Над суетой на дельтаплане
Беседа с народным артистом России и легендой отечественной эстрады состоялась в Дубае, где Валерий Яковлевич, до записи на федеральных российских телеканалах новогодних ток-шоу и «голубых огоньков», набирался сил и черпал вдохновение. Как выяснилось, даже для него, завсегдатая музыкально-театральных праздничных постановок, участие в публичной демонстрации солидарной радости – серьёзное испытание.
Неугасимые «огоньки»
– Независимо от сложившегося общественного мнения по поводу телевизионных торжеств, пусть морально устаревших и преимущественно суррогатных, но, за неимением лучшего, «единственно возможных», вы традиционный гость программ, уже не добавляющих вам славы.
Безусловно, можно и так «сближать грядущее с былым» – из ностальгии по временам оным, ради ощущения, «когда внизу плывёт Земля, плывёт Земля, как будто детства дым». И всё же призывы некоторых ваших коллег дистанцироваться от медийных атавизмов во имя любви к профессии у вас совсем не вызывают отклика?
– Вы произнесли нужное слово – «традиция». Можно вообще отказаться от встреч Нового года как от изжившего себя обычая. Оптимизировать иные способы связи между поколениями потому, что дым отечества с годами для кого-то теряет свою сладость или кому-то режет глаза. А можно, несмотря ни на что и вопреки всему, – с соблюдением социальной дистанции и прочих карантинных мер! – продолжить в разных форматах общаться с родственниками, друзьями, коллегами, чтобы вспоминать себя, свою сущность и напоминать другим о том, кто они, какие, откуда. Жизнь слишком коротка!
– Помните новогоднюю ночь, когда сели к телевизору смотреть «Голубой огонёк» с песней «Я сегодня – диск-жокей» в вашем исполнении, но клип так и не увидели?
– Ещё бы! Это был болезненный удар по самолюбию. Твою работу вырезали из программы и не посчитали нужным заранее поставить тебя в известность! Обоснование решения телевизионного начальства узнал на следующий день: «Какие жокеи? Мы – не лошади!» Впрочем, особо удивляться не стоило: «Танец протуберанцев» и некоторые другие мои композиции раздражали руководство Гостелерадио, не скрывавшее своего отношения ко мне. Но есть неписаный закон: если закрывается одна дверь – открывается другая.
«Нужно найти что-то такое, чтобы ни у кого больше не возникало сомнений: ты – вокалист!» – сказала редактор радио Джульетта Максимова.
– Так в эфире Всесоюзного радио в 1981-м «воспарил» ваш «Дельтаплан»?
– Ага, благодаря фильму Никиты Михалкова «Родня», где прозвучала очаровательная инструментальная тема Эдуарда Артемьева, на которую поэт Николай Зиновьев написал вдохновенные стихи. И на радио песня моментально раскрутилась! Правда, на концертах я её не исполнял до 2000-х. И однажды узнаю: «Дельтаплан» звучит в клубах! Так появились ремиксы на «Дельтаплан» (играем шестую версию), «Исчезли солнечные дни», «Светофор»…
В одну и ту же воду дважды не войти. «Дельтаплан», с которым меня пригласили в этом году в одну из новогодних телепрограмм, былого умиления у аудитории не вызывает. Самогипноз редакторов – штука хорошая, но слушателя не переубедит, разве что вынудит переключить канал. Стереотипное мышление – это шаблоны, которые имеют свойство устаревать.
Устарела эта форма телеобщения? В постковидные времена, по просьбам зрителей, будут стримы с улиц, куда в новогоднюю ночь хлынут звёзды, чтобы порадовать своих поклонников онлайн-творчеством. Нужны новые ритмы? Пожалуйста: фавориты Grammy, American music awards и десятков престижных международных и российских музыкальных премий и фестивалей! Обновить содержание? Легко: ау, преемники-продолжатели Оззи Осборна! Новые красивые лица с сильными голосами? Сколько угодно: «Голос» и его финалисты!
Но, заметьте, на фоне достижений «племени младого, незнакомого» вдруг «в бой идут одни «старики». Начинается возрождение былых традиций, реанимируется прежняя мода: винтаж не винтаж, ретро не ретро, а классика – forever!
Мне всё это напоминает претензии части слушателей к моей концертной программе: уберите те песни, поставьте эти. Выполняю пожелание – буря негодования у поклонников убранных композиций!
– Вы за всеобщее изобилие?
– Разумеется! Чёрно-белая революционная цветовая гамма с «переделом собственности» в насильственно-приказном порядке при помощи матросов с «Авроры», на мой взгляд, не добавляет в общественной палитре социальной справедливости. Во всём этом есть что-то малодушное, завистливое. Особенно сейчас, когда всем трудно, все затягивают пояса. И когда ответственность приходится брать не только за себя, но и за весь творческий коллектив!
Мне, человеку миролюбивому, претит идея любого шантажа. А уж шантажировать бойкотом оборотистых телевизионщиков малоперспективно даже теоретически.
– Никто ведь не заставляет артистов ходить на «огоньки», тем более на общественных началах в качестве волонтёров...
– Как никто не принуждает телезрителей, которым такие шоу не нравятся, их смотреть. Насильно сердцу мил не будешь, а законы рынка и пресловутый рейтинг сами уберут с телеэкранов «осетрину второй свежести». Но я – человек, и если по приглашению иду в «Останкино», то на встречу с друзьями. Сам в друзья никому не набиваюсь.
Под этим солнцем всегда найдутся те, кто не в восторге конкретно от тебя. Если уж Иисуса, воскрешавшего мёртвых и превращавшего воду в вино, распяли, какой любви к ближнему ждать от наших современников?! Но были, есть и будут люди или хотя бы один человек, кому лично ты не безразличен – старый, некрасивый, больной и глупый (братья наши меньшие тоже берутся в расчёт). Смысл и основание пребывания на Земле живого существа – в соучастии в бытии других живых существ. И искренняя любовь, даже при видимой безответности, неизбежно оставляет след не только в твоём сердце.
«Исчезли солнечные дни...»
«Сами себе Аладдины»
– Не у всех есть возможность «сбежать» от пандемии или, по крайней мере, снизить её депрессивное влияние за счёт волшебного отдыха с тёплым бирюзово-лазурным морем и жемчужными песчаными пляжами...
Кто бы мог подумать, что солист Сыктывкарской филармонии станет когданибудь «человеком мира», способным разбивать оковы морозов и окунаться в вечное лето!
– Возможность стать солистом филармонии, даже сыктывкарской, тоже когда-то казалась неосуществимой мечтой! Сейчас многие мои земляки-северяне – «сами себе Аладдины». И то, что раньше считалось уделом избранных, давно в распоряжении народных масс. Всё познаётся в сравнении.
– В сравнении с... -38° и неотапливаемым зданием сельского клуба, где согревала только любовь к искусству! Это был ваш первый концерт в качестве профессионального исполнителя в 1972-м в коми селе Лойма?
– Да-да-да. Никогда не забуду, как мы с музыкантами не без труда отыскали лопату, разрыли в сугробе дрова, скололи с них лёд и отправили в печку. Безуспешно. Спас положение бензин из бензобака автобуса – верхнюю одежду смогли снять через пару часов. Тогда и пришли несколько десятков местных жителей, чинно уселись на лавки... Концерт был огонь!
Радовали любые условия творческой самореализации. Даже о них мечтал, когда на кирпичном заводе катал по рельсам вагонетку с сырцом из-под пресса к печи для обжига. Когда два года тесёмщиком-смазчиком на льнопрядильной фабрике провалялся под машиной в солидоле – отмывался потом несколько лет. Когда работал подсобным рабочим на стройке: заканчивается смена – все расходятся по домам, но ты возвращаешься в пахнущее раствором свежеоштукатуренное помещение и упражняешься в пении во весь голос. Право петь – награда! К пониманию этой простой истины приходишь, помыкавшись по медвежьим углам. Какие там апартаменты?! Найти бы сковородку и кипятильник...
– А тут – люксы отелей одного из самых жарких городов планеты, где даже зимой днём до +25°, а ночью до +16°, и вода в Персидском заливе круглый год комфортна для купания! Где золотые волны бескрайней пустыни Руб-эль-Хали соседствуют с хрустальными дубайскими фонтанами и гармонией экосистем в уникальном заповеднике фламинго Рас-аль-Хор!
– Я более сдержан в оценках. Рекламные слоганы разбиваются о реальность.
Турфирма предложила это направление вместо «закрывшегося» Бали – райского острова, напоминающего сейчас ковидный голодный ад. Но острова я люблю с детства! Наверное, благодаря «Островам в океане». Причём сам Хемингуэй три части романа, изданного уже после его смерти, озаглавил очень поэтично: «Море, когда молодой», «Море, когда отсутствовал» и «Море, когда жил». Четвёртая жена писателя, Мери, готовившая текст к изданию, к сожалению, изменила заголовки.
Море или океан для меня – галактика, а острова – отдельные планеты. Дистанция обеспечивает разнообразие, которое, в свою очередь, заставляет сохранять своеобразие: как у Гомера – остров волшебницы Кирки, остров циклопов, остров лотофагов... И центральная ось Вселенной искателя приключений Одиссея – Итака, сверкающий, как солнце, дом!
– Наличие порта приписки обеспечивает свободу путешествий. Без «корней» невозможен путь «ветвей» к небу, к мифу...
– Этот путь для меня был долгим и тернистым. И речь не столько об изнурительном труде, сколько о чиновничьем произволе и унижениях, на которые СССР вольно-невольно обрёк почти всех своих граждан, включая вождей. Все – в одном беспросветном тоннеле в поисках выхода. Но мечты сбываются!
Только жизнь не разграничена на «до» и «после», она – «во время»: здесь и сейчас. И для меня искусство жизни – это умение получать удовольствие от любых её периодов, какими бы мрачными они ни были. Всё неотвратимое, включая смерть близких и твою собственную, предопределено Божьим промыслом. Но если ты жив, здоров, обут и одет, имеешь силы и возможность заработать кусок хлеба, это ли не приоритетное общечеловеческое счастье? Под дамокловым мечом пандемии запросы становятся скромнее: на аппарате ИВЛ, с температурой за 40 тебе нет дела ни до чего, кроме возможности дышать...
Кстати, прививку вакциной «Спутник V» я сделал, самочувствие отличное.
«Не бойся вспоминать меня!»
Наедине со всеми
– Валерий Яковлевич, помните у Аполлинера?
Блохи, друзья и любовницы даже
С нами жестоки – они нас любят,
А если вас любят, будьте на страже:
Любимых кусают, любимых губят.
Как реагируете, когда в юмористическом телешоу Comedy Woman вдруг появляется некая ваша «самая преданная поклонница», 25 лет систематически закидывающая вас письмами, назвавшая нескольких сыновей Валерами, а пса – Казановой? Или когда в соцсетях становится вирусным видеоролик, где под музыкальную строчку об «одиноком бродяге любви» некий обнажённый мужчина, внешне напоминающий футболиста Артёма Дзюбу, на крупном плане занимается чем-то непонятно-подозрительным, но отъезд камеры снимает все вопросы: герой ролика вращает на талии обруч. Или когда на просторах интернета неожиданно появляется фотожаба с дамой бальзаковского возраста, облачившейся в футболку с вашим фотопортретом и подписью: «Цой жив!»
– Если шутка смешная, смеюсь. Над той же фотожабой. Но смешно бывает не всегда. За окном – эра тотального троллинга, чёрного юмора, неприкрытого цинизма и «скоморохов», попирающих общественные нормы. Усугубляют непростую ситуацию прогрессирующее равнодушие друг к другу и рост немотивированной агрессии. В итоге комикование в популярных телепрограммах, как правило, переходит тонкую грань между возможностью улучшить чьё-то настроение и желанием над кем-то поглумиться.
Тем же резиденткам недавно закрывшегося клуба Comedy Woman приходилось извиняться за свои гэги. Можно спорить с Никитой Михалковым о степени кощунственности праздного упоминания в шоу генерала Дмитрия Карбышева, но в нашей стране никогда не забудут, как в феврале 1945-го в концлагере Маутхаузен, в числе нескольких сотен заключённых, после зверских пыток Дмитрия Михайловича облили водой на морозе и убили. И смех милых девчушек в телевизоре, мол, не дух ли мученика они случайно вызвали во время спиритического сеанса, для взрослых людей и зрелых личностей, сидящих у экрана, неприемлем.
Пощёчины народным традициям, исповедуемым религиям чреваты самыми трагическими последствиями. Charlie Hebdo – лишний тому пример. Нонконформизм с его карикатурами, анекдотами, обличениями, подчас очень злыми и обидными, напоминает реку, вышедшую из берегов: сегодня – наводнение, а завтра вода вернётся в привычные берега. Это как с детским стремлением узнать границы дозволенного – только опытным путём.
Ещё некоторые любят «на ха-ха», с детской непосредственностью и показным пренебрежением к рамкам приличия, доводить до твоего сведения своё мнение, как ты выглядишь или на кого стал похож. И смешно, и грустно! Вспоминается литературный персонаж – звонарь собора Парижской Богоматери, кстати, имевший прообраз. Британский скульптор Генри Сибсон в своих мемуарах рассказывал, что в 1820-х годах одновременно с ним на реконструкции храма работал некий горбун. Так вот, горб и неправильная форма тела, хромота и ужасающее лицо с закрывающей левый глаз огромной бородавкой, по мнению Гюго, с которым я солидарен, окупаются добрым сердцем и духовной красотой. Внутреннее уродство не так заметно, но безобразнее внешнего. При этом глянцевые красавцы и красавицы в реальной жизни зачастую не лучше миражей в пустыне! С лица воду не пить, утверждает народная молва.
История с российским футболистом, чей интимный видеоролик сделали всеобщим достоянием, – и вовсе жестокое издевательство над правом на неприкосновенность частной жизни и личную тайну. Это позор не Дзюбы, а наш, нашей плебейской натуры и реакции. Ещё Пушкин в письме Вяземскому, за 5 лет до создания ими «Литературной газеты» (!), писал: «Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врёте, подлецы: он и мал и мерзок – не так, как вы, – иначе».
И в конце: «Презирать суд людей не трудно; презирать суд собственный невозможно». Наедине с собой каждый отдаёт себе отчёт, где в совершённых им поступках – поза, корысть или злой умысел. Трудно на людях всегда быть стопроцентно искренним, и всё же полезно сохранить навык различать: здесь – бытие, а там – его имитация.
С вечностью на «ты»
– Помню ваше исполнение песни поэта Евгения Муравьёва и композитора Кима Брейтбурга «Художник» в сочинском концертном зале «Фестивальный»: «Время не ждёт, унося и мечты, и любовь, но у мольберта художник встаёт, и за плечом, привставая над буднями вновь, время художнику кисти его подаёт...»
Вы свободно перемахиваете через травертиновые ограждения, будто раскрыли секрет средства Макропулоса, по-юношески легко взбегаете по лестнице на верхние секторы зала, а потом, столь же непринуждённо, возвращаетесь на сцену. И вот в порывах вентиляционного ветра, эффектно развевающего искрящуюся мантию, «вырастаете» над залом, охватывая голосом звёздное небо и посеребрённое луной море. А ведь разговор с вечностью на равных требует много сил...
– А их всё меньше и меньше? (Смеётся.) Да нет, кажется, только сейчас и начал что-то понимать в этой жизни...
– ...Которая «пронеслась, как сверкающий бал, только я на него не попал»?
– Попал и «зажигаю» в своё удовольствие. Наслаждаюсь каждым новым днём, каждым новым годом и не перестаю удивляться... «невыносимой лёгкости бытия». Моё появление на экране, в том числе в новогодних шоу, телевизионщики привычно сопровождают видеонарезкой из фрагментов моих клипов. И хоть за свою жизнь я записал свыше трёх десятков сольных альбомов и более тысячи песен, в том числе композиции на стихи Шекспира, Блока, Ахматовой, Гумилёва, Цветаевой, создаётся впечатление, что главным критерием для подготовки музыкальной телевизитки служат не тексты, не музыка, а... сантиметры моего голого тела и отдельные его части!
– В июне 1988-го на один из премьерных показов специально созданной для вас композитором Лорой Квинт и поэтом Владимиром Костровым рокоперы «Джордано», собиравшей огромные залы, пришла уставшая Анни Жирардо, извинилась, что, возможно, уйдёт в середине представления, но осталась до конца. После оваций публики легенда французского кино зашла к вам в гримёрку и сообщила: «Вы – выдающийся трагический актёр!» Трагедия и комедия в творчестве и жизни частенько идут рука об руку?
– Без слёз смех был бы не так упоителен. И кусок мела лучше смотрится на фоне чёрной доски. В постановке Владислава Дружинина я наряду с Бруно играл Сатану и Шута. И Шут перед казнью Бруно поёт гимн ослам. Согласно доносу, монах сравнивал собратьев с позорящими мир представителями отряда непарнокопытных. Смех сквозь слёзы!
А образ властелина ада навеян сюжетной линией: моя возлюбленная Моргана – внучка колдуньи. Её роль в опере блистательно исполнила обладательница национальной музыкальной премии «Овация» в номинации «Лучшая рок-певица» Лариса Долина! Чтобы обеспечить вечную любовь Джордано, она создаёт приворотное зелье, погружающее их обоих в мир галлюцинаций с картинами альбигойской чёрной мессы, где Моргана – ведьма, а её возлюбленный – Сатана.
Но главное в той истории о безобидном итальянском поэте, жертве инквизиции: «Сжечь – не значит опровергнуть». Сожжённый не отрёкся от убеждений, что Вселенная бесконечна и едина с Богом. У Бунина этой мысли посвящено большое стихотворение:
Ковчег под предводительством осла –
Вот мир людей. Живите во Вселенной.
Земля – вертеп обмана, лжи и зла.
Живите красотою неизменной.
Не надо заблуждаться: «сверкающий бал» – фата-моргана, неуютный и не приспособленный для реальной жизни замок из облаков. Без подлинных чувств и искренних эмоций. Я не устаю благодарить всех, кто мне помогает и верит в меня!
Спасибо Люсе, моему ангелу-хранителю и «крылу», без которого не смог бы летать! Когда в новогодние ночи под бой курантов и шипенье шампанского мы с ней молча загадываем желания, то каждый знает – какие у кого. И потом радуемся их исполнению. В этом мире очень важно найти родственную душу, чтобы долгая жизнь была в полной мере счастливой.
Не исключаю, для кого-то такой душой стала «ЛГ»! Желаю читателям газеты, а также всем-всем здоровья, и надеюсь на новые встречи. Берегите себя!