Казань в императорском маршруте
0
53
Татарстан хотят включить в так называемый туристический императорский маршрут (национальный историко-культурный туристический проект "Императорский маршрут" в настоящее время реализуется в 22 регионах России). Формально проект "императорский маршрут" призван сохранить историческую память о 300-летнем правлении дома Романовых. Это не просто туристический проект. Политолог Руслан Айсин объясняет, какая идеология лежит в основе этого проекта.
Монархизм у нас в почете. Особенно с приходом Владимира Путина во власть. Имперскость, клерикализм, чинопочитание стали главными скрепами режима. Та самая грань между светским государством и церковью стала прозрачной, невидимой. Духовные иерархи слились в общем катарсисе с иерархами мирской власти.
Все это уже было в истории. Французская монархия в XVI веке с её "un roi, une foi, une loi" ("один король, одна вера, один закон"), уваровская триада, специально сочиненная для династии Романовых "православие, самодержавие, народность". Где сейчас политическое наследие всего этого? Правильно. На задворках истории. Но Россия слишком очарована прошлым насилием над собой, и отчаянно хочет наступать на одни и те же грабли.
Россия в политическом и идеологическом смыслах имеет массу схожих черт с Испанией времён Франко. Такая же претензия на "универсальную вселенскую монархию", впервые описанную ещё прославленным поэтом Данте Алигьери и амбиции быть оплотом консервативного мира, как испанская империя в XVI–XIX веках. Путин как эрзац-император, дворцы, стенания Поклонской и Михалкова о монархии, повсеместное восстановление регалий и символов царской России…
Испанский ответ миру прогресса и демократии был дан мыслителем Доносо Кортесом, сформулировавшим концепцию опоры на диктат католической веры и сословное иерархическое общество. Он считал европейский Модерн проявлением величайшего упадка и призывал к борьбе с ним с позиций консервативных ценностей. В нашем случае крики о загнивающем Западе и духовных скрепах.
А видный испанский философ Ортега-и-Гассет называл курс на прогресс и общественное развитие "восстанием масс", считая эгалитаризм (равенство) и демократию символами упадка и деградации. Также он призывал создать "новую аристократию".
Российские элиты также озабочены идеей "нового дворянства", касты избранных. Оно выражено в намерении передать власть своим детям и внукам. А говорящая голова президента Путина Дмитрий Песков и вовсе прямо заявил: "Мы хотим восстановить Россию времен Николая II, это наш идеал". При последнем императоре России была позорно проиграна война Японии, произошло две революции, проигрыш в войне, коллапс державы, а вся семья монарха в итоге расстреляна. Что идеального в правлении Николая II увидел Песков так и осталось загадкой.
Кремль бы конечно рад (вос)создать нечто вроде "универсальной монархии" Данте Алигьери, писавшего, что один единственный правитель, которому должно быть подчинены все, так как он, первый князь, ближе всего и угоден всего Господу. Отсюда проистекают путинские рассуждения о том, что "…мы как мученики попадем в рай, а они [агрессор] просто сдохнут, потому что даже раскаяться не успеют".
Из этих идеологических рассуждений ясны потуги и желание протянуть историческую связь к дореволюционной эпохе. Императорский маршрут — один из звеньев этого проекта. Втягивание Татарстана в этот "маршрут" примечательно. Татары, а с ними башкиры, марийцы, мордва, чуваши, удмурты — народы Поволжья и Урала — не раз и не два поднимали восстания против династии Романовых, а до этого сопротивлялись агрессии Ивана Грозного. Так что для этих народов чужеродная германская правящая грибница не такая уж и "благостная".
Сильная волна насильственной христианизации пришлась на период Петра I. При Екатерине II притеснение национальных, религиозных прав достигло пиковых значений, что вылилось в широкое народное восстание Емельяна Пугачева. Поволжье было охвачено революцией. Его чествовали как спасителя и освободителя. Посему императрица вынуждена была пойти на попятную и дать ограниченные права мусульманам, разрешить организацию исламского духовного управления (под контролем властей, естественно) и строительство мечетей. Она прогнулась под обстоятельства силы, а не действовала сообразно стратегии "эпохи Просвещения", как нас тут убеждают.
Народные массы всегда где-то на внутреннем глубинном уровне не принимали эту династию. По сути иноземную, иноверную, непонимающую эту страну, ее нравы и исходный культурный код. Именно страну, не государство. Ибо государство имеет и имело отличие от пространства простолюдинного.
И конечно, до сих пор поражает тот факт, что Татарстан никак не может увековечить свое историческое бытие времен Золотой Орды и Казанского ханства. Нет ни одной монументальной или письменной памятки в виде названия улиц или указателей об основателях этих крупнейших держав позднего Средневековья. Словно провал, словно целый исторический пласт сгинул в пустом отвале природы.
Была Волжская Булгария, и бац! — династия Романовых, окропляющая своим благодеянием эти места, на земле которой нет-нет да и просачивается кровь убиенных местных жителей. Церемониальная роскошь вперемежку с трагедией и жертвами…
Будто бы Московия, а вслед за ней и Российская империя не состоялись и не собрались по контурам золотордынским и татарских ханств. Будто бы история упавшими крошками группируется вокруг Москвы, а остального якобы и не было. А если и было — то непременно являлось вражеским игом и гнетом, от которого героически надо было освобождаться. И выводы величайшего Льва Гумилева о России как о суперэтносе, соединившей два могучих начала: тюркско-исламское и православно-славянское совсем в расчет не принимаются. Но гений его признается на самом высоком уровне, когда надо замолвить о евразийстве. Кстати, Лев Николаевич называл себя "последним евразийцем".
Какие-то кровавые маршруты получаются у официоза, который живет в своем изнеженном собственным всемогуществом мире. А народам приходится на это разочарованно взирать. Но ложь на большой исторической дистанции всегда проигрывает. Как это случилось с той же династией Романовых. Былого не вернуть. Даже такими вот маршрутами и сладкими словесами об "идеальном прошлом крепостничества", в которое надо непременно вернуться.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не отражает позицию редакции.
❌Если ваш провайдер заблокировал наш сайт, скачайте приложение RFE/RL на свой телефон или планшет (Android здесь,iOS здесь) и, выбрав в нём русский язык, выберите Idel.Реалии. Тогда мы всегда будем доступны!
❗️А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.
Монархизм у нас в почете. Особенно с приходом Владимира Путина во власть. Имперскость, клерикализм, чинопочитание стали главными скрепами режима. Та самая грань между светским государством и церковью стала прозрачной, невидимой. Духовные иерархи слились в общем катарсисе с иерархами мирской власти.
Все это уже было в истории. Французская монархия в XVI веке с её "un roi, une foi, une loi" ("один король, одна вера, один закон"), уваровская триада, специально сочиненная для династии Романовых "православие, самодержавие, народность". Где сейчас политическое наследие всего этого? Правильно. На задворках истории. Но Россия слишком очарована прошлым насилием над собой, и отчаянно хочет наступать на одни и те же грабли.
Россия в политическом и идеологическом смыслах имеет массу схожих черт с Испанией времён Франко. Такая же претензия на "универсальную вселенскую монархию", впервые описанную ещё прославленным поэтом Данте Алигьери и амбиции быть оплотом консервативного мира, как испанская империя в XVI–XIX веках. Путин как эрзац-император, дворцы, стенания Поклонской и Михалкова о монархии, повсеместное восстановление регалий и символов царской России…
Испанский ответ миру прогресса и демократии был дан мыслителем Доносо Кортесом, сформулировавшим концепцию опоры на диктат католической веры и сословное иерархическое общество. Он считал европейский Модерн проявлением величайшего упадка и призывал к борьбе с ним с позиций консервативных ценностей. В нашем случае крики о загнивающем Западе и духовных скрепах.
А видный испанский философ Ортега-и-Гассет называл курс на прогресс и общественное развитие "восстанием масс", считая эгалитаризм (равенство) и демократию символами упадка и деградации. Также он призывал создать "новую аристократию".
Российские элиты также озабочены идеей "нового дворянства", касты избранных. Оно выражено в намерении передать власть своим детям и внукам. А говорящая голова президента Путина Дмитрий Песков и вовсе прямо заявил: "Мы хотим восстановить Россию времен Николая II, это наш идеал". При последнем императоре России была позорно проиграна война Японии, произошло две революции, проигрыш в войне, коллапс державы, а вся семья монарха в итоге расстреляна. Что идеального в правлении Николая II увидел Песков так и осталось загадкой.
Кремль бы конечно рад (вос)создать нечто вроде "универсальной монархии" Данте Алигьери, писавшего, что один единственный правитель, которому должно быть подчинены все, так как он, первый князь, ближе всего и угоден всего Господу. Отсюда проистекают путинские рассуждения о том, что "…мы как мученики попадем в рай, а они [агрессор] просто сдохнут, потому что даже раскаяться не успеют".
Из этих идеологических рассуждений ясны потуги и желание протянуть историческую связь к дореволюционной эпохе. Императорский маршрут — один из звеньев этого проекта. Втягивание Татарстана в этот "маршрут" примечательно. Татары, а с ними башкиры, марийцы, мордва, чуваши, удмурты — народы Поволжья и Урала — не раз и не два поднимали восстания против династии Романовых, а до этого сопротивлялись агрессии Ивана Грозного. Так что для этих народов чужеродная германская правящая грибница не такая уж и "благостная".
Сильная волна насильственной христианизации пришлась на период Петра I. При Екатерине II притеснение национальных, религиозных прав достигло пиковых значений, что вылилось в широкое народное восстание Емельяна Пугачева. Поволжье было охвачено революцией. Его чествовали как спасителя и освободителя. Посему императрица вынуждена была пойти на попятную и дать ограниченные права мусульманам, разрешить организацию исламского духовного управления (под контролем властей, естественно) и строительство мечетей. Она прогнулась под обстоятельства силы, а не действовала сообразно стратегии "эпохи Просвещения", как нас тут убеждают.
Народные массы всегда где-то на внутреннем глубинном уровне не принимали эту династию. По сути иноземную, иноверную, непонимающую эту страну, ее нравы и исходный культурный код. Именно страну, не государство. Ибо государство имеет и имело отличие от пространства простолюдинного.
И конечно, до сих пор поражает тот факт, что Татарстан никак не может увековечить свое историческое бытие времен Золотой Орды и Казанского ханства. Нет ни одной монументальной или письменной памятки в виде названия улиц или указателей об основателях этих крупнейших держав позднего Средневековья. Словно провал, словно целый исторический пласт сгинул в пустом отвале природы.
Была Волжская Булгария, и бац! — династия Романовых, окропляющая своим благодеянием эти места, на земле которой нет-нет да и просачивается кровь убиенных местных жителей. Церемониальная роскошь вперемежку с трагедией и жертвами…
Будто бы Московия, а вслед за ней и Российская империя не состоялись и не собрались по контурам золотордынским и татарских ханств. Будто бы история упавшими крошками группируется вокруг Москвы, а остального якобы и не было. А если и было — то непременно являлось вражеским игом и гнетом, от которого героически надо было освобождаться. И выводы величайшего Льва Гумилева о России как о суперэтносе, соединившей два могучих начала: тюркско-исламское и православно-славянское совсем в расчет не принимаются. Но гений его признается на самом высоком уровне, когда надо замолвить о евразийстве. Кстати, Лев Николаевич называл себя "последним евразийцем".
Какие-то кровавые маршруты получаются у официоза, который живет в своем изнеженном собственным всемогуществом мире. А народам приходится на это разочарованно взирать. Но ложь на большой исторической дистанции всегда проигрывает. Как это случилось с той же династией Романовых. Былого не вернуть. Даже такими вот маршрутами и сладкими словесами об "идеальном прошлом крепостничества", в которое надо непременно вернуться.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не отражает позицию редакции.
❌Если ваш провайдер заблокировал наш сайт, скачайте приложение RFE/RL на свой телефон или планшет (Android здесь,iOS здесь) и, выбрав в нём русский язык, выберите Idel.Реалии. Тогда мы всегда будем доступны!
❗️А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.