Виталий Габуев: «Наша работа не прекращается ни на один день. Мы всегда начеку»
Пять лет назад в Коми стартовала мусорная реформа и в роли первопроходца на этом направлении, победив в конкурсе, выступила местная, зарегистрированная в Ухте, компания — ООО «Региональный оператор Севера». Есть присказка: «На кухне должна быть одна хозяйка». Так и Регоператор по-хозяйски стал наводить порядок в отведённой ему в коммунальном комплексе республики нише.
В населённых пунктах, где до этого мусоровозов не видели вовсе, обновили парк спецтехники, внешний вид новых контейнеров теперь радует глаз, а то, что происходит своевременный вывоз их содержимого, радует местных жителей вдвойне.
Испытание первой пятилеткой пройдено. И впереди — большая работа, говорит один из учредителей компании Виталий Габуев, чтобы «меньше мусора оставить нашим потомкам».
— Виталий Анатольевич, пусть некоторым покажется, что поставленная задача озвучена несколько пафосно, но по сути, это и есть основная цель мусорной реформы, в реализации которой задействовано много сторон: региональные власти, местные администрации, ваша организация как исполнитель...
— Контакт есть, работаем над тем, чтобы реализовать все параметры мусорной реформы. Есть разные понимания, представления, но тем не менее, в целом работа движется. В нашу работу включена Публично–правовая Компания «Российский экологический оператор» (ППК РЭО). Это федеральный экономический ресурс, который позволил многим регионам реализовать на их территориях определённые проекты. Надеемся, что и у нас это не за горами, тем более, что в июне на 26–м Петербургском международном экономическом форуме республика подписала с ППК РЭО соглашение о сотрудничестве, предусматривающее реализацию инвестиционных проектов по созданию объектов обращения с ТКО в регионе. Поэтому мы рассчитываем, что пройдут не годы, а месяцы, когда будет объявлено, что начинается строительство.
— Тогда можно подробнее о том, как вы видите ближайшие перспективы реализации мусорной реформы в Коми?
— Нужно выполнять параметры этой реформы. Я не хочу спрятаться за словами и уйти от конкретики. Параметры заключаются в том, чтобы к определённому времени достичь определённого процента переработки и, соответственно, утилизации коммунальных отходов. Сейчас мы отстаём. Идёт работа, которая не могу сказать, что подходит к завершению, но динамика есть. Сразу хочу сказать всем скептикам-критикам: владельцем всех построенных полигонов, сортировок, объектов компостирования и прочее будет республика! Это важный момент. Потому что приходится слышать: «Мол, частная компания, будет «душить» наш бедный край». Не будет! Владеть возведёнными объектами будет республика. Ей придётся возвращать заёмные средства, которые предоставит РЭО. И отрадно, что наши республиканские власти бьются над тем, чтобы минимизировать нагрузку на бюджет.
— Много писали о том, что один из мусоросортировочных комплексов должен появиться в Ухтинском районе, о выборе площадки под его строительство...
— Есть два мнения. Точка зрения руководства администрации Ухты: строить на действующем полигоне. Можно привести его в соответствие, и там уже есть ангар, где можно разместить мусоросортировочный комплекс. К сожалению, наш действующий полигон попадает в 15-километровую приаэродромную зону. Это очень веский аргумент. И есть другая точка зрения: нужна новая площадка, где будут и полигон, и мусоросортировочный комплекс и компостирование. (Компостирование — удаление гнили из пищевых отходов. Когда эти высушенные пищевые отходы попадают на полигон, они уже не вступают ни в какие реакции, не создают никаких газов, диоксинов. Это реально дорогостоящий момент, не приносящий никаких доходов — авт.)
Есть площадка, которую предложил Региональный оператор Севера, и есть площадки, которые предложили активисты, в частности, Комитет спасения Печоры. Повторюсь, владельцем всех объектов будет республика, республиканским властям принимать решение, они будут на соответствующем уровне всё это оформлять. Полагаю, что первый объект появится, конечно, в Сыктывкаре, а второй — у нас, в Ухте. На полигоны двух наших городов свозится порядка 65% всего мусора республики. У нас — Ухта и еще четыре района. Полигон столицы Коми принимает мусор из Сыктывкара и ещё шести районов. Может быть и параллельное строительство — всё зависит от финансовых возможностей республики и переговоров с ПКК РЭО.
— Вы говорили, что в Коми мизерное количество полигонов в сравнении с регионами-соседями. Их мощностей ещё хватает?
— Переполненность полигонов — это миф. Они по-разному заполнены, но не переполнены. У многих по сей день понимание мусорной реформы в том, что просто подняли цены на услугу и, соответственно, вывозят. Но проанализируйте такой показатель: в Коми на начало реформы было (и есть) 725 населенных пунктов (плюс-минус). И на тот момент только в 76 из них были свалки, куда вывозился мусор, а из остальных не вывозился. А федеральный закон требует, чтобы из всех населённых пунктов мусор вывозили — перерабатывали — утилизировали.
Так вот, на данный момент населённых пунктов, откуда мы не вывозим ТКО, осталось около 100. Они малонаселённые, в труднодоступных местах. Там нет полигонов, нет контроля над тем, как идёт утилизация, как он разлагается, чтобы не засорялись грунтовые воды... По сути, ничего нет. Какие-то овраги, ямы за забором... Такая история. Но раньше на территории республики Коми было 76 полигонов (бОльшую их часть возьмём в кавычки), теперь их у нас всего девять! Они включены в государственный реестр. И мы возим только на эти девять. Мы не можем больше никуда везти, потому что это будет незаконно, и не будет оплачиваться. Это один из ответов на вопрос: почему выросла цена на услугу? Потому что мусор от большого количества небольших населённых пунктов стали возить на утилизацию на громадные расстояния.
Да, можно было применить другую логику. Скажем, для жителей условного Нового бора (пусть меня извинят жители этого посёлка в Усть–Цилемском районе) заложить в оплату реальные затраты на утилизацию их мусора. Тогда бы каждый из них должен был платить в месяц десятки тысяч рублей в месяц. А жители Сыктывкара не 150–160 рублей, а, может, 80–90. И правительством республики было принято правильное решение: все жители региона платят за услугу одинаково.
Или из этой же серии вопросы: «Как была у нас у дома мусороконтейнерная, так и осталась, как стояли эти баки, так и стоят, возят на тот же полигон... Почему дороже? Что изменилось?». Люди не видят, что многие магистральные мусоровозы, которые мы закупали новыми к началу реформы, сегодня уже выработали свой ресурс. Они каждый по 200 тысяч километров в год наезжают! Они работают без устали! Мы добились оптимизации логистики за счёт того, что сделали ставку на мощные мусоровозы с задней (а не боковой, как на прежних машинах) загрузкой. Эта техника берёт в разы больше мусора и служит значительно дольше — около миллиона километров пробега. Мы надолго укрепили наш автопарк, повысили стабильность и надёжность. Только нынешней осенью Региональный оператор Севера вывел на маршруты четыре новых мусоровоза Skania с задней загрузкой. А основную их часть закупили в 2022 году.
Правда, на территории республики практически не было контейнеров, приспособленных под заднюю загрузку. Поэтому кроме приобретения дорогостоящей, и, как правило, импортной техники (особенно в нынешних геополитических реалиях) закупили и партии контейнеров для задней загрузки. В этом тоже разница. Если контейнеры у нас были, как правило, металлические, что называется, самодельные, с объемом 0,75 куба, то пластиковые вмещают 1,1 куб. Их теперь надо меньше на каждую контейнерную площадку, или мы можем оставить их столько же, а мусора войдет больше.
— Санкции как–то повлияли на работу предприятия, в частности, по закупке техники, она же преимущественно импортная?
— Конечно, санкции внесли коррективы. Мусоровозы стали дороже. К сожалению, есть проблемы с нашей отечественной техникой. К примеру, если мы будем брать кузов нашего производства и импортный, то в последний можно загрузить в два с половиной раза больше мусора. Один такой мусоровоз забирает больше 200 контейнеров! Есть ещё один важный нюанс: частенько в бытовой мусор попадают строительные отходы. Для наших мусоровозов — это просто проблема, которая через небольшое время выводит технику из строя. А импортные их «перемалывают», они более мощные, — есть и в этом смысле очевидное преимущество. Приобретаем в лизинг, это дополнительная финансовая нагрузка, но даёт нам меньшую себестоимость в части оптимизации и большую надёжность.
— Вы упомянули, что параллельно с приобретением техники пришлось производить и замену контейнеров. Неужели пластик надёжней прежних, железных, ёмкостей?
— У нас в соглашении с республикой заложено, что 1% от выручки мы должны направлять на приобретение контейнеров. Но если бы мы делали это в рамках соглашения, то произвели бы замену в течение лет 10. Поэтому, естественно, вынуждены были этот процент увеличить и потратиться больше. Мы, кстати, и контейнеры тоже брали в лизинг. Качеством пластиковых в принципе довольны. Другое дело – вандалы. Это не такая многочисленная часть нашего общества, но, увы… Если сравнивать пластиковые с металлическими (мы и их привозили), то последние больше подвержены деформации. Их гнут, они теряют внешний вид, чтобы исправить, нужно вырезать, переваривать — целая история. Пластиковые, даже несмотря на то, что их поджигают, долговечнее.
— Как вы считаете: удалось компании за пять лет навести порядок в вопросе вывоза мусора?
— В целом, да. Первыми это заметили жители Сыктывкара, как только мы приобрели первые пластиковые контейнеры, новые мусоровозы. Сейчас такая ситуация почти повсеместно. Не до всех глубинок мы дошли, но не везде это и целесообразно. Где-то нужны небольшие машины, с боковой загрузкой, металлические контейнеры. Конечно, не всё отшлифовано. Есть проблемы с ветками, строительным мусором. Последнее для нас — просто бич, самое страшное, что может быть. Обычный куб бытового мусора весит меньше ста килограммов. Поднимаешь контейнер, а там тонна: какой–то «умный» скинул бетон и припорошил его пакетиками. Разумеется, рвется гидравлика, не выдерживает, начинает течь — куча проблем. Но в целом, я считаю, и сами люди готовы к тому, чтобы не допускать бардака на мусороконтейнерных площадках, вести раздельный сбор мусора. Естественно, не все, кому–то «фиолетово», как выглядит их двор. Но маятник качнулся, это очевидно.
— Сам Региональный оператор Севера из собираемого вторсырья ещё ничего не производит?
— Пока мы только собираем, перерабатываем и сдаём неочищенный флекс (хлопья) из ПЭТа (пластик). Проработки вопроса были, хотели делать упаковочную пластиковую ленту, но пока не видим необходимого обьёма и не понимаем, какой будет ситуация со сбытом. Ясность появится, как только будем набирать определённые объемы вторсырья, но это после начала работы мусоросортировочных комплексов. Пока, в части раздельного сбора мусора, экономика небольшая, но положительная. Если же говорить о будущем, когда из общей массы мусора придётся выбирать вторсырьё, она уйдёт в минус: работников, занятых на сортировке, много, сырья — не очень, а перелопачивать придётся весь мусор. А сегодня мы обрабатываем только тот объем, который люди сами кладут в контейнер для раздельного сбора: часть пластика идёт с бытовым мусором.
— В преддверии первой круглой даты с момента образования предприятия, что бы вы пожелали своему коллективу и ухтинцам, всем жителям Коми?
— Самое главное: выйти на финишную прямую по строительству новых комплексов. Что касается нас, то сейчас мы уже более состоятельны финансово, стало несопоставимо меньше нареканий от населения. Надо стремиться, чтобы жалоб не было вообще. Надо переоснастить все контейнеры, приобрести необходимую технику... Рутинная работа не исчезнет никогда. Основную часть мы сделали, но работы еще немало. По всей республике — от Обьячево до Воркуты — есть наши участки, наши люди. Работа не прекращается ни на один день. И в мороз, и в зной, и в дождь, и в снег... Мы всегда начеку. Уважаемые жители республики, мы стараемся для вас, хотим, чтобы не было мусора на территориях дворов населенных пунктов, чтобы меньше мусора, особенно вредного, мы оставляли нашим потомкам. Будем делать это совместно с республиканскими, местными властями и, конечно, вместе с вами!
Беседовал Дмитрий Алексеев