Что такое ЧВК: Русские «солдаты удачи» - наемники или романтики

«Дикие гуси» из Белоруссии

Скупые кадры белорусской кинохроники. Три десятка мужиков посреди ночи строем заселяются в минскую гостиницу. «Без разрешения и сопровождающих на улицу не выходить. Ужин в 20:00. Вечерняя поверка в 22:30», - поступают им команды в мессенджере. Гардероб – милитари. Не пьют, не курят, матом не ругаются. На лицо – жесткая дисциплина и иерархия – как у военных. Только оружия не хватает. Мерцающие стробоскопы, спецназ в бронежилетах, мужики в трусах с заломанными руками. По кровати разбросаны российские паспорта, суданские фунты, презервативы... Кто-то взял с собой эргономичную рукоять от автомата – к которой рука давно привыкла.

- Абсолютно точно установлено, что это ЧВК «Вагнера»? - допытывался Александр Лукашенко у главы КГБ Белоруссии.

- Да, - по-военному лаконично докладывал тот.

33 россиянина, задержанных в Минске, тут же причислили к сотрудникам частной военной кампании и обвинили в подготовке массовых беспорядков в избирательный период. Хотя у них и были на руках билеты в Стамбул и даже обратные - из Стамбула в Москву на октябрь.

Так, все-таки, ЧОП или ЧВК? А какая, собственно между ними разница?

От охраны до переворота

- Мировой рынок ЧВК начинал формироваться без участия России, - поделился с «КП» военный эксперт Алексей Леонков. - Первые «дикие гуси» появились у США и Великобритании, когда выяснилось, что можно проводить внешнюю политику, не прибегая к официальным инструментам – армия, разведка и так далее. Часто путают понятия ЧВК и ЧОП. Первые занимаются именно военной работой на территории других государств. В их функции могут также входить такие задачи, как охрана объектов, но в то же время им не возбраняется вести боевые действия не связанные с объектом. Зона действия и ответственности ЧОПов ограничена периметром охраны. За него они не выходят. Не могут, например, преследовать противника. А частная военная кампания может, у нее функции шире. А в соответствии с этим, конечно, разные оружие, экипировка, средства связи, поддержки и так далее.

На заре зарождения «диких гусей» с помощью частных военных подразделений Лондон и Вашингтон продвигали свои интересы в Анголе и Никарагуа, в Колумбии и Пакистане, Папуа-Новой Гвинее и Югославии. Где-то «частники» занимались подготовкой местных вооруженных формирований, а где-то напрямую участвовали в боевых действиях… ЧВК берут подряды на разминирование, сопровождение гуманитарных грузов и даже освобождение заложников. К примеру, в 2003-м британская «Northbridge Services» вызволила десятки английских и американских рабочих, захваченных на нефтяной платформе в Нигерии. ЧВК Израиля и США занимались подготовкой грузинских войск перед войной 2008 года. В 2011-м большой контингент «солдат удачи» участвовал в войне в Ливии. Там же, к слову, погиб глава французской военной компании «Secopex».

Самая, пожалуй, известная в мире ЧВК – «Blackwater» – имеет подразделения самой разной специфики - вплоть до производства бронетранспортеров и беспилотников. У этой компании огромный авторитет на рынке, и история скандалов. «Blackwater» подозревали в контрабанде оружия. Она была замешана во множестве убийств мирных жителей в Ираке. Фирма дважды провела ребрендинг и теперь называется «Academi».

Формально, все ЧВК неподконтрольны правительствам своих стран, а значит напрямую с государством связать ту или иную операцию юридически невозможно. Потери частников властями тоже не учитываются – у них не возникает лишних проблем с обществом, настойчиво интересующимся: «А за что погибают наши военные, например, в Африке?»

Романтики-«фрилансеры»

В России де-юре никаких частных военных кампаний до сих пор нет.

Хотя де-факто в последние годы наши коммерческие охранные предприятия все агрессивнее завоевывают этот тесный и давно поделенный рынок. Западные ЧВК периодически жалуются, что русские постепенно вытесняют их из Африки и даже Латинской Америки. Известно, что наши специалисты действуют в Судане, Мозамбике, Центрально-Африканской республике, Венесуэле... Подготовка местных военных, охрана нефтяных и золотодобывающих объектов, сопровождение грузов… При этом в самой России признавать существование своих же «частников» не принято. Потому что в стране есть закон о наемничестве, но нет закона о ЧВК.

- Самая серьезная организация на российском рынке – это так называемая ЧВК «Вагнер», которая получила свое название, как мы знаем из открытых источников, по позывному командира, - рассказал мне боевой эксперт, бывший ополченец Донбасса Владлен Татарский. Вместе с анонимным экс-«фрилансером» (так в шутку называют себя «частники») он ведет популярный в профессиональной среде Ютьюб-канал Reverse Side Of The Medal (обратная сторона медали).

- Пожалуй, это единственная в своем роде организация, которая позиционируется именно как ЧВК, способная заниматься штурмовыми действиями, - говорит мой собеседник о «вагнеровцах». - На самом деле разных охранных компаний, которые зарегистрированы за рубежом и состоят из русских, выходцев из СНГ, в России много. Их и на Украине с десяток. Но они охраняют, сопровождают, там нет проблем с кадрами – подолгу служат одни и те же люди. А так как ЧВК «Вагнера» занимается боевыми операциями, там неизбежна текучка – раненые, убитые, уставшие. Поэтому кампания на слуху – через нее прошло много людей.

- Что это за люди?

- В самом начале это были исключительно ветераны боевых действий – десантники, экс-спецназовцы ГРУ, МВД. Сейчас из-за текучки служат все, кто очень хочет туда попасть. И молодые романтики, и суровые ополченцы с Донбасса, но костяком остаются ветераны - профессионалы. Есть превратное представление, что туда идут из-за денег. Не совсем так. Это люди, которым нравится такой образ жизни. Бывает, что человек просто любит войну, риск, приключения. Конечно, они, бывает, перегорают.

Люди есть, а закона для них нет

Два с половиной года назад я написал большой материал о российских «солдатах удачи», которые воевали в Сирии. Известно, что наши «фрилансеры» принимали участие в штурме Пальмиры, Алеппо, Дейр-эз-Зора и других городов, названия которых тогда звучали с телеэкранов. Несли потери, даже получали награды, но не официальное признание или хотя бы юридический статус.

«Сегодня российские «солдаты удачи» в некоей серой зоне - и финансовой, и юридической, - писал я тогда. - Было бы проще вывести ЧВК в легальное поле. Которое дает неплохие финансовые перспективы. Эксперты оценивают ежегодный оборот частных военных компаний в мире более чем в 100 миллиардов долларов. И на этом рынке мы можем составить серьезную конкуренцию».

Спустя 2,5 года уже появились «фан-кружки» этих «фрилансеров» со своими интернет-каналами, футболки с их эмблемами. «Вагнер» с одной стороны превратился в бренд, который вешают на любого русского с автоматом, замеченного за пределами России, с другой – пугалкой мирового масштаба. Это название произносят президенты (Эрдоган, Лукашенко), его вносят в санкционные списки США... А на Родине реального юридического статуса как не было, так и нет.

Есть и еще один довод противников легализации ЧВК. Чего уж греха таить, зарплаты там куда выше, чем в обычной армии. Речь не о подразделениях, выполняющих спецзадачи в Сирии – там как раз заработок сопоставимый. Но есть риск, что легальные конторы будут переманивать военных спецов из обычных войсковых частей.

- Их и так уже переманивают. Тех, кто не просто способен воевать, а хочет это делать, - считает эксперт Владлен Татарский. - Мы же понимаем, что человек может прослужить в дальнем гарнизоне лет 20, получить от государства квартиру и ни разу не побывать в реальной перестрелке. Такой все равно не пойдет зарабатывать на войне, у него другие приоритеты. Туда идут те, кого интересует «боевуха». Но вообще странно уже выступать против закона о ЧВК при том, что они у нас есть, только вынуждены регистрироваться за границей. А зачем, если можно было бы все легально оформить в России? Цивилизованно, чтоб не ходило никаких мрачных легенд о страшных «наемниках», чтобы они, в конце концов, платили налоги в бюджет.

- И не было дамоклова меча в виде статьи за наемничество…

- Я не понимаю, как ее обосновывать. Цитирую Уголовный кодекс: «Вербовка, обучение или финансирование наемника, а равно его использование в вооруженном конфликте...» Но как следователь будет доказывать участие человека в конфликте где-нибудь в Африке? Причем, в корыстных целях? Где он будет собирать доказательную базу? В соцсетях? Ерунда полная. Российские ЧВК уже на слуху у всего мира, а у нас делают вид, что ничего не происходит. Глупо бояться, что наши «фрилансеры» выступят на стороне противника. Крупные ЧВК действуют только в интересах государства. Можно прописать ограничения юридически, но спецслужбы никогда не допустят, чтобы подобные кампании пытались действовать против интересов России.

ДОСЛОВНО

«Теперь по поводу «Вагнера» и того, что люди делают. Все должны оставаться в рамках закона, все. Мы можем запретить вообще частную охранную деятельность, но стоит только это сделать, думаю, что и к вам придут с большим количеством петиций, требованием защитить этот рынок труда. У нас там работает чуть ли не миллион человек. Если эта группа «Вагнер» что-то нарушает, тогда Генпрокуратура должна дать правовую оценку.

Теперь по поводу присутствия их где-то за границей. Если, повторяю еще раз, они не нарушают российского закона, они вправе работать, продавливать свои бизнес-интересы в любой точке планеты».

Владимир ПУТИН, на прямой линии в 2018 году.

ИЗ ДОСЬЕ КП

Самые известные ЧВК в мире

Academi – американская кампания со штатом до 20 тысяч сотрудников. 90% доходов - выручка от заказов правительства США. Занимается охраной, подготовкой военных, производством легкой бронетехники и беспилотников, техобслуживанием и так далее. Участвовала в боевых операциях в Ираке.

Executive Outcomes – южно-африканская кампания, состоящая из бывших военных. На счету этой ЧВК военные операции в Анголе, подавление госпереворота в Сьерра-Леоне. В 1998 году после обвинения в нарушении прав человека была ликвидирована, но позже возродилась под брендом Sterling Corporate Services.

DynCorp – еще одна американская ЧВК, специализируется на воздушной поддержке военных и техобслуживании вертолетов армии США. Также занимается охраной, обучением, разведкой. Работала в Боливии, Боснии, Сомали, Анголе, Гаити, Колумбии, Косово и Кувейте. Была замешана в скандалах с торговлей людьми, оружием, наркотиками, но всякий раз обвинения снимались, как говорят, благодаря тесным связям с ЦРУ.