«Неужели президент не понимает?». Тревожное пророчество псковского старца о будущем России
Отец Николай Гурьянов – один из самых почитаемых старцев XX века. За советом к псковскому отшельнику приезжали как простые верующие, так и многие знаменитости. Не забыл батюшка и о потомках – оставил им несколько пророчеств. Теперь же они сбываются с поразительной точностью.
«Какой ты счастливый…»
Многие из знавших отца Николая Гурьянова говорили: «Как повезло жить в одно время со святым…» Другие называли прозорливцем и чудотворцем. Со дня кончины прошло чуть менее четверти века. Еще живы многие из его духовных чад. Так что, еще есть те, кто передаст живую память о словах и делах старца.
Он родился в далеком 1909 году в селе Чудские Заходы (ныне — Гдовский район Псковской области) в семье крестьян. Отец был регентом церковного хора. Он скончался в 1914 году – когда сыну не было еще и пяти лет.
Старший брат Николая преподавал в Санкт-Петербургской консерватории. Средние тоже пошли по музыкальной стезе. Не был лишен музыкальных способностей и сам Николай. Эту любовь он сохранил до конца жизни. Спустя годы приезжавшие к нему паломники будут вспоминать: подходя к дому старца, нередко можно было услышать звуки старенькой фисгармонии.
К сожалению, твое старших братьев погибли в Первую мировую войну. Николай остался с матерью, Екатериной Степановной. Долгие годы она была для сына настоящим ангелом-хранителем: помогала в трудах, поддерживала в годы тяжелых испытаний. Их на пути старца будет немало.
С детства Николай Гурьянов прислуживал алтарником родного храма Михаила Архангела. Однажды приход посетил митрополит Вениамин (Казанский) – впоследствии расстрелянный большевиками, в наши дни причисленный к лику святых. Отец Николай так вспоминал об этой встрече: «Я мальчишкой совсем еще был. Владыка служил, а я посох ему держал. Потом он меня обнял, поцеловал и говорит: „Какой ты счастливый, что с Господом…“»
Затем юноша окончил Гатчинский педагогический техникум и поступил в Ленинградский педагогический институт. Правда оттуда его быстро исключили – за то, что выступал против закрытия одного из храмов.
В 1929—1931 служил псаломщиком в Тосно, в свободное время подрабатывал уроками по математике, физике и биологии. Затем поступил псаломщиком в Свято-Никольский храм села Ремда в Ленинградской (ныне Псковской) области. Вскоре был арестован, содержался в знаменитой тюрьме «Кресты». А срок отбывал в лагере в Сыктывкаре.
После освобождения Николай Гурьянов не смог получить прописку в Ленинграде и преподавал в сельских школах Тосненского района Ленинградской области.
Во время Великой Отечественной войны не был мобилизован в армию, поскольку обморозил и покалечил ноги в лагерях. Одной из прихожанок батюшка потом рассказывал: «На лесоповале на ноги упало бревно. В лазарете долго лежать было нельзя, приходилось ползком выходить на работу. А то похлебки бы не получил».
В годы войны старец Николай находился на оккупированной территории – в Прибалтике. В 1942-м рукоположен в сан диакона, затем священника. Тогда же окончил богословские курсы и служил в Свято-Троицком женском монастыре в Риге. А позже переехал в Вильнюс.
В Литве отец Николай прожил до 1958-го, а затем вернулся в родные псковские края. В тот же год руководство епархии назначило его настоятелем храма святителя Николая Чудотворца на маленьком острове Залит что на Псковском озере.
Хранитель острова
Здесь отец Николай прослужил почти полвека. Несколько поколений на острове выросли с уверенностью, что батюшка – неотъемлемая часть Залита. Другие, напротив, сетовали: из-за популярности старца от тихой псковской глуши не осталось и следа.
И действительно, вскоре на Залит потянулись лодки и катера с паломниками со всего Советского Союза. Старец неизменно встречал всех на пороге своего маленького дома, помазывал святым елеем и благословлял.
Искателям истины он всегда отвечал: «Просите, чтобы Господь наставил вас на одну-единственную истину – истину спасения. Тогда и в остальном приложиться».
К несчастью, псковским «чудотворцем» заинтересовались в Комитете. Вскоре на остров прибыл «сотрудник» – чтобы допросить, а затем арестовать священника. Отец Николай всю ночь истово молился. А на следующее утро разразилась настолько сильная буря, что Залит трое суток был отрезан от большой земли. Шторм стих, и о священнике уже более не вспоминали.
По временам происходили и вовсе странные вещи. Как-то на остров приехала женщина, муж которой частенько поднимал на нее руку. Никому о своей беде она не рассказывала, надеясь побеседовать со старцем с глазу на глаз.
А в один день видит: отец Николай семенит по тропинке – торопится в храм. Она подбежала к нему: «Батюшка, благослови». А в ответ слышит: «Ой, как хорошо, что бьет! Как хорошо!» Спустя время на Залит пришло письмо от той женщины: радостно она сообщала, что муж попросил у нее прощения и более никогда рук не распускал.
Откуда отец Николай мог знать про потаенные мысли приезжавших к нему? И почему так странно ответил «Как хорошо, что бьет»? Сам он неоднократно говорил: «Если приходят скорби, может быть, другой возможности исправить нас нет. Может, именно терпением будут заглажены наши грехи».
О прозорливости же старца верующие догадались давно. Одним он мог сказать: «Сегодня на большую землю не возвращайтесь. Озеро не спокойно». Хотя никаких намеков на предстоящую бурю и близко не было. Правда открывалась потом – когда ночью разыгрывался шторм и катер даже не мог отплыть от берега.
Частенько батюшка давал советы рыбакам: «Сети ставьте здесь, а нет там». Те удивлялись – мол, он же в этом ничего не понимает, но прислушивались. А вскоре понимали, что старец был прав.
«Власть погонная»
Но бывало, что отец Николай задумчиво говорил о чем-то странном и непонятном. Особенно чутко прислушиваться к этим его словам стали в «лихие девяностые» – когда у большинства граждан не было уверенности в завтрашнем дне.
Однако старец не спешил утешать их сладкими елейными речами. Наоборот, предпочитал говорить правду. А правда была такая…
В разговоре одна прихожанка поинтересовалась, что ждет Русскую церковь? Батюшка Николай ответил: «Тяжело ей придется… Как при коммунистах жить будет. И всюду – число правит». По мнению верующих, сказанное сбылось – когда в начале 2000-х годов некоторые видные священнослужители РПЦ активно выступали против навязывания «индивидуальных номеров» (ИНН) и «персональных кодов». Ведь они, по их мнению, напрочь обезличивают человека.
В другой беседе старец неожиданно заговорил о «тех, кто за морем живет». «Американцы – несчастные, – с горечью говорил он, – сколько их горя ждет, бедненьких! Что ж… Но мы должны иметь только одну мысль – чтобы все спаслись».
Вряд ли кому-то тридцать лет назад могло прийти в голову, что «оплот капитализма» будет переживать тяжелые времена. Но вот и для США настала полоса испытаний: мировой кризис 2008-го, последствия пандемии коронавируса, обострение гражданского противостояния на волне президентских выборов, провал миграционной политики и многое-многое другое.
Но гораздо больше паломников волновала судьба собственной страны. Тем более, что старец еще в середине 1990-х оставил о России предсказание.
«Неужели президент Ельцин не понимает, что суровые испытания нас ждут?! Россия как на передовой будет. Потом военный придет. Власть придет строгая, погонная. Но потом наступит время, и православный царь придет», – делился своим откровением отец Николай.
А паломники начинали гадать: «Испытания когда наступят? После Ельцина?». «Военный, погонная власть – хорошо или плохо?» Старец на это лишь улыбался и отвечал: «Вы-то доживете. Вы все сами увидите».