Подполковник, который не кланялся пулям: как Михаил Диасамидзе повлиял на исход битвы за Сталинград
В течение шести дней боев под Сталинградом полк Михаила Диасамидзе выдержал напор 30 пехотных и танковых атак группы армий «Дон» генерал-фельдмаршала Манштейна.
В июне 1942 года немцы прорвали оборону советских войск и вышли в Большую излучину Дона, взяли Воронеж, захватили Ростов-на-Дону. Форсировав Дон в его нижнем течении, двумя гигантскими клиньями устремились в сторону Кавказа и на Сталинград. Ситуация была близка к катастрофе.
Именно тогда из Приморья под Сталинград прибыла 87-я стрелковая дивизия, в состав которой входил 1378-й полк Михаила Диасамидзе.
После выгрузки на железнодорожной станции приморцев ждал форсированный марш к переднему краю по голой степи под непрерывными ударами вражеской авиации. Диасамидзе понял: колонны его полка, в которых кроме автомашин сотни орудийных повозок, станут просто легкой мишенью. Между тем небо уже закрыла черная туча фашистских бомбардировщиков и штурмовиков.
Первые секунды он с ужасом смотрел на эту надвигающуюся армаду. Но у Диасамидзе созрело необычное решение. Он дал команду разбежаться всем по степи, а после окончания бомбежки собраться в заранее условленном месте. Об этом эпизоде в программе «Легенды армии» вспоминает дочь Михаила Диасамидзе Маргарита Литвинова.
«Он нарушил устав и разрешил всем идти самостоятельно. А сверху-то летят самолеты. Он дошел до места и опоздал. Ему говорят: "Что, расстрел?" А он отвечает: "Расстреливайте. Зато у меня все живые!"».
Расстреливать его конечно же не стали. Из трех тысяч человек личного состава Диасамидзе потерял всего шесть человек ранеными, в то время как другие полки, шедшие колоннами, добрались изрядно поредевшими. Более того, уже в первых боях стало ясно: подчиненные подполковника хорошо подготовлены и ведут себя не хуже опытных, обстрелянных подразделений.
Боевое крещение 1378-й полк принял у хуторов Кузьмичи, Городище и Разгуляевка. Подполковника Диасамидзе видели на самых трудных участках обороны, и в контратаках он не кланялся пулям. Затем последовали тяжелые схватки у станции Котлубань и у станицы Большие Россошки. Позже вместе с другими соединениями 87-я стрелковая дивизия под беспрерывными обстрелами и бомбежками захватила и удерживала позиции на Мамаевом кургане - главной высоте страны.
В декабре 1942 года в окрестностях железнодорожной станции Ленинск 1378-й полк Михаила Диасамидзе шел по заснеженной, продуваемой морозными ветрами степи наперерез гитлеровской танковой армаде. Силы были явно неравны, но выбора у советского командования в тот момент просто не оказалось. Накануне фашисты бросили под Сталинград группу армий «Дон» во главе с генерал-фельдмаршалом Манштейном, чтобы деблокировать окруженную советскими войсками 330-тысячную группировку генерала Паулюса.
«Гитлер, спасая свою армию, направил для деблокады армию Манштейна с современнейшими тяжелыми танками. Он считал, что таким образом можно решить судьбу армии Паулюса», - рассказывает сын Маршала Советского Союза Александра Василевского Игорь Василевский.
Главный удар наносила группа генерала Гота. Она насчитывала больше 400 танков и штурмовых орудий. Манштейн нанес один удар по кратчайшему пути на Сталинград - в районе станицы Нижне-Чирской. Но он оказался отвлекающим. Однако советское командование разгадало хитрость слишком поздно. На деле группа армий «Дон» сконцентрировала свои силы на Котельниковском направлении и двигалась на северо-восток вдоль железной дороги Тихорецк - Сталинград. Соединение с группировкой Паулюса планировалось юго-западнее станции Тундутово.
Судьба Сталинграда повисла на волоске. Нужно было срочно любой ценой преградить путь танкам Манштейна. К месту вражеского прорыва в числе других войск была направлена 87-я стрелковая дивизия. Из места переформирования в городе Камышин дивизию по железной дороге перебросили на станцию Ленинск. Отсюда полки, перейдя Волгу, двинулись маршем. По дорогам им предстояло в сильные морозы пройти 250 километров. Но Диасамидзе принял решение идти напрямую, чтобы сократить расстояние.
Выйдя к поселку Верхне-Кумскому 14 декабря, части 4-го механизированного корпуса с северо-запада, а 1378-й стрелковый полк Михаила Диасамидзе и 55-й танковый полк Ази Асланова - с юго-востока охватили хутор и внезапно атаковали удерживавших его гитлеровцев.
Хутор был взят 15 декабря. Теперь предстояло превратить его в серьезный узел обороны и не допустить прорыва противника через Верхне-Кумский на север, к Сталинграду.
Утром 17 декабря 1942 года у поселка Верхне-Кумский показалась немецкая разведка на мотоциклах. Рассредоточившись, они двигались и по дороге, и по степи. Но вдруг один мотоцикл перевернулся, за ним - другой, третий. Гитлеровцы падали в снег без единого выстрела.
Оказалось, по приказу Диасамидзе советские разведчики на участках предполагаемого движения врага натянули стальную проволоку. Военная хитрость комполка сработала: те из фашистов, кто уцелел, ничего не понимая, умчались прочь. Разобраться, что за средства поражения применили русские, сколько их обороняет хутор, не удалось. Однако бой только начинался. Вслед за мотоциклами на поле боя двинулись танки. Их было больше 60.
Полку был придан артиллерийский дивизион 1058-го артполка - полтора десятка пушек. Диасамидзе приказал открыть огонь по головному танку и замыкающим, чтобы преградить пути отхода.
Подбитый головной танк перегородил путь другим машинам. Вскоре запылали еще две. Но к хутору продолжали подтягиваться колонны танков, за ними двигалась мотопехота.
В воздухе появились немецкие самолеты. Волны пикирующих бомбардировщиков накатывали одна за другой. Всего за время боев за хутор Верхне-Кумский немцы сбросили на позиции полка около 8 000 бомб.
А 18 декабря 1942 года наступил пятый день ожесточенных схваток у Верхне-Кумского. В полку знали: к ним на помощь спешит 2-я гвардейская армия Малиновского. Подполковнику Диасамидзе было ясно: любой ценой надо удержаться еще хотя бы сутки.
Полк занял круговую оборону, подбитые немецкие танки наши бойцы использовали как огневые точки. Подполковника Диасамидзе беспокоил участок на высоте 137,2, его обороняли остатки батальона под командованием старшего лейтенанта Наумова - 24 человека. Оставив за себя на командном пункте начальника штаба полка, он перебежками добрался до батальона и передал свой последний резерв - взвод противотанковых ружей.
Вскоре высоту атаковали 80 танков. 18 из них советские бойцы сумели уничтожить. Все погибли, не сдав своей позиции. К исходу дня ударом танкового полка Асланова прорвавшийся враг был отброшен.
Во второй половине дня того же числа на имя подполковников Диасамидзе и Асланова поступила телеграмма Верховного главнокомандующего:
«Горжусь вашей упорной борьбой. Ни шагу назад! Отличившихся бойцов и командиров представить к правительственным наградам. Сталин».
Это был единственный случай, когда телеграмма из Ставки адресовалась непосредственно командирам полков во время боя.
Тем временем напряжение схваток у Верхне-Кумского возрастало. Гитлеровцы, не считаясь с потерями, вводили в бой новые силы. Атаки следовали одна за другой. 1378-й стрелковый полк уничтожил больше 40 немецких танков, 26 бронемашин, около 100 грузовиков и до двух батальонов пехоты. Отражать бешеный натиск врага приходилось и лично командиру: когда к командному пункту прорвался немецкий танк, Михаил Диасамидзе подбил его гранатой. Один из его помощников был ранен, второй убит. Сам Диасамидзе тоже получил ранения. Но и тогда он не покинул поле боя. Немецкие танки надвигались прямо на командный пункт, и тогда Михаил Диасамидзе вызвал огонь артиллерии на себя. Он чудом остался жив. Атаку удалось отбить. Она была последней, затем бой был окончен.
Ранения Диасамидзе были настолько тяжелы, что поначалу врачи заявили: подполковник не выживет. Правую ногу, на которой уже начиналась гангрена, должны были ампутировать, но хирург полевого госпиталя, который хорошо знал Диасамидзе, сделал невозможное и сумел ее сохранить. Михаила Степановича направили сначала в госпиталь в Красноармейск, а потом на излечение в Саратов.
В 1945 году, будучи заместителем командира 342-й стрелковой дивизии (2-го формирования) 87-го стрелкового корпуса, он принимал участие в Маньчжурской стратегической наступательной операции, затем - в десантной операции на Южном Сахалине. После войны Михаил Диасамидзе продолжил службу в Советской армии.
В мае 1973 года, накануне празднования Дня Победы, Михаил Диасамидзе, как-то неловко повернулся и почувствовал странную боль на месте старой раны в плече. Родные настояли на обследовании. Рентген показал наличие постороннего предмета. 9 мая врачи извлекли немецкую пулю из его плеча. Старый солдат проходил с ней 30 лет. Михаил Диасамидзе прожил еще долго. Он ушел из жизни 3 июня 1992 года.
Лина Давыдова и Игорь Свеженцев