Новая Газета: «Вы в каком автозаке? Дети есть? Адвокат выехал». Репортаж из офиса ОВД-Инфо

С Аллой Фроловой, координатором правовой помощи, я договариваюсь встретиться 10 августа — в день согласованных и несогласованных с мэрией Москвы акций протеста — около входа в ОВД-Инфо.

— Вот смотри, — проводит меня Алла по коридору, — там отдел юристов, которые на линии, есть телефонисты, есть группа вывода, которая выводит тексты, есть аналитики и есть правовой отдел. Я — правовой отдел, это Аня — администратор правового отдела, она фиксирует — что и где происходит, я не успеваю технически и физически. Даня — аналитик, к нему стекается вся информация.

В ОВД-Инфо все происходит по устоявшемуся годами графику. Круглосуточно работает «горячая линия». А жизнь делится на будничную и штабную.

— Если штабной режим, то мы прикрываемся на двое суток, потому что работа в первый день, когда проходят задержания, не заканчивается, — говорит Алла Фролова. — На второй день вопросов не меньше, но помощь уже другая. При большом же количестве задержаний, как было — по тысяче — ну, это разгребать неделями. А в будние дни все просто — работаем посменно.

С начала протестов волонтеров, желающих нам помогать, прибавилось в разы. Мы даже не успеваем обрабатывать анкеты. Живем мы на пожертвования, на краудфандинг. С этих денег мы получаем зарплату и оплачиваем адвокатов. Мы можем спрогнозировать расходы и спокойно оказывать юридическую помощь.

Адвокаты предупреждены заранее, и ордера у всех приготовлены. Скоро должны начаться задержания.

17.30 — первые звонки. В офисе — адвокаты Светлана Сидоркина и Анастасия Саморукова. Анастасия по телефону консультирует людей, в основном несовершеннолетних. Светлана координирует работу адвокатов ОВД-Инфо, «Агоры» и «Апологии протеста».

Всем уже не до меня.

В шестом часу прошли задержания в центре Москвы, Алла Фролова следит за онлайн-трансляцией, Анна изучает чаты, Данила сводит данные в таблицы, Светлана на связи с адвокатами. Первая сводка — в Москве задержано 55 человек. Алла шутит по поводу цифр, понимая, что может быть тысяча и больше: «Подумаешь, 55 человек… Все, что меньше тысячи, мне не интересно. Я даже уже внимания не обращаю».

Раздается звонок, это член СПЧ Андрей Бабушкин, которого Алла задействовала для помощи Дмитрию Васильеву, который был задержан в пятницу в рамках уголовного дела о массовых беспорядках. Следователь отобрал у него глюкометр и инсулин, в итоге Дмитрий был госпитализирован в реанимацию 20-й больницы. В комнате тишина. После разговора с Бабушкиным Алла созванивается с адвокатом Васильева, та в трубку что-то поясняет: «Ага, ты следователя не устраиваешь… Во сколько?». Кладет трубку и объясняет: «Завтра в одиннадцать утра суд по мере пресечения у Дмитрия Васильева, а сегодня следователь хочет отвести адвоката».

— В центре Москвы начались задержания, сообщает «Медуза», — читает Анна с монитора.

— Наконец-то дождались, весь день-то сидели, сидели — когда…

Алла дозванивается до Григория Дурново, он — координатор группы мониторинга ОВД-Инфо:

— Да Гриш, запиши, завтра судебное заседание в Басманном суде…

В это время Григорий заходит сам:

— На самом деле, они жесть показывают, что никого не отпустят, вы все умрете, — делится он своими мыслями по поводу Васильева. — Сколько забрали-то сейчас?

— Еще нет точных данных, — отвечает Данила.

Пока обсуждается дело Васильева, появляется информация о том, что кто-то от аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ Татьяны Москальковой занялся ситуацией, а Михаил Федотов из СПЧ выехал в больницу.

— Так, что-то мне это не нравится, — говорит Данила. — На Чистых прудах идут задержания, еще где-то задержания, а у нас пока информации ноль.

— На Никитскую не пропускают, — читает Анна.

— На Китай-городе начались задержания, — информирует Анастасия Саморукова.

Периодически кто-то выходит покурить, кто-то перекусить…

Звонок к Алле — журналист Виктория Ивлева: «Да Вик, да я вижу, у него рука целая? Все, давай на связи». — Кладет трубку, сообщает, что задержали Котова.

Константин Котов — активист, который помогал украинским морякам, содержащимся в СИЗО Москвы. Опять телефон — адвокат Мария Эйсмонт, она хочет ехать вытаскивать Котика (Котиком называют Котова за его добродушие) и всех задержанных с ним.

— Марина говорит, что Костя накануне получил предостережение, что если он будет участвовать и нарушать 20.2 Административного кодекса, ему может быть вменена уголовная статья 212 прим. Это же «дадинская статья», — пересказывает разговор Алла.

Онлайн взрывается криками: «он не сопротивляется», «не сопротивляется». И монотонное: «Уважаемые граждане, акция не согласована, просьба разойтись».

Задержания жесткие, видно, что кого-то бьют, выкручивают руки: «Ну, все, понеслось, больше трех часов они терпеть не могут. Какая же у нас терпеливая власть», — грустно шутит кто-то.

Опять звонок:

— Да, Вик, говори, Ивлева Виктория Марковна, да это ты, дальше.

Дальше Виктория перечисляет фамилии и имена людей. На этот раз она уже сама задержана и перечисляет, кого вместе с ней поместили в автозак.

Алла спрашивает, нет ли малолеток. Оказывается, несовершеннолетних двое.

— Вы в железном автозаке-то? С большими окнами? Я так рада за тебя, давай ты будешь старшей по автозаку, хоть где-то начальником побудешь.

Светлана Сидоркина сообщает: один адвокат выезжает, второй уже работает.

Анна информирует: двадцать человек куда-то повезли. И автозак Ивлевой пополняется.

— Пошла курить, пока никого никуда не довезли, — Алла выходит из комнаты.

— Есть список по ОВД «Хамовники», — продолжает Сидоркина.

Данила подтверждает информацию — в ОВД «Хамовники» привезли восемь человек. Анна на доске пишет черным маркером: ОВД «Хамовники» — восемь человек, Светлана Сидоркина дополняет — кто из адвокатов туда отправляется. Анастасия консультирует несовершеннолетних из автозака Ивлевой.

— В Даниловском ОВД 18 человек, — сообщает Данила.

— Ну, прекрасно, у Максима (имя изменено), несовершеннолетнего, это уже не первый протокол, и родителей в Москве нет. Просто замечательно, — вздыхает Анастасия.

Такие случаи единичны, но это значит, что теперь надо будет решать эту проблему, возможно, с помощью нотариусов.

— На Китай-городе появился спецназ — красавчики, — это Анна.

— Ну-ка покажи. Ого какие, у них что, парад моды там? — вступает в диалог Сидоркина.

Приходит Денис — юрист, который тоже занимается координацией адвокатов.

— Уже 71 задержанный, — это вернулась Алла.

Денис моментально включается в работу:

— ОВД «Академический», доставлены задержанные, у нас есть там адвокат? Если нужен, я могу позвонить.

Онлайн показывает ОМОН на газонах.

— Всю траву истоптали, вообще офигели. Целыми неделями тренируются, а ходить аккуратно не научились. ОМОН — не топчи газон! — Понятно, что ирония Фроловой, — это реакция на стресс.

Звонок — еще один адвокат готов включиться в процесс.

— В ОВД «Даниловский» доставили 29 человек, там есть несовершеннолетний, — информирует Данила.

Анна записывает на доске, Сидоркина договаривается с адвокатами.

В ОВД «Академический» попали четверо несовершеннолетних, Анастасия уже с ними работает.

20 человек в ОВД «Очаково-Матвеевское».

Алла ищет, куда повезли Котова — за три часа он так и не проявился.

— Хорошево-Мневники очень просят адвоката, там их много, кто-то с астмой и трое малолеток, — говорит Алла Денису. Звонок — адвокат выехал, захватывает все необходимое для больного астмой.

Даниле приходит протокол задержания Александра Теплякова — парня задержали накануне за агитацию, в протоколе уделили место и ОВД-Инфо:

«Организовал, путем проведения предварительной агитации в виде раздачи агитационных листовок … народные гуляния за честные выборы… А также — «Памяток протеста» с изображением QR-кода, отсканировав который переходишь на интернет-сайт OVDINFO.ORG, где подробно описаны действия участника несогласованного массового публичного мероприятия в случае его задержания и доставления в органы внутренних дел».

Ивлева говорит, что их везут в Гольяново.

У Дениса на телефоне подросток, Алла разговаривает с правозащитником и членом СПЧ Бабушкиным, у Сидоркиной появилась информация: есть ОВД, в которые не пускают адвокатов.

— Ух ты, полиция сообщила о 136 задержанных, ну, прямо разницы почти нет, у нас 146 подтвержденных, — отмечает Алла.

На доске число задержанных и доставленных в разные ОВД гораздо больше, но не все случаи подтверждены.

Алла находит Константина Котова в ОВД «Соколиная гора». Туда выезжает Марина Эйсмонт. Сколько человек на Соколиной горе — не понятно, известно лишь, что у всех отобрали телефоны.

Уже 230 задержанных в Москве.

— Обоих Недопекиных взяли, — читает Алла, — и отпустили. А вот это нововведение — отпустили обоих из автозака, с уведомлением о том, что протокол придет им по месту жительства.

Звонок — сообщение: не пускают адвоката в ОВД «Очаково-Матвеевское». Тем временем Светлана Сидоркина нашла адвоката для ОВД «Мещанское».

Опять Ивлева — ее отпустили из ОВД «Гольяново», адвокат уже работает с задержанными.

— Вика, у меня везде по двадцать человек, и везде не хватает адвокатов, понимаешь? Там же адвокат работает, пусть проконсультирует, спасибо, — голос у Аллы уже немного уставший.

Марина Эйсмонт добралась до ОВД на Соколиной горе — там 22 задержанных, несовершеннолетних нет, но есть один побитый — с синяками от дубинки, да еще и босиком.

— Я, честно говоря, не знаю где их искать, — говорит Алла кому-то по телефону, — семь человек, как в воду канули. Можно я вам список напишу, может, вы что-то узнаете?

Так, появились первые «потеряшки»…

В 23.23 на телеграм-канале ОВД-Инфо появляется сообщение:

«Хорошие новости для тех, кто выйдет из отделов полиции после закрытия метро: вам на помощь придет ОВД-такси! Напишите в чат @ovdtaxi, сколько с вами человек, из какого отдела вы выходите, и ждите такси.

Если вы хотите помочь, добавляйтесь в группу как волонтеры.

Как это работает:

— задержанные пишут в чат: ОВД «Крылатское», семь человек;

— волонтеры мониторят чат, отвечают «готов оплатить поездку» и вызывают такси со своего телефона;

— после того как волонтер вызвал такси, он кидает координатору скриншот-подтверждение;

— домашний адрес отпущенные из ОВД сообщают непосредственно таксисту;

— координаторы ведут таблицу, сколько человек отправили по домам, и сколько еще ждут.

 В добрый путь!».

Есть и волонтеры, которые готовы забирать людей из ОВД. Идея ОВД-такси появилась не так давно, но успешно воплощается в жизнь.

Денис:

— В ОВД «Котловка» какая-то жесть происходит, там у всех отобрали телефоны, туда приехали следователи из СК и допрашивают. Кого же туда отправить? — Он начинает искать адвоката в первом часу ночи. Соглашается Максим Пашков, отправляя в WhatsApp сообщение: «Когда я сдохну от инфаркта, на похороны запустишь мелодию из м/ф «Падал прошлогодний снег».

Все «потеряшки», кого искала Алла, очутились именно в этом ОВД, и оно оказалось единственным, где работали следователи СК РФ.

Практически из всех ОВД людей отпустили, остался только Константин Котов.

В итоге в пяти городах задержано 352 человека: в Москве — 256, в Санкт-Петербурге — 79, в Ростове-на-Дону — 13, в Брянске — 2, в Сыктывкаре — 2.

На информационной доске появляются надписи: отпустили, адвоката пустили в отделение, красным маркером — несовершеннолетние. Кто-то уже уехал домой, кто-то собирался. Алексей Полихович, отработав свою смену, в два ночи попрощался со всеми.

И пройдя несколько метров, был задержан людьми в штатском, у его адвоката Светланы Сидоркиной началась новая рабочая смена.