Председатель культурной автономии грузин: «В Усть-Цильме похоронен грузинский князь»
В эти дни грузины всего мира отмечают самый важный национальный праздник – Георгоба, то есть День Святого Георгия. По этому случаю редакция БНК узнала, кто такие настоящие грузины, почему сообщество в Ухте активно продвигает изучение коми языка, а также где производится настоящее грузинское вино.
Грузины – люди на редкость общительные, но специального помещения – в отличие от многих других НКА – у них нет. Раньше собрания проходили то в местном вузе, то в городской библиотеке. В последнее время – в гостях у председателя национальной культурной автономии Николая Самунашвили. На своей даче мужчина соорудил музей. При входе справа – фотография во всю стену. Это снимок из личного архива Николая Самунашвили, крепость из его родного грузинского села Манави. Перед «фотообоями» – манекены с традиционной одеждой.
– Это женское платье, это мужской «костюм» для различных крупных мероприятий, это – кинто, одежда мелких торгашей. То есть у них были деньги, но не было статуса. Еще у кинто не было сумок, но были плетеные корзины, куда они клали рыбу, вино, хлеб, носили так и продавали.
– Всегда было интересно, почему у грузин такие пышные головные уборы?
– Это носят горцы, туши и хевсуры. Вот такие шапки носят сваны, народ, тоже живущий в горах. Такой головной убор держит как тепло, так и холод, – проводит экскурсию главный грузин Ухты Николай Самунашвили.
Вдоль музейного зала стоят фотографии, напоминая о прошлых мероприятиях, а также аксессуары, музыкальные инструменты и оружие. В дальнем углу зала – настоящий раритет.
– Вот кувшин, один из двух, что я привез из Грузии. Им больше 300 лет. Мне их подарил внук человека, которого в 1937 году «выселили» из страны. Когда я сказал в своем родном селе Манави, что хочу привезти в Ухту что-то памятное, пришел дядя Вахтанг и говорит: «Коля, вот, в честь моего деда, кости которого остались в России». Вы что, эти кувшины не просто музейный экспонат! Их и сейчас можно эксплуатировать! – говорит о практичной стороне вопроса Николай Самунашвили.
– Я – восточный грузин, кахетинец. Когда говорят, что везде в Грузии вино, это неправда. Виноделие – это только Кахетия. Только там растет настоящий винный сорт винограда, – убеждает председатель сообщества.
Официально национально-культурная автономия грузин «Руставели» существует с 2007 года. На первой конференции были 103 человека. Сейчас 137. У кого-то подрастают дети и становятся полноценными членами НКА, другие приходят в общество, только переехав из Грузии.
– Настоящий грузин – это человек добрый, мужественный, который всегда думает, как сохранить домашний очаг, как сохранить добрые отношения с окружающими людьми. К любому из своих соседей я могу зайти, пригласить с большим удовольствием за свой стол, потому что я их так приучил. Они уже знают, что у дяди Коли-грузина всегда все есть. Я люблю людей. У грузин черта такая, помогать другим. Помогая, мы получаем так называемый «кайф». Отказывать в помощи некрасиво.
Хотя «дядя Коля» признается: в его биографии есть момент, за который ему до сих пор стыдно. Подчиненный попросил о помощи, а Николай Самунашвили ему отказал.
– Алексей сам по себе шебутной такой был, безответственный, женщин часто менял, любил выпить. Вот я ему и не поверил. А оказалось, что он действительно хотел занять денег на лекарства для ребенка. Когда мне его жена об этом сказала, я всю ночь промучился, а утром принес деньги на работу. Алексей рассказал, что не знал, как оправдаться перед женой, мол, грузин отказал ему в помощи, да такого же быть не может, – вспоминает председатель грузинского общества.
Несмотря на то, что грузины активно помогают, тема дискриминации и прочего негативного восприятия все еще остается актуальной.
– Иногда говорят: «вот, понаехали». Я всегда отвечаю: сколько я сделал для коми народа? Я же от Усть-Кулома на машине проехал до самого Ямала. Работал водителем в нефтяной компании. В Усть-Кулом через Войвож должна была быть дорога, ее-то мы и строили. Потом я работал на Вуктыле, под Усинском, на Ямале. Потом мы с другом создали свое предприятие, где он был генеральным директором, я – заместителем. И вот так я живу здесь уже 46 лет. У меня уже внуку 21 год, он в Москве учится на врача, – с гордостью сообщает Николай Самунашвили.
Любопытна история и его заместителя – Годердзи Амаглобели. Он попал в Ухту 26 лет назад. На тот момент пел в оперном театре, учился в консерватории. Успел побывать с гастролями в Германии и во Франции. Но познакомился с ухтинкой и переехал в северный город ради любимой. И до сих пор помнит свое удивление от сугробов, полярной ночи и то, что в Ухте не было ни музыкальных училищ, ни театра.
– Вначале я попал в студию «Дебют» во дворце культуры. Это была не работа, а так, увлечение. Гастролировал в Сыктывкар, Усинск, Вуктыл, Троицко-Печорск. Нужно было как-то зарабатывать на жизнь, и я стал индивидуальным предпринимателем. Сейчас пою только для близких друзей или по большим праздникам. На Георгобу лет 10 назад позвал своих товарищей, с которыми когда-то пел. Они уже разъехались кто в Англию, кто в Италию, кто во Францию. Но на мое приглашение отозвались и приехали. Позже мы с ними выступили в Сыктывкаре, в Филармонии, – рассказал зампредседателя общества Годердзи Амаглобели.
Обычно члены «Руставели» встречаются регулярно. Они сравнивают себя с большой семьей, ведь даже дни рождения отмечаются в кругу сообщества. Но пандемия внесла коррективы, массовые сборы не проходят. Неизменным осталось одно – поддержка.
– Это даже в уставе общества прописано, что мы обязаны помогать землякам. Еще помогаем силовикам, судам, прокуратуре. Бывает, что ребята из Грузии приехали сюда жить и попали в тюрьму. Когда освобождаются, у кого-то паспорт просрочен, другие хулиганят, ведут себя так, будто не понимают русскую речь. Вот мы и выступаем как переводчики, оформляем документы. Лично приезжаю, и молодые парни мне хамят. Я им объясняю: не надо со своим уставом в чужой монастырь ходить, вы же уедете, а нам еще здесь жить, не портите мнение о грузинах, – делится Николай Самунашвили.
Впрочем, еще ни разу не было, чтобы хоть кто-то из хулиганов уперся.
– Вот недавно из колонии вышел «вор в законе», ждал депортации на родину. По национальности – осетинский грузин. Его никуда не могли отправить, потому что документов не было. Я ездил в Сыктывкар к начальнику республиканского паспортного стола, который помог разрешить проблему. Хотя я тогда не знал, что помогаю «вору в законе», в противном случае я бы подумал. Все равно помог бы, ведь это молодой парень и не от хорошей жизни он встал на такой путь. Но где-то я мог бы отнестись к нему менее дружелюбно, – уверен Николай Самунашвили.
Отдельным пунктом для «Руставели» стоит помощь ветеранам войны. В разговоре грузины моментально вспоминают Азу Семеновну, вдову Георгия Федоровича Фиронова – ветерана, Заслуженного врача и Почетного гражданина Ухты.
– Пока Фиронов был жив, звонил мне и говорил: «Здравствуй, мой грузененок». Он мог так натурально войти в роль, что когда говорил «У нас, у грузин, вот так!» окружающие задумывались о его национальности. Он же русский, но до чего же убедительно говорил!.. В Грузии Георгий Федорович проходил повышение квалификации, и полюбил нашу страну и привычки, – вспоминает председатель «Руставели».
Почему грузины привлекают молодежь к изучению коми языка?
– Повторюсь: со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Раз мы пришли сюда, живем, у нас здесь родились дети, внуки и внучки, значит, нам нужно уважать местных жителей и их привычки. Изучение языка – не принудительное, по нему нет экзамена. Нужно просто-напросто знать азы, и мы хотим, чтобы у как можно большего числа людей была такая возможность. Мы в прошлом году выиграли грант, и отдали его школе №5. Дети вначале не хотели участвовать, а потом вошли в азарт. Причем настолько им это понравилось, что родители остальных детей, кто не попал в проект, высказывали нам свое недовольство.
В ближайших планах «Руставели» – отметить праздник Георгоба, который – как говорят грузины – открывается 6 мая, а заканчивается 23 ноября. Но и это не все.
– Скоро мы поедем знаете куда? В Усть-Цильму! У нас там похоронен князь Евсевий Осипович Палавандов. В XIX веке он был против объединения России и Грузии, поэтому его переселили сюда. Местные его называли Печорским князем, потому что он первый из Голландии привез несколько картофелин. Сперва местные мужики на него обижались, не понимая, как это можно есть, но позже подружились. В то же время в Усть-Цильме был финн, которого ижемцы не восприняли, и хотели его убить. И Палавандов ночью, украдкой, помог финну сбежать в Архангельск, хотя знал: если местные об этом узнают, ему самому несдобровать. Но Палавандова простили за его доброту. Мы хотим поехать в Усть-Цильму, поставить мемориальную доску.