Больница виновата, а не врач?

В Краснодаре суд взыскал с Тихорецкой ЦРБ 3 млн рублей за смерть пациента 9 лет назад.

В 2013 году в стенах этого медицинского учреждения скончался 46-летний мужчина, которого привезли на «скорой». Несложная операция прошла успешно, но последующие события не поддаются пониманию с точки зрения здравого смысла.

Пациента с почечной коликой госпитализировали и успешно сделали операцию. Острый период миновал. Но пока мужчина еще находился под воздействием анестезии, он случайно, какими-то движениями, выдернул у себя дренаж. Потребовалась повторная операция, чтобы установить новый. Дренаж необходим, он облегчает отток сукровицы и крови в послеоперационном периоде.

Но в ходе повторного медицинского вмешательства произошла катастрофа. Врач-анестезиолог дала пациенту наркоз и уже приступила к интубации, но провела её неудачно. Ларингоскопом (медицинский прибор) пробила внутренние органы. Сразу свою ошибку врачи не заметили. Пациенту давали кислород, когда у него был поврежден, в том числе пищевод. Мужчину спасти не удалось… Казалось бы, простейшая десятиминутная операция, но закончилась она фатально.

Экспертизы по поводу качества оказания медицинской помощи провели еще на этапе следствия. Они подтвердили – да, причиной смерти стали ошибочные действия доктора. Но когда дело вот-вот должны были передать в суд – объявили амнистию. Врач избежала приговора.

Супруга погибшего не просто почернела от горя, она потеряла веру в справедливость. Её муж стоял на страже закона, а она после его смерти так и не смогла найти правду. Погибшего уже посмертно наградили 4-ой медалью «За усердие в службе». Её вручили дочери. По словам адвоката, девочка испытала не только гордость, но и одновременно боль утраты.

Добиться справедливости жена и дочь погибшего пытались самостоятельно в 2018 году. Они требовали в суде взыскать 400 000 рублей морального ущерба с Тихорецкой ЦРБ. Ведь за эту врачебную ошибку, никто не понес наказания. Похоже, даже выговора никому не сделали. Вы только вчитайтесь в эти строки из выдержки судебно-медицинской экспертизы: «выполнила неудачную попытку интубации пациента, в ходе которой…. повредила металлическим проводником интубационной трубки стенки пищевода. После проведения неудачной интубации врач провела масочную вентиляцию, однако причины трудной интубации не проанализировала, не пригласила врача-эндоскописта для проведения интубации с помощью фиброскопической техники, либо старшего и более опытного врача, а продолжила подготовку больного к проведению операции, при отсутствии у неё сведений о параметрах мониторинга показателей жизненно важных функций организма».

Дрожь по телу.

В конце 2021 года, практически спустя девять лет после смерти отца, дочь погибшего обратилась к адвокату. «Ей не давала покоя несправедливость. То, что никто не был наказан, – рассказывает медицинский юрист Сергей Броницкий. – Её интересовало можно ли вообще что-то сделать, ведь прошло столько лет? В уголовном деле, конечно, ничего абсолютно нельзя было сделать, но получить компенсацию – возможно».

Решение было вынесено Первомайским районным судом Краснодара 12 июля 2022 года. У ответчика еще есть 30 дней на обжалование. Деньги семья еще не получила.

Плюс иск о пожизненном содержании

В 2021 году мать пациента, умершего в результате врачебной ошибки, выиграла у больницы Нижнего Тагила иск о пожизненном содержании. Её взрослый сын на тренировке по хоккею получил травму. Мужчину доставили в «Городскую больницу №1 Нижнего Тагила». Хирург при проведении полосной операции допустил дефект оказания медицинской помощи, из-за этого у пациента произошла остановка сердца, повлекшая его смерть.

В суде женщина требовала не только компенсацию морального вреда, но и выплату по потере кормильца, так как достигла уже пенсионного возраста. По первому пункту суды Нижнего Тагила выносили положительное решение, а в установлении бессрочных выплат в счет компенсации вреда – отказывали. Точку поставил Верховный Суд РФ.

Суд пришел к выводу, что истица согласно ГК РФ вправе выбирать способ определения доли в заработке (доходе) своего умершего сына, которую она имела право получать при его жизни на свое содержание. А значит – «на больницу следует возложить обязанность выплачивать матери умершего пациента ежемесячные платежи в сумме 47 тысяч рублей с последующей индексацией пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в регионе спора». Сумму выплат суд определил исходя из среднемесячного дохода мужчины за год до его кончины.

Светлана Белодорожкина

“Версия”