Штефан Дюрр не хочет верить в рейдерский захват “ЭкоНивы” 

Игорь Абакумов: Штефан, как агрохолдинг закончил прошлый год? 

Штефан Дюрр: Прошлый год закончили хорошо. Произвели 920 000 тонн молока. В четвертом квартале хорошо выросли, растениеводческая продукция тоже дала прибыль. По всей стране цены были неплохие на нее. Мы же любим жаловаться как крестьяне. Я думаю, что на прошлый год грех жаловаться. По молоку, конечно, хотелось бы, чтобы чуть получше были цены. Они немножко только поднялись. В этом году хорошо начали: доим 29 кг на одну фуражную корову, 32 кг – на дойную. Оптимизм есть! 

И.А.: Штефан, обрисуйте общий портрет агрохолдинга… 

Ш.Д.: Общая площадь у нас 630 000 га, работаем в 12 регионах, в разных кластерах. Если начинать с дальних, то это Новосибирская область и Алтайский край. Там примерно 100 000 га. Небольшое хозяйство в Тюменской области. Хорошее большое хозяйство с общим объемом примерно 100 000 га – это Самарская, Оренбургская области, Башкирия и Татарстан в одном куске. Хорошее хозяйство примерно 100 000 – это Рязанская область, около 60 000 га – это Калуга, 15 000 га – это Московская область, небольшое хозяйство 3000 га – это Ленинградская область, очень хорошее семеноводческое хозяйство – это Курская область. Наша колыбель, наш флагман, наше сердце – это Воронежская область, где немного больше 150 000 га. 

И.А.: А сколько людей у вас работает? 

Ш.Д.: Примерно 13 000 человек. Это, в первую очередь, местные люди. У нас всегда была такая политика: по минимуму привлекать гастарбайтеров. Иногда, может быть, и проще было бы работать с гастарбайтерами. Так как наши коллеги в Америке работают с мексиканцами. Но для меня принципиальный вопрос: по максимуму работать с местными людьми, потому что это общество, которое живет на селе, это их семьи, им надо давать нормальный доход. Да, иногда приходится мучиться, потому что у каждого своя специфика: у кого-то домашняя работа есть, ребенка из школы забрать, другие бытовые вопросы. Конечно, у гастарбайтеров такого нет. Они работают и работают. Но для нас важно, чтобы у нас работали местные люди. Если я говорю 13 000 – это, в первую очередь, люди, которые работают на полях, на фермах. Но это также офисные работники, строители, специалистов много, а также люди, которые работают в переработке.  

И.А.: Несколько месяцев назад мы с вам делали уже интервью. Речь шла о том, что в печати появились сообщения о том, что у вас резко ухудшились финансовые показатели. Насколько это справедливо, насколько это правильно, и в чем здесь подвох? 

Ш.Д.: Я еще тогда подтвердил, что у нас финансовые показатели гораздо улучшились, а не ухудшились. По предварительной отчетности МСФО они достаточно хорошие. Около 16 млрд рублей EBIDA, которая гораздо выше чем годом раньше. Почему такая плохая пресса и откуда ноги растут – мне сложно гадать, это не моя профессия об этом думать. Хотя, конечно, обидно: дела пошли хорошо, а кто-то начинает гадить. На что часто давят, что у нас высокие долги. Да, у нас высокая долговая нагрузка. Но это, по-моему, нормально. Когда много и быстро строишь, когда много площадей идут под корма (у нас больше половины площадей идут под кормление коров). Одно дело посеял подсолнечник, убрал и деньги на месте. Или посеял люцерну, кукурузу на силос, убрал, положил в силосную траншею, на сенаж и потом кормишь молодняк, коров – это другая нагруженность: всего-то нужны трактор, сеялки, опрыскиватели. Другое дело оснащение ферм: требуются огромнейшие инвестиции на животноводческие комплексы. И сейчас то, что мы строили  в 2018-2019 годах — дает молоко. Если год назад в это же время доили 2 400 тонн молока в сутки, то на сегодня доим 3 200 тонн молока в сутки. Рост приличный.  

И.А.: Вся эта ситуация очень странная. Я готовился к интервью и обратил внимание, что 20 октября прошлого года была встреча председателя РСХБ Бориса Листова с Президентом России Владимиром Путиным. Речь, как раз, шла о том, как хорошо развивается «ЭкоНива». Хвалили вас, говорили, что вы – очень успешный проект. А через пять месяцев началась атака в печати, что у вас плохие финансовые показатели, что сокращается инвестиционная активность.  Я посмотрел. Инвестиционная активность сокращается. В Новосибирске вы остановили проект, в Московской области. Так ли это? С чем это связано и что за этим стоит? 

Ш.Д.: Действительно Борис Павлович Листов хвалил меня перед Президентом, я очень гордился, что меня назвали как лучший пример. Это большая-большая гордость, что и Президент подтвердил.   Однако, надо признаваться, что РСХБ прекратил нам инвестиционное финансирование в декабре прошлого года двух животноводческих комплексов в Татарстане и Москве, и что очень плохо, что наш, очень хорошо продуманный, эффективно спланированный  завод по переработке молока на сыр и сухую сыворотку в Новосибирске тоже приостановлен.  

Мы выбрали место в Маслянинском районе, чтобы и рабочие места были в селе, люди там есть, хорошие сыровары, мы с ним сейчас уже работаем на нашем маленьком заводе. Экспортный потенциал большой. И молоко у нас там не только вкусное и очень хорошего качества, а еще с достаточно хорошей себестоимостью. Мы с таким сыром, и с такой сывороткой были бы вполне конкурентоспособными. Почему это остановили – до сих пор для меня загадка. Банк говорит, будем думать. Я не думаю, что плохая пресса связана с РСХБ. Не хочется думать.  

И.А.: Сначала – отличная оценка у Президента, потом нападки в прессе, потом – прекращение финансирования РСХБ. Это очень напоминает тактику рейдерского захвата успешного предприятия. Как вы полагаете, есть правда в моих словах? 

Ш.Д.: Некоторые вещи, конечно, странные и непонятные. Но я все же  человек, который всегда верит в хорошее. Который всегда думает, что вместе можно создать что-то хорошее, что-то развить. Не хочется допускать плохие мысли. Хотя, с другой стороны, не вяжется, нет логики. 

И.А.: Тяжелая обстановка. А вы обращались еще куда-то? Может быть, в другие банки, в германские банки? 

Ш.Д.: Финансировать сельское хозяйство в России – это для немецкого банка не вариант. Мы обсуждаем с другими банками альтернативы. Получится, не получится – видно будет.  

И.А.:  Что вы намерены делать? У вас же долговая нагрузка растет, ее же нужно компенсировать? В этот момент из-под вас выдернули ковер? 

Ш.Д.: Долговая нагрузка не растет относительно доходов. Если два года назад у нас был очень высокий долг EBITDA 9, по отчету 2020 года уже 7. То есть идем правильным путем. Я бы не сказал, что долговая нагрузка растет, потому что доходы гораздо быстрее растут.  

Что дальше делать? Я как человек, который любит и привык работать, буду работать, кормить коров, развиваться дальше в тех возможностях, которые сейчас есть. Для укрепления – мы открыты для разных вариантов с инвесторами. В 2018 году мы хотели выходить на IPO. Тогда не смогли, потому что угрожала вторая волна санкций. Тогда не реально было, да и сейчас тоже.  С тех пор мы в постоянном контакте с разными инвесторами, но пока конкретно ни с кем не договорились. Были и российские и иностранные варианты, будем и дальше обсуждать. Пока без конкретики. Это, в любом случае, будет не контрольный пакет, а какая-то доля в размере 30%. С надоями у нас сейчас хорошо и с урожаем, слава Богу, правильным путем двигаемся. Получше продать, стараться подешевле покупать, что сегодня не просто. Знаем, что все очень подорожало. И то, что мы видим: результат текущего 2021 года будет еще лучше, чем в 2020 году.  

И.А.: Будем рассчитывать на лучшее! 

PS Интервью Штефана Дюрра вы можете смотреть на канале “Сельский час”, начиная с субботы 26 июня, по ссылке https://сельский-час.рф/