«Союз Спасения»: Дней Александровых трагический конец

Декабристы — в общественном сознании скорее мем, чем реально существующие люди. «Первенцы свободы», мученики, первые большевики, кумиры советских диссидентов: у каждого своя вариация декабристского тропа, и только один образ универсален для всех — «жена декабриста», самоотверженно последовавшая за ним в ссылку. Из школьной программы не очень ясно, что же все-таки произошло на Сенатской площади 26 декабря 1825 года, какие требования выдвигали декабристы (кажется, что-то было про императора Константина и жену его Конституцию) и к каким политическим последствиям это привело (вроде как заставили Николая I стать консерватором, зато разбудили Герцена).



«Союз Спасения» преследовал благородную цель закрыть эти лакуны, а цель, как известно, оправдывает средства (в том числе финансовые, — у фильма внушительный бюджет в 700 млн рублей). Наверное, именно то, что «Союз Спасения» хотел быть не только кино, а еще и историческим ликбезом, поэтому два с небольшим часа мы наблюдаем слишком быструю смену повествовательных линий, имен, дат, событий, точно на открытом школьном уроке истории. Неспроста зрителями премьеры раздали буклеты со списком действующих лиц и краткими википедийными справками.

В принципе, если убрать характерную беллетристику исторического романа, основная мысль прослеживается очень четко и, опять же, дублирует нехитрые тезисы из школьной программы: монополия власти — это хорошо. Особенно в России. Бунты — губительны, «бессмысленны и беспощадны», а те, кто их затеял — как правило наивны и безрассудны. Ничего личного, просто политика. Декабристы в «Союзе Спасения» при этом просто очаровательны: умные, образованные, порывистые — как в таких не влюбиться. Кондратий Рылеев (Антон Шагин) — нежный отец и патриот России, Михаил Бестужев-Рюмин (Иван Янковский) — прирожденный боец, которой не остановится ни перед чем, князь Сергей Трубецкой (Максим Матвеев) — аристократ, потомок Гедимина, поборник конституционной монархии.



Они были цветом нации, — гвардейцы, поэты, — которому все что-то не сиделось, но ведь это всегда так по молодости. Конечно, декабристы действовали не в одиночку, и вот тут уже в качестве «помощника героя» появляются менее симпатичные персонажи — пронырливые снабженцы, предприниматели, политические советники. Они, конечно, тоже хотят прогресса, но пуще остального все-таки личной выгоды. Революция — дело дорогое, и между заговорщиками начинаются дрязги из-за денег: движение дает первые трещины. Еще один немаловажный вопрос, который неизбежно углубит раскол — цена победы. Стоит ли конституционная монархия в России слезы ребенка? Авторы «Союза Спасения», вторя Федору Михайловичу, считают, что не стоит.

Декабристы в «Союзе Спасения» рубят с плеча — собираются убить императора, его родственников и свиту, и вообще устроить по всей стране якобинский террор («как в Париже»). Величие замысла резко контрастирует с трагическим итогом: напрасно загубленные жизни молодых офицеров, реакционный поворот, уваровская триада вместе Liberté, égalité, fraternité. Особенно хорошо это чувство горечи подчеркивает красивая любовная линия: Сергей Муравьёв-Апостол (Леонид Бичевин), много лет влюбленный в Анну Бельскую (Софья Эрнст), просит у княгини Бельской (Ингеборга Дапкунайте) руки и сердца дочери и получает согласие. Молодые счастливы. Но увы, долгой совместной жизни им не видать: Муравьёв-Апостол окажется среди пяти повешенных 25 июля 1826 года декабристов.



С одним тезисом «Союза Спасения» спорить трудно: Александр I действительно пытался реформировать Россию. Будучи продолжателем дела бабушки (Екатерины Второй), которая единолично занималась его воспитанием и даже сама написала букварь для маленького Саши, он мечтал о либерализации неповоротливой страны с сохранением статуса империи. Александр в исполнении Виталия Кищенко (очень убедительном) — уставший, заматеревший монарх. Старый лев, который предчувствует кончину и рассуждает об уходе на покой в духе псевдоисторических баек про Федора Кузьмича («А знаете, говорят, что когда Наполеона хоронили, в гробу лежал не он?» — обращается он к камердинеру). Александр знает о том, что в стране растут диссидентские настроения, но решает пока никак на них не реагировать («потерял хватку»). Он постоянно повторяет, что хочет реформ не меньше либералов, да только платить за них никто не готов (не совсем понятно, правда, в какой валюте платить — слезинке ребенка или политических реперкуссиях).

Александр устал, он уходит (сердечный приступ настиг императора в Таганроге), и в стране образуется вакуум власти. Константин, следующий в очереди по закону о престолонаследии, квартирует в Польше и официально пока не отрекся от престола, а Николай, находящийся в Петербурге, в этой ситуации не может пока объявить себя императором. Конечно, этим решают воспользоваться заговорщики — и только благодаря своей неорганизованности и спонтанности их путч выглядит скорее как недоразумение, слегка омрачающее объявление Николаем своего вступления на должность императора Всероссийского.



Будущий император Николай Павлович (Иван Колесников) — гамлетовский персонаж, которого очень сильно изменит переворот 26 декабря. Он видел, к чему привело «попустительство» его брата, который предпочел не бороться с декабристскими кружками, а закрывать на их существование глаза. Отныне он будет «беречь Россию» и бороться с крамолой. Грядет время «чугунных уставов», ужесточения крепостнических порядков и бесславных войн — любимая многими Николаевская эпоха. Весьма недвусмысленный референс.

Сопродюсер фильма Анатолий Максимов (он работал в паре с Константином Эрнстом) и режиссер-постановщик Андрей Кравчук вместе работали над такими картинами как «Викинг» и «Адмиралъ», так что то, что создателями будет руководить скорее реконструкторский порыв, нежели желание точно запечатлеть эпоху, было довольно предсказуемо. Самая зрелищная часть картины — тщательно воссозданные батальные сцены: «звучал булат, картечь визжала». В красивую форму гвардейцев можно вглядываться бесконечно — и даже от одного этого невольно загрустить по старой России.

«Союз Спасения» в прокате с 26 декабря.