Члены СНТ «Ветеран» подозревают председателя в разбазаривании общего имущества
Члены СНТ «Ветеран» подозревают председателя в разбазаривании общего имущества
В нашу редакцию писали и звонили люди, проживающие в садоводческом некоммерческом товариществе «Ветеран» в Геленджике. Суть обращений – их недовольство действиями правления товарищества и работой председателя. Они обвиняют руководство товарищества в злоупотреблении должностными полномочиями, разбазаривании общего имущества и прочих «шалостях», носящих административный, а то и уголовный характер.
- Я – член товарищества с 2003 года, а живу здесь с 2000-ного. На протяжении этих двадцати лет в «Ветеране» – поборы и злоупотребления, - рассказывает Елена Шалева. – Второй год нашим председателем является Анатолий Васильевич Карпов. В конце прошлого года прошло отчетно-перевыборное собрание. Люди хотели его сместить, но не смогли: вместо очных выборов было проведено очно-заочное голосование, а там неизвестно, насколько достоверными оказались его результаты. Келейно все решают. Основные документы СНТ никому не выдают, взглянуть бы на кадастровый план – что нашего еще осталось?
По словам собеседницы, в СНТ «Ветеран» - ни приличных дорог, ни детских площадок. Нам рассказывали, что руководство товарищества якобы «за копейки» продало зачем-то электросетевой комплекс и, видимо, придумало какие-то «свои» тарифы на электроэнергию, по которым люди платили годами. Точнее - с 2012 года в поселке стоял двухтарифный счетчик, а люди, вероятно, платили по однотарифному. Причем эта история - о переплатах за электроэнергию - упоминалась не единожды. Теперь многие любопытствуют – как бы вернуть разницу в цене за свет, скопившуюся годами Членские взносы непонятно почему привязаны к площади (54,88 рубля за «сотку» ежемесячно) того или иного садового участка, и, по словам рядовых членов СНТ, возможно, часть из них идет на зарплату председателя, а также расходуется им в личных целях.
- При этом за газ мы платим в «Горгаз», за электричество – поставщику электроэнергии, вода у каждого своя – из артезианской скважины, а канализации нет, - продолжает Шалева. - Общего имущества у товарищества не осталось. Нет инфрастуктуры, за которой надо наблюдать, которой надо управлять. И возникает вопрос – зачем нужны членские взносы? У меня лично получается чуть более трехсот рублей в месяц – не столько денег жалко, сколько не понятно – на что они идут? Ведь за содержание дорог, за вывоз мусора, за электричество платим отдельно. В прошлом, 2020-м, году появилась в поселке «ливневка» - но не у всех, а лишь у «некоторых».
Рассказывает Наиль Танжеков:
- Возникло подозрение в незаконном использовании денежных средств, которые сдают члены товарищества. Попросили председателя ознакомить с финансовыми документами – нам отказали. После это быстренько было проведено общее («подложное») собрание, и мы, в недавнем прошлом – члены правления, оказались «за бортом». Сейчас готовим исковое заявление в геленджикский суд...
Своими мыслями поделилась Надежда Сотскова:
- Федеральный Закон 217-й, статья 5 гласит: если нет имущества общего пользования, то соответственно нечем управлять, и отсюда – нет нужды платить членские взносы начальникам товарищества. Год назад нас, членов СНТ, принуждали вынести электросчетчики на границы участков. Чему многие были недовольны и воспротивились, но только трое из всего товарищества (а это 260 участков) отстояли свое право, дойдя до краевого министерства ТЭК и ЖКХ, до краевой прокуратуры. Правда, на это ушло восемь месяцев. Теперь будируем вопрос о самовольно придуманных, по всей видимости, председателем тарифов на электроэнергию, по которым люди платили семь лет. Будем добиваться возврата с помощью правоохранителей, возможно, незаконно присвоенных денежных средств!
Но председатель СНТ грозит неплательщикам взносов взыскать их в судебном порядке. Да еще и издержки придется погашать.
История далека от завершения: только-только готовятся обращения в суды, только-только получены первых ответы из прокуратур. Но если подытоживать, вырисовывается такая вот картина.
Попытки добиться справедливости тщетны, и есть предположение, что из-за позиции группы приближенных к начальству членов товарищества. Случайно или намеренно, но эти люди почему-то оказываются большинством в правлении и в ревизионной комиссии, именно их формулировки становятся решениями общих собраний СНТ. Да, председатели товарищества время от времени меняются, но ротация персоналий не меняет внутренней политики товарищества.
Когда правдолюбцы (даже не знаем, уместны ли здесь кавычки) обращаются за помощью во внешний мир – полицию, прокуратуру, администрацию Геленджика и прочее… - им отвечают в том смысле, что вы у себя разберитесь сами. Мол, есть общие собрания, есть голосования и протоколы – можете демократичными средства решить все проблемы.
На самом деле это - не проблема конкретного СНТ «Ветеран», который втиснут между геленджикским аэропортом и местным гольф-клубом. Совсем недавно мы рассказывали о СНТ «Мелиоратор» в Крымском районе, сотни обитателей которого уже два года совсем лишены электроэнергии. Мы полагаем, что практически в любом СНТ, где бы оно ни находилось – под Краснодаром, Армавиром, Ейском или Тихорецком… - есть кричащие проблемы, есть недовольные, есть обращения в суды или в местные администрации.
Все потому, что садоводческие товарищества – это рудимент, который не вписывается в нынешние времена. Когда они создавались, они действительно были сообществом садоводов. Тогда члены товарищества пользовались (!) выделенными участками, жили по принципам самоуправления. Потом времена изменились: огромное количество актов органов местного самоуправления подтверждало право граждан на приватизацию земельных участков садоводческих товариществ. Потом на территории СНТ официально разрешили прописку и постоянное проживание. Де факто, домики превратились в жилые помещения, а СНТ – просто в один из микрорайонов близлежащего населенного пункта. Если раньше участок менял хозяина только в результате голосования на общем собрании товарищества, то после узаконивания частной собственности продажа «садового» участка касалась только покупателя и продавца. Притом стоили они гораздо дешевле готового домовладения или участка под ИЖС.
Провести собрание, соблюдая букву закона, стало почти невозможно. Потому что членство СНТ, полномочия собрания, правления, председателя оказались расплывчаты, условны. Учёт и контроль имущества, финансовой дисциплины стали занятием на пару часов накануне собрания - формальностью.
Между «старыми» членами СНТ и «новыми» собственниками участков и недвижимости (которые не обязательно становились участниками СНТ) стали возникать скрытые и явные противоречия. Что оставалось общим имуществом СНТ? За что платить взносы, если за коммунальные услуги платежи идут конкретным поставщикам? Кто прорывается в правление или в председатели, как именно эти люди «правят»? Имеет ли «начальство» СНТ право продавать какие-то активы СНТ (электрические подстанции, земельные участки)? Наконец, как контролируют деятельность садоводческих товариществ органы местного самоуправления и органы государственной власти?
Смеем предположить, что на большую часть этих вопросов есть бесчисленное множество ответов – в зависимости, кто именно берется толковать. Очевидно, что проблема системная: огромное количество – тысячи и тысячи! - жителей Кубани обитают в СНТ, и всем им нужен понятный и единый административно-правовой статус: быть в рамках муниципального образования.
Понятно, что проблема – федерального уровня. Но очевидно, что и на уровне края – законодательной и исполнительной ветвей власти – есть поле для деятельности.