Путешественник Дмитрий Ломов: «В Коми нет безликих городов»

В июне Дмитрий Ломов из Москвы отправился в двухнедельное путешествие: сначала он добрался из Тобольска до Воркуты, а потом — до Великого Устюга, по пути проехав через всю республику Коми. Деталями поездки мужчина делился в «путевых записках» в своих соцсетях. В беседе с БНК он высказал мнение, почему Воркута — «самый депрессивный город» из всех, что он видел, где видел дома в «голландском» стиле и что общее у жителей северных поселков с москвичами.

— Почему решили посетить Коми?

— Я интересуюсь нашим российским севером, и поэтому во время отпуска или просто поездок стараюсь туда «заглянуть». Если говорить конкретно про республику, то я хотел посмотреть, что из себя представляют Воркута, шахта в тундре, заполярные поселки — и вообще ваш регион. Интересовала и местная природа.

— Какие были представления о Воркуте перед поездкой?

— Я специально не смотрю фотографии места, куда отправлюсь, чтобы получить больше впечатлений, полагался на свой личный опыт «общения» с такими населенными пунктами, которые сложились в советское время. Думал увидеть обыкновенный город: центр, застроенный «сталинками», окраины из хрущевских пятиэтажек, ожидал встретиться и с приполярным низеньким лесом.

— Ожидания оправдались?

— Не совсем. Воркута и окрестности, как оказалось, практически полностью состоят из особенностей. В городе достаточно вроде бы типовых домов, которые внешне отличаются от других в России, например, скошенными крышами. Или же взять дома, связанные на стыке закругленной конструкцией без балконов. В Воргашоре я видел дома на сваях, но они есть и в Салехарде.

Для меня стало неожиданностью, что летом в Воркуте температура +3°C, это довольно сурово. Ощущения в городе были странные, потому что, с одной стороны, дул холодный ветер, а с другой — жарило солнце. Так что было непривычно, хотя и интересно.

— В своих постах вы назвали Воркуту «самым депрессивным и обшарпанным городом из тех, что вы видели». Чем она заслужила такой статус?

— Я написал про Воркуту и окрестные поселки в грустном тоне, хотя и без всякой злобы. Меня удивило, что в городе так много незаконсервированных заброшенных зданий. Я на этом даже немножко зациклился. Депрессивную атмосферу создают и обшарпанные дома, мне кажется, стоило бы «причесать» хотя бы их фасады.

Несмотря на это, Воркуту точно стоит посетить. Описать словами ощущения от города трудно, он в целом отличается от других городов России. Может быть, суровой атмосферой, которая создается заброшками, окружающей Воркуту тундрой, сильными ветрами и лежащими в июне во дворах сугробами.

— В своих «путевых записках» вы упомянули близость коренных москвичей и жителей Воркуты. В чем она заключается?

— Я имел в виду больше жителей поселков воркутинского «кольца», а не самих горожан. Предположим, родился человек в советском Воргашоре, вырос там, общался с кем-то, а потом «произошли» 90-е и часть поселка стала заброшенной. И вот этот человек приезжает в родной поселок, видит свой дом, у которого нет ни окон, ни дверей. Это грустно. Такие эмоции испытывали и жители Москвы, хотя причины разные. В столице по программе реновации разрушили старые пятиэтажки и возвели новые высотки. И москвичи, которые помнят свое детство и юность в этих хрущевках, видят на их месте уже другие дома.

— А что больше всего запомнилось из посещения окрестных поселков?

— Приятное впечатление произвел поселок Северный, он наиболее живой на воркутинском «кольце»: там уютно, мало заброшенных пятиэтажек в отличие от других мест, больше деревьев. Хотя, конечно, в Северном тоже есть квартал бесхозных сталинских двухэтажек.

Противоположное впечатление сложилось о поселке Комсомольский. Я туда поехал, чтобы на местную шахту поглядеть, но удалось это сделать лишь издалека, это же промышленный объект с пропускным режимом. От прогулки по почти заброшенному Комсомольскому остались интересные воспоминания: заходишь в заброшенный дом и слышишь в тишине падающие капли, чириканье птички, хруст половицы под ногами. Как будто ты идешь один в глухом лесу, твои чувства усиливаются, ты зорче смотришь куда-то, прислушиваешься… Кажется, кто-то сейчас зайдет и спросит: что ты тут делаешь?

— После Воркуты вы отправились в Инту, посетили Печору, Ухту и Сыктывкар. Какими они предстали?

— Мне кажется, что в Коми нет безликих городов. Когда я ехал в республику, ожидал увидеть одни пятиэтажки, но все места разные. Больше всего понравились Инта и Ухта.

Первый — очень приятный городок с необычной для советского города архитектурой с намеками на европейский стиль. В Инте есть желтый дом с угловатой крышей, похожий на голландский средневековый дом, и водонапорная башня, выполненная в готическом стиле. Понравились мне и исторические законсервированные деревянные дома. Там, видимо, никто не живет, но здания все равно являются украшением города. Хотя, конечно, есть и проблемы, например, разбитая дорога к вокзалу.

Ухта же очень ухоженный город, в этом она даже немного опережает Сыктывкар. Чувствуется, что деньги в Ухте есть. Кроме того, мне очень понравились дворы, например, около Юбилейной улицы есть один, он на карте выглядит, как зеленый крест. Я в этот двор вошел и как будто в парк попал.

— А что про Печору и Сыктывкар?

— Печора произвела двоякое впечатление. С одной стороны, главной достопримечательностью оказалась замечательная огромная река. Сам город очень зеленый: много парков и деревьев на улицах. С другой — мне не понравился не слишком ухоженный и пыльный район около железнодорожной станции. Тяжелое впечатление произвел на меня и обваленный подъезд дома на Печорском проспекте, тогда я не знал еще о происшествии в мае.

Сыктывкар — это столица, что тут еще скажешь. Здесь я был семь лет назад, в 2017-м, и кажется, что город стал лучше, ухоженнее. Больше всего мне запомнился парк имени Кирова: ощущения, как будто попал на курорт. Но когда спускаешься к набережной, вопросы, конечно, появляются: там просто стоит забор, а внизу ничего нет. Еще я немного позабавился, когда заметил огромную яму, которую заделали плиткой. У нас [в Москве] такое тоже бывает, так что ничего нового не увидел и просто посмеялся.

— Проехав через всю республику, что вы думаете о жителях Коми?

— Они разные. Воркутинцы не сильно отличаются от жителей больших городов типа Сыктывкара, Кирова или даже Москвы. Они сохранили «менталитет» когда-то крупного города, который сейчас сильно уменьшился. В Инте люди попроще, ближе друг к другу. Мне нужно было добраться от железнодорожной станции до города, между которыми несколько километров, и я боялся, что таксисты у вокзала будут задирать цены. Оказалось, что они такие же справедливые, как если заказывать через приложение или по телефону. Это приятно удивило. Еще помню, когда фотографировал на улице Горького, какая-то девушка ко мне просто подошла и спросила, не ее ли я фоткаю. И никакого негатива не было. Если к вам в Сыктывкаре кто-то подойдет и будет с вами разговаривать, вы немножечко косо на него посмотрите.

— За неделю вы успели познакомиться с национальной культурой коми?

— К сожалению, не получилось. Единственное, я был в Лабытнангах, где есть небольшой музей под открытым небом, который называется «Коми деревня». Там, как написано на стенде, стоят несколько коми изб: деревянные приземистые дома с разукрашенными наличниками, чем-то похожие на русские.

— Может, попробовали коми кухню, те же шаньги?

— У меня корни из Ижевска, поэтому шаньги мне знакомы очень хорошо. Они в удмуртской кухне тоже есть. Ну, в кафе в Печоре я поел пельмени с олениной, думаю, блюда с этим мясом в каком-то смысле можно считать национальной кухней. У нас такое тяжело найти.

— В итоге какой республика вам запомнилась?

— Коми — очень длинный и неоднородный регион: Воркута отдалена от Сыктывкара практически так же, как и Москва. Вокруг столицы Коми растет высокая тайга, а потом, когда едешь севернее, деревья становятся все ниже. Всего шесть часов в поезде — и уже вместо высоких растений повсюду кривенькие березки. Кроме того, каждый город имеет какую-то свою атмосферу, свои положительные черты и проблемы. Безусловно, у вас очень интересный и запоминающийся регион.

БНК