Глава Центра изучения ЮВА – о том, что для России значит саммит АСЕАН
«Мы видим, что на Западе стараются воспользоваться нашими богатствами, а на Востоке готовы сотрудничать»
– Дмитрий Валентинович, в чем практическая выгода для России в сотрудничестве со странами АСЕАН сейчас?
– Практическая выгода очевидна. Это и политическое сотрудничество, поддержка нашей позиции, наших инициатив в международных организациях, на международной арене.
Это и большая экономическая выгода – подготовка и проведение разного рода экономических проектов и создание совместных предприятий в самых разных сферах. Мы видим сейчас движение в этом направлении. Это и атомная станция во Вьетнаме, и строительство модульных малых атомных станций в Мьянме, и предложение участвовать в развитии инфраструктуры в Индонезии, и большие перспективы для развития отношений с Малайзией.
Но самое важное – это подтверждение справедливости и правильности поворота на Восток. Мы видим, что на Западе – враги, которые стараются воспользоваться нашими богатствами, а на Востоке готовы сотрудничать, разговаривать, вступать в разнообразные политические, экономические, культурные связи. Страны Востока совершенно по-другому к нам относятся, и у нас открываются совершенно другие перспективы в отношениях с ними. И прошедший в Казани саммит продемонстрировал, что наше сотрудничество со странами АСЕАН развивается и в политической, и в экономической сфере, и в сфере безопасности России.
– Сильна ли оглядка у стран АСЕАН на крупных мировых игроков, действующих в регионе, – Китай и США? Создает ли это трудности для их сотрудничества с нашей страной?
– Вы затронули очень важную тему. Если говорить об отношении стран АСЕАН к Китаю, то мы не выступаем здесь как соперники, потому что товарооборот Китая с этими странами – около 1 трлн долларов. У нас одни сферы, у китайцев – другие.
А вот что касается Соединенных Штатов, то здесь огромная проблема. США и Запад проводят последовательную политику противостояния развитию наших отношений с этими странами. Причем противостояние прямое, не косвенное – не всякие интриги за спиной. Например, у России было соглашение с Индонезией на поставку истребителей Су-35, так американцы выступили с ультиматумом индонезийскому правительству и потребовали отказаться от этой сделки в пользу своих F-15. То же самое было с Филиппинами, когда там хотели купить наши вертолеты Ка-52.
Страны АСЕАН экономически очень завязаны на Соединенные Штаты, они чувствуют зависимость, и в первую очередь – от вторичных санкций. Это осложняет наши отношения. Если бы не было угрозы вторичных санкций, товарооборот был бы намного больше, чем те 22–23 млрд долларов, которые мы имеем сегодня. Встреча в Казани имеет важное значение: нужно не просто убедить страны АСЕАН в том, что не надо этого бояться, но и сделать практические шаги к переводу нашего сотрудничества на национальные валюты. Это снизит угрозу санкций и вмешательства Запада в наши отношения. Думаю, здесь было достаточно серьезное продвижение.
Дмитрий Мосяков: «Страны АСЕАН экономически очень завязаны на Соединенные Штаты, они чувствуют зависимость, и в первую очередь – от вторичных санкций. Это осложняет наши отношения»
Фото: © Владимир Трефилов / РИА Новости
«Когда закрылся Ормузский пролив, страны АСЕАН оказались в отчаянной ситуации»
– Могут ли страны АСЕАН перейти к более активной и долгосрочной закупке энергоресурсов у России? Если да, то с какой из них это наиболее вероятно?
– Первое, конечно, Индонезия. До этого вся АСЕАН была ориентирована на нефть с Ближнего Востока, и нам было сложно конкурировать. Плюс вторичные санкции, о которых я уже сказал, – они опасались, что сегодня они купят у России нефть, а завтра им скажут: вот эти товары вы не будете поставлять [на рынки западных стран], либо будете по каким-то ужасным тарифам.
Но теперь стало понятно, что складывать все яйца в одну корзину и рассчитывать только на ближневосточную нефть с учетом неопределенности ситуации не стоит. Даже несмотря на то, что открылся Ормузский пролив и поток нефти с Ближнего Востока восстанавливается, опыт уже есть. Филиппины, Индонезия, Вьетнам теперь в любом случае будут сохранять определенные энергетические контакты с нами. Какую-то часть нефти и газа они будут покупать у нас, даже при том, что восстановился Ближний Восток, потому что это гарантирует их безопасность. Когда закрылся Ормузский пролив, они оказались в совершенно отчаянной ситуации. Тогда к нам приезжали и индонезийцы, и даже филиппинцы, которые считаются главными союзниками американцев. Они купили у нас нефть, потому что по-другому было физически невозможно.
Этот опыт очень важен. Мы выступаем здесь как надежный стабильный источник энергоресурсов.
– Какие из стран АСЕАН более расположены к сотрудничеству с Россией?
– Наш традиционный союзник – Вьетнам. Согласно опросам, 73 процента вьетнамцев считают Россию очень дружественной и близкой страной. Мы видим это и по росту туризма во Вьетнам. Это политический союзник и экономически важный партнер. Огромная диаспора людей, которые учились у нас в стране, в том числе и в Казани, сохранила самые позитивные воспоминания.
Безусловно, очень хорошие отношения у нас с Индонезией – одной из ключевых стран Юго-Восточной Азии, крупнейшей в регионе. Президент Индонезии дважды приезжал в нашу страну, на саммит в Казани приезжал министр иностранных дел. Товарооборот между нами растет, и Индонезия предложила нашим компаниям принять участие в инфраструктурных проектах на Бали, Суматре, Сулавеси, Калимантане. Это очень большая перспектива.
Малайзия: вы сами видели, премьер-министр этой страны – друг нашего Президента, у них хорошие личные отношения. Малайзия тоже выступает как наш союзник.
Мьянма – там сложная проблема: гражданская война, военный режим. Тем не менее перспективы есть.
Также хорошо к нам относится Лаос. Многие из руководства этой страны учились в Советском Союзе, многие говорят по-русски. Вы видели, с какой теплотой прошла встреча их делегации с нашей? Все это формирует положительный фон, в рамках которого прошел этот саммит.
«Наш традиционный союзник – Вьетнам. Согласно опросам, 73 процента вьетнамцев считают Россию очень дружественной и близкой страной»
Фото: rais.tatarstan.ru
«Прорабатывается идея зоны свободной торговли Россия – АСЕАН»
– Комплексный план действий по стратегическому партнерству России и стран АСЕАН до 2030 года пока не опубликован. Как вы думаете, что занимает центральное место в этом документе?
– Главное – развитие отношений и проработка идеи создания зоны свободной торговли Россия – АСЕАН. У нас уже есть зона свободной торговли с Сингапуром, есть с Вьетнамом, есть и другие наработки. Мы с АСЕАН имеем очень тесные политические отношения, на многие вещи смотрим одинаково, у нас общее понимание, что происходит в мире и что нужно делать.
Главная задача – превратить это общее понимание и дружественные отношения в мощный экономический фундамент. Нужны крупные проекты, взаимное участие, развитие малого и среднего бизнеса. Плюс инновации – страны Юго-Восточной Азии производят сегодня не только текстиль и агропромышленную продукцию, но и чипы, коммуникационное оборудование. «Дорожная карта» должна шаг за шагом расширять экономические связи и создать фундамент для роста товарооборота до 50 млрд долларов, то есть удвоить то, что есть сегодня.
– Какая российская сельхозпродукция может быть востребована в странах АСЕАН?
– В первую очередь – удобрения, если говорить об агропромышленном комплексе в целом. Во-вторых – зерновые, пшеница, которая у них в дефиците. Кроме того, мы поставляем туда свинину, баранину. Но нужно понимать, что это не очень большие объемы. К слову, как раз они поставляют нам больше – это тропические культуры, морепродукты и прочее.
Но сельское хозяйство здесь не ключевое направление. Наш экспорт сельхозпродукции в большей степени идет в Египет и Турцию. Основное сотрудничество с АСЕАН – энергетика, здесь работают «Росатом» и наши нефтедобывающие компании. Кстати, единственная иностранная компания, которой разрешили работать на территории России, – вьетнамская, она работает в Сибири. Это было частью соглашения: мы работаем на вьетнамском шельфе, они – в Западной Сибири.
«Казань – один из крупнейших городов России. Важно, чтобы страны Юго-Восточной Азии увидели, что Россия многообразна»
Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»
«Почему площадкой саммита стала Казань? Важно, чтобы страны ЮВА увидели, что Россия многообразна»
– Татарстан традиционно воспринимается как регион, через который осуществляются связи РФ с исламским миром. Среди стран АСЕАН мусульманские страны есть, но они не в большинстве. Почему, по-вашему, площадкой саммита была все-таки выбрана Казань?
– Казань – один из крупнейших городов России. Это современный, промышленно и культурно развитый город. И самое главное – он в наибольшей степени исторически связан с Востоком.
Важно, чтобы страны Юго-Восточной Азии увидели, что Россия многообразна. Есть западные районы, есть районы, которые традиционно тяготеют к Востоку. Россия – как двуглавый орел, смотрит и на Восток, и на Запад. И это совсем не отменяет многообразия единства.
Страны АСЕАН – это конгломерат разных религий: христианские Филиппины, буддисты разных школ, мусульмане в Малайзии и Индонезии, индуисты. И это не мешает им уважать друг друга и вместе строить будущее. Это очень важный пример. И мы показываем, что у нас то же самое – и христиане, и буддисты, и мусульмане – все движутся к общей цели процветания России. Казань – реперная точка, где сходится это многообразие и где особенно ясно видна общая устремленность к позитивному будущему.
– Что интересного вы подметили в работе этого саммита?
– В первую очередь – атмосфера. Очень дружелюбная, полная доверия и симпатии. Все прекрасно организовано. Это был действительно форум друзей. Это было видно по тому, как Президент России встречал глав делегаций, по общей атмосфере. Когда есть атмосфера взаимной симпатии и доверия, важные вопросы решаются намного проще.
Фото на анонсе: © Владимир Васильев / «Татар-информ»