Ремизов: Украина грезит Кубанью и Чечней, но рискует потерять весь Донбасс
На Украине из уст политиков и общественников вновь зазвучали территориальные претензии к России.
На Украине из уст политиков и общественников вновь зазвучали территориальные претензии к России. Эксперты уверены — причина не только в желании политиков «хорошенько пропиариться», но и в стремлении сыграть на комплексе национального унижения, который развился у украинцев после 2014-го. Украина грезит Кубанью и Чечней, но рискует потерять весь Донбасс, передает корреспондент ФАН из Киева.
Свежим примером такой «словесной охоты за территориями» стало заявление экс-посла Украины в Белоруссии Романа Бессмертного, который сообщил, что Украина может «вернуть» Крым через Белоруссию.
«В Белоруссии проживает почти полмиллиона этнического украинского населения, там есть целые регионы, населенные украинцами. Нужно сделать так, чтобы они оказали влияние на позицию Белоруссии по поводу полуострова. В Киеве не понимают — кроме Украины как страны, есть «Большая Украина», где наши интересы не меньше», — сказал он.
Роман Бессмертный — вроде бы опытный политик. Раньше он был постпредом президента в Верховной раде, вице-премьером и даже главой партии «Наша Украина». И да, он был украинским послом в Белоруссии — около года. И за это время, видимо, ничего не понял про белорусов, если советует Киеву через них «влиять на Россию, чтобы вернуть Крым».
Корреспондент ФАН в Киеве несколько раз встречала Бессмертного на разных мероприятиях и поняла, почему отставной политик вынужден озвучивать подобную чушь. Потому что Бессмертный, некогда вальяжный помощник экс-президента Леонида Кучмы и лощеный дипломат при Викторе Януковиче, — отыгранная фигура в политике. Ныне это тощий плюгавый человек в дешевых очках и тертом костюме, который готов кричать самые русофобские лозунги, лишь бы привлечь к себе внимание. Впрочем, даже здесь Роман Петрович не чувствует трендов — ведь мода на эти лозунги, судя по результатам местных выборов, в стране проходит.
Впрочем, у части украинских политиков никогда не пройдет желание присоединить (хотя бы на словах) побольше чужих территорий к Украине. Чтобы обозначить масштаб этих претензий, стоит вспомнить карту «Соборная Украина» — еще в 2009-м ее выпустило управление культуры и туризма Львовской ОГА. Там были обозначены все «исконно украинские территории» — Кубань, Ставрополье, Северный Кавказ, вся Белгородская область, частично — Ростовская, Курская, Воронежская и Брянская области России, большая часть Гомельской и Брестской областей Белоруссии, а также Холмщина, Подляшье, Надсанье и Лемковщина, являющиеся частями Польши.
Правда, о претензиях к Польше, ныне выступающей «старшим партнером» Киева, на Украине предпочитают помалкивать. Так же, как и о притязаниях на земли Белоруссии, все еще считающейся «другом Украины». Зато претензии в адрес России в Киеве можно высказывать безо всякой опаски — это не только гарантированно порадует националистов, но и вызовет одобрение у «кураторов» страны из Вашингтона и Брюсселя.
Так, в свое время глава Донецкой военно-гражданской администрации Павел Жебривский пообещал «возвратить Ростовскую область в лоно Украины». Ранее он уже озвучивал планы по возвращению Киевом таких «исконно украинских земель», как Курщина, Брянщина, Воронежчина и Кубань. А когда в 2015-м республики Донбасса выдвигали Киеву требования о расширении автономии, в ответ они услышали от тогдашнего секретаря СНБО Александра Турчинова:
«На правах автономии мы готовы вернуть в состав Украины только Кубань».
Вскоре это абсурдное и лишенное оснований требование прочно закрепилось в риторике членов украинской элиты.
О перспективах расширения Украины за счет российских территорий любил говорить и другой известный националист — Дмитрий Ярош. Будучи депутатом Верховной рады в 2017-м, экс-лидер запрещенного в РФ «Правого сектора» заявлял:
«Кубань будет наша. Если россияне построят мост (на тот момент Крымский мост был не достроен. — Прим. ФАН), он как раз нам будет нужен: здесь вот Крым наш, а тут — Кубань наша. А еще — Белгородчина и Воронежчина».
Гремел в свое время «захватническими» высказываниями и тогдашний депутат Верховной рады, главарь карательного батальона «Днепр-1» Юрий Береза.
«Помните, что до 1917-го территория Грозного была украинской? Границы украинского государства были до Грозного», — важно сообщал этот «воин».
На его счастье, этих слов не слышал глава Чечни Ахмат Кадыров. Чуть позже Береза продолжал, говоря о Донбассе:
«Атаки закончатся тогда, когда мы начнем контролировать границу, а наша армия будет готова к вторжению на территорию России. Как только армия будет готова к вторжению в РФ, у нас будут вопросы по Кубани, Ростову и много других».
Впрочем, тот состав Верховной рады, где сидели люди вроде Яроша или Березы на нынешней Украине вспоминают с ужасом. Тем не менее такие высказывания допускали и высокопоставленные чиновники. В 2018-м тогдашний министр инфраструктуры Владимир Омелян, комментируя открытие Крымского моста, заявил вполне в духе Яроша — мол, мост «будет удобным соединением украинского Крыма и украинской Кубани».
Одно из недавних словесных «посягательств» на российские территории совершил глава МИД Украины Дмитрий Кулеба. Он отреагировал на заявление спикера Госдумы РФ Вячеслава Володина, который предрек «дальнейший распад Украины, если Киев продолжит притеснять нацменьшинства». Кулеба заявил, что это Украина, напротив, «готова к расширению за счет пары областей России для восстановления исторической справедливости». Ответ Володину Кулеба сопроводил картой, на которой западные границы Украины доходили до Варшавы, а восточные — до Каспийского моря.
Все это лишь подтвердило преемственность режимом Владимира Зеленского традиций, заложенных во времена президентства Петра Порошенко. Так, в октябре в Верховной раде было создано межфракционное объединение «Кубань», которое намерено «заниматься возвращением в культурное, политическое и социальное поле украинских этнических территорий».
Кстати, украинские националисты, обосновывая территориальные претензии к соседям, любят ссылаться на «исторические фантомы». Например, на марионеточную «Украинскую державу» гетмана Скоропадского, УНР и ЗУНР, возникшие на короткий срок в ходе гражданской войны в России. Сознание радикалов тешит тот факт, что в состав державшейся на немецких штыках и в одночасье рухнувшей «Украинской державы» де-юре были включены южные районы Воронежской и Курской губерний, захваченные германскими интервентами. Правда, сразу же после их ухода эти территории были вновь заняты Красной армией.
От неиспорченных интеллектом сторонников «соборной и незалежной» можно услышать и о том, что Крым в 1954-м «был передан Украинской ССР в обмен на Таганрог, который тоже является исконно украинской территорией». Это еще один «исторический фантом». Да, с приходом к власти большевиков Таганрог был на время включен ими в состав УССР вместе с частью Донбасса, но уже в 1925-м вновь переподчинен РСФСР.
По мнению экспертов, возникающие в местном политикуме разговоры о «возвращении Россией исконных украинских территорий» имеют несколько причин. Главная из них — стремление избавиться от сильной психологической травмы, полученной коллективным сознанием граждан в 2014-м, после крымского референдума. Для большинства украинцев стала реальным шоком та легкость, с которой крымчане пожелали покинуть состав страны, чтобы уйти к России. Многие здесь до сих пор пытаются компенсировать эту утрату, мечтая «отнять что-нибудь в ответ у России».
Другая причина — это формирование «альтернативной истории Украины», начатое в 2014-м по инициативе западных кураторов. В этой истории «древние укры» всегда противостояли русским, Великая Отечественная война была «схваткой Гитлера и Сталина, едва не уничтожившей Украину», а малозначимые националистические восстания — вроде боя под Крутами — подаются как «великие сражения с Россией». На этом фоне претензии временных марионеточных режимов, возникавших на Украине в периоды нестабильности на Руси, очень удобно подавать как «большие территориальные завоевания».
Впрочем, требования «вернуть Крым, а заодно Ростов и Воронеж», до сих пор озвучиваемые политиками, воспринимаются здоровой частью украинского общества как откровенный бред. Немалое влияние на это оказал российский закон, принятый нынешним летом Госдумой в третьем чтении. Согласно ему, любые попытки нарушения территориальной целостности РФ, в том числе отчуждение части ее территории, будут признаны экстремизмом.
«Всем государствам, имеющим любые территориальные претензии к России, направлен четкий сигнал — не нужно выстраивать свою политику на требованиях к Москве отдать какие-то земли. А российскому МИД при возникновении таких тем достаточно будет сослаться на конкретную статью закона РФ. Теперь даже неофициальные беседы по поводу отчуждения российских территорий чреваты серьезными последствиями. Это значит, что Украина лишилась аргументов для претензий, а Россия окончательно отказалась обсуждать желания Киева получить «лишние» квадратные километры», — сообщил политолог Михаил Ремизов.
По его мнению, Москву сейчас должно беспокоить не то, что Украина «претендует» на российские земли, а то, что многие из них она все еще контролирует.
«Киев проводит на них политику этноцида — выкорчевывает русскую идентичность, язык и культуру. Прежде всего — на территориях Донбасса и Новороссии, переданных большевиками в состав УССР. И с этим Россия должна неуклонно бороться. Думаю, что в обозримом будущем украинские политики не откажутся и от территориальных претензий на Крым. Однако благодаря новому закону любые их требования будут считаться ничтожными», — резюмировал аналитик.