В Туле открылся филиал музея-заповедника Поленова
Но для филиала в Туле, который стал частью музейного квартала около Тульского кремля, в историческом центре города, музей Василия Дмитриевича Поленова решил представить семейную историю художника не в виде мемориальной экспозиции, а сделать ее точкой отсчета, поводом пригласить другие семьи туляков вспомнить и рассказать свои собственные истории. Потому что "история - это мы", убеждена Наталья Дмитриевна Поленова, правнучка художника и нынешний директор музея-заповедника. Это и стало хэштэгом нового Центра - #историяэтомы.
Музей тут не только предстает не только в роли рассказчика собственных, порой очень драматичных историй, но он выступает, если так можно выразиться, в роли играющего тренера. История рода и семьи Поленовых увлекает перипетиями судеб, которые вплетены в ткань истории страны, но ведь почти в каждом семействе можно услышать рассказы о предках, то анекдотические, то трогательные, трагические и мелодраматические. А если вы этих рассказов не слышали, то, возможно, просто не интересовались? Может быть, самое время заглянуть в бабушкин сундук, где среди запасов полотенец можно иногда найти и архивные сокровища: связку писем или вышивку, сделанную прабабушкой? Или даже - почти новенькую, розовую рубашку, подаренную барыней в 1850-м году крестьянской девочке Василисе Сидоровой. Это один из удивительных экспонатов выставки "Семейное дело", открывшейся в ЦСИ.
Собственно, Центр семейной истории и учит собирать не только фамильные драгоценности, но и фамильную историю. Как паззл, скорее всего, ее собрать вряд ли получится - слишком много пробелов оставил ХХ век. Но как создавать семейный архив, как его хранить, как с ним работать - научиться здесь можно. Первая выставка ЦСИ "Семейное дело" (над ней работали команда музейного бюро Solarspace, кураторы Андрей Рымарь, Мария Мкртычева, Анастасия Кухарчук, Мария Драпкина, Ксения Филатова) - это апробация новой модели взаимодействия музея и местных семей. Собственно, она и создавалась вместе с 21 тульской семьей и представляет рассказы, фотографии, экспонаты, которые хранятся в этих семьях.
Более того, один из четырех домиков, в которых расположился ЦСИ, тоже по сути оказался экспонатом. Это дом, принадлежавший семье купцов Добрыниных, переданный городу и восстановленный для филиала "Поленово", часть наследия старой Тулы. "Когда нас выселили из дома на Благовещенской, его признали памятником архитектуры. Поставили датой постройки 1812 год, но папа сказал, что в 1812 году был капитальный ремонт после пожара", - рассказывает Ольга Добрынина. Кроме времен Наполеона и Кутузова, дом помнит и события революций ХХ века. "Когда после революции пришли в наш дом, у бабушки взяли все, что у нее было. Отец мне рассказывал, что, когда бабушка отдала бриллианты, начали с детей снимать кресты и цепочки. А бабка мучается: "Позвольте, это же дети". Ей сказали: "Помолчи, а то сейчас и тебя к стенке", - говорит Ольга Добрынина.
Эти безыскусные рассказы, дошедшие век спустя и передававшиеся в семье, - огромная часть "устной истории", интерес к которой сегодня огромен. Она позволяет сохранить интонацию ушедших рассказчиков, напоминает о поразительных деталях былой повседневной жизни, открывает человеческое измерение истории. Словом, позволяет при желании расслышать на ветру истории одинокий голос человека.
Среди семей, которые приняли участие в создании выставки, есть потомственные оружейники и врачи, ювелиры и компьютерщики, священник и учитель, художники и библиотекарь, члены еврейской диаспоры и спортсмен, папа которого велогонщик Сергей Терещенков был чемпионом мира 1965 года и нес факел с олимпийским огнем по Тульской области в 1980-м году… Чьи-то предки очень известны в городе, как, например, врач Иван Дрейер (1885-1919), лечивший рабочих бесплатно во время эпидемии тифа. Его именем названа красивая набережная реки Упы, текущей близ Кремля. Чьи-то родственники были священниками, расстрелянными на Бутовском полигоне и причисленными уже в нынешнее время к лику святых. А чьи-то были библиотекарями в маленьком поселке. Например, мама и бабушка Анастасии Погареловой. "Мы живем в Одоевском районе, в деревне Хмелевичи, всю жизнь. Мама уже с 1984 года работает в библиотеке", - объясняет Анастасия. И людей порой трудно убедить в том, что их "обыкновенная история" тянет на роман. Хотя бы роман с книгой. Так, Ольга Макарова, которую с полутора лет мама брала из детского садика на работу, поскольку работа в библиотеке заканчивалась в восемь вечера, вспоминает: "Я очень хорошо помню, как спала на стульях в библиотеке у мамы. Она ставила стулья, подкладывала "Всемирную литературу" под голову, оборачивала платком - и вот я так и спала".
Андрей Рымарь говорит, что поначалу, думая о том, как показать преемственность, связи в семье, кураторы выставки искали профессиональные династии. Где как не в Туле, городе оружейников и Левши, тульских пряников и самоваров, их искать? Но вскоре стало ясно, что "фамильное сходство" явно шире профессионального. И постепенно в фокусе внимания оказались три момента: профессия, дом, ценности внутри семьи. Одновременно становилось понятно, что именно встреча в одном пространстве семей с разной историей, традициями, воспоминаниями и делает выставку живой, эмоциональной, открытой к диалогу. В этом смысле выставка моделирует не только территорию семейной истории, но и пространство города, где живут, встречаются, общаются очень разные люди. Не удивительно, что интерактивная карта Тулы, где участники выставки отметили важные для них места, будь то стадион "Арсенал", где проходили тренировки в детстве, или парк, где познакомились родители, стала знаковым "входом" в экспозицию.
Сама она строится как параллельные повествования, вместе сплетающиеся в рассказ о genius loci Тулы. Отдельные главки посвящены родовому древу, географии города, месту, которое занимает дом в семейной истории, общим ценностям и общему делу, опоре, которую мы ищем в трудные минуты… Иногда этой опорой может оказаться воспоминание о родителях и …вид из окна.
"Просеку проделали и открыли вид на Тарусу. Мне очень приятно, когда я гляжу на луга и на Тарусу на горизонте. Мне чудится, что я переношусь в детство и юность и имею общение с родителями. Мама застала еще этот вид, правда, уже только с крыши дома, когда мы с ней слушали пасхальный звон в ночь на 8 апреля 1927 года", - писал Дмитрий Васильевич Поленов сыну Федору в 1958 году.
Последняя комната - с волшебным зеркалом. Заходишь, выбираешь хэштэги, предлагающие описать вашу модель семьи. Ну, скажем, #матриархат, #в горе и в радости, #общие финансы, #не помнить имен всех внуков, #не помнить за что наказали… Нажимаешь "сохранить". И - пожалуйте на селфи к зеркалу, где уже высветился выбранный вами набор. Чем больше выбирают хэштегов, тем больше кружочек, в котором он появляется. Тут, кстати, не без неожиданностей. Всплывающий в зеркале кружок со словом "стабильность" заметно больше, чем с хэштэгом "любовь". Эх, Антон Павлович Чехов не согласился бы. Он-то считал, что "в семейной жизни самый важный винт - любовь".
Елизавета Терещенкова, внучка велогонщика Сергея Терещенкова, чемпиона мира 1965 года:
- Эта выставка - очень эмоциональная история. К сожалению, дедушка ушел, когда мне было меньше 10 лет. Я его не очень хорошо помню. Но первое, что я помню, конечно, велосипед. Мне было 3 или 4 года, когда меня посадили на двухколесный велосипед. И я поехала по дорожке, что шла под уклон.
Здесь задавали вопрос про семейные конфликты и как про них говорить здесь. Не знаю, но это про конфликты. Это про глубоко сердечные переживания, память сердца.