якоба была внебрачная дочь шведского короля Юхана III. Таким образом, Якоб Делагарди был внуком Юхана, племянником следующего короля Карла IX и сводным братом польского короля Сигизмунда III.

В 18 лет Делагарди поступил на службу в армию, принял участие в войне с поляками, но вскоре попал к ним в плен. В польском плену он провел четыре года. Все это время он содержался за собственный счет, поэтому на момент освобождения оказался по уши в долгах.

В 1605 году Делагарди поступил на службу к правителю Нидерландов Морицу Оранскому. Впоследствии, вернувшись в Швецию, он перенял голландскую тактику ведения боя и систему обучения войск. Эта система будет использована им и спустя несколько лет при обучении русских новобранцев.

В марте 1609 года Делагарди был назначен командующим 10-тысячным отрядом наемников, направившихся в Россию для помощи царю Василию Шуйскому, воевавшему против поляков и самозванца Лжедмитрия II. Собственно шведов в отряде Делагарди было не более половины, остальные – наемники из разных стран Европы: французы, немцы, англичане, шотландцы и другие.

Использование наемников имело свои как положительные, так и негативные стороны. К положительным – следует отнести то, что это были профессионалы военного дела, не нужно было тратить массу времени на их обучение. К негативным же – то, что главной их мотивацией участия в войне были деньги. И в случае отсутствия оплаты они могли либо уйти домой, либо приняться за грабеж местного населения, либо даже перейти на сторону врага, если бы он предложил больше.


Тогда же Делагарди познакомился и подружился с Михаилом Скопиным-Шуйским, который возглавил объединенные войска. У двух полководцев было много общего: оба состояли в родстве с правителями (Скопин-Шуйский – племянник Василия Шуйского), оба обладали полководческими способностями и были почти ровесниками (Делагарди было 26 лет, Скопину – 23 года).

В начале мая начался поход. Первое крупное столкновение с поляками произошло 17 июня у Торжка и закончилось легкой победой русско-шведских войск. Следующее сражение было у Твери 11–13 июля и стало уже гораздо ожесточеннее. В итоге ценой больших потерь Скопин и Делагарди все же заставили противника отступить, но вскоре после этого дала о себе знать новая проблема. Наемники, которым не платили уже больше месяца, отказались от продолжения похода и отступили в сторону Новгорода. Делагарди вынужден был последовать за ними, требуя продолжить поход. Со Скопиным остались лишь русские войска и 1 000 шведов под командованием К. Зомме.

Лишь в начале сентября, когда были найдены средства для уплаты жалованья, отступившие наемники вновь присоединились к армии Скопина.

19–24 октября состоялось генеральное сражение войск Скопина и Делагарди с главными силами поляков под командованием гетмана Рожинского на Каринском поле. Многочисленные атаки польских войск не увенчались успехом, и Рожинский, понеся потери, был вынужден отступить.

В скором времени Тушинский лагерь распался, Лжедмитрий II бежал в Калугу, поляки – под Смоленск, который осаждали войска короля Сигзмунда III. А войска Делагарди и Скопина-Шуйского 12 марта 1610 года торжественно вступили в Москву. 18 марта в честь Делагарди был дан торжественный обед самим царем.

Однако до победы в войне было еще далеко. В апреле Скопин-Шуйский был отравлен, вероятно, родственниками царя, опасавшимися, что он займет трон в обход их. Лишившись талантливого предводителя, войска были в подавленном настроении, а Делагарди больше не видел для себя смысла дальнейшего участия в этой войне.

24 июня русско-шведские войска потерпели сокрушительное поражение от поляков в Клушинской битве. Часть наемников, которым вновь задерживали выплату денег, перешла на сторону поляков, другая часть взбунтовалась и решила вернуться домой.

Противник

Делагарди, под контролем которого осталось лишь 400 солдат, тоже отступил на север. Тем временем московские бояре свергли неудачливого Василия Шуйского и признали новым царем польского королевича Владислава. Польская армия вступила в столицу. Для Делагарди это означало, что Московское государство теперь перешло на сторону поляков, врагов Швеции.

В 1611 году, собрав вновь свои полки и получив подкрепления, Делагарди взял штурмом Новгород и ряд крепостей в его окрестностях. С новгородскими боярами был заключен договор, согласно которому подтверждался союз против Польши, а новгородцы соглашались в будущем признать русским царем шведского принца Карла-Филиппа и не признавать провозглашенного московскими боярами польского королевича Владислава.

С этого времени Делагарди фактически стал правителем обширной территории. Поскольку управлять чужой страной – явно дело не из легких, Делагарди во всем опирался на новгородских бояр, воевод и чиновников, которые сохранили свои должности. Ряд русских дворян получили крупные земельные владения.

Остались прежними законы, традиции, система налогообложения, даже на чеканившихся монетах сохранялся портрет уже давно свергнутого Василия Шуйского.

Однако похода на занятую поляками Москву, под которой тогда стояли войска Первого ополчения, Делагарди так и не начал. Вероятно, причиной этого следует считать то, что у него было слишком мало войск для подобного похода. В связи с этим историк Н. М. Карамзин писал:


Шведский король Густав II Адольф медлил с посланием в Россию принца Карла-Филиппа. Между тем со временем управлять такой обширной территорией Якобу Делагарди становилось все труднее. Периодически в разных местах вспыхивали антишведские восстания. Так, в июне 1613 года был перебит шведский гарнизон Тихвинского монастыря, затем последовала его трехмесячная осада, окончившаяся безрезультатно.


В 1614 году поход на Новгород по приказу нового царя Михаила Романова предпринял Дмитрий Трубецкой, но его войска потерпели поражение от Делагарди под Бронницей. Лишь ценой больших потерь Трубецкой смог вырваться из окружения.

В следующем году король Густав Адольф предпринял попытку взять Псков, однако более чем двухмесячная осада города закончилась для шведов безрезультатно, жители города отбили все штурмы.

Сам Делагарди в это время убеждал своего короля начать мирные переговоры с новым московским правительством. Переговоры начались лишь в 1616 году, а окончательный мирный договор был подписан в деревне Столбово в феврале 1617 года. Согласно ему, шведы покидали Новгород и другие занятые ими города, но сохраняли за собой Ивангород, Орешек, Корелу, Ям и Копорье, то есть весь выход к Балтийскому морю.


После возвращения домой Делагарди сделал успешную карьеру. Он стал маршалом, членом Государственного совета, генерал-губернатором Лифляндии. После гибели в 1632 году Густава Адольфа Делагарди стал членом регентского совета при малолетней королеве Кристине и таким образом принял непосредственное участие в управлении страной.

Карьерные высоты ожидали и его сыновей: Магнуса, который был канцлером Швеции, и Акселя Юлиуса, ставшего генерал-губернатором Эстляндии.

Умер Якоб Делагарди в 1652 году в Стокгольме.